Лавка судьбы токкэби - То Сону

– Получается, на утро после особого ужина вы не завтракаете?

На самом деле вкус маминой еды все еще оставался где-то между пищеводом и желудком, поэтому ей не хотелось его перебивать. Михо даже воду не пила. Она собиралась надеть маску, несмотря на неприятный запах изо рта.

– Как-то так, да.

– Поняла. Приятного путешествия.

В таком виде Михо встретилась с двумя бывшими коллегами своей матери. К сожалению, они ничего не знали о том, как та готовила.

– Ну, повара, как бы близки они ни были, обычно не делятся своими секретами.

Они добавили, что давно ушли из профессии, поэтому могут чего-то не знать. И что никогда не слышали о бывшей коллеге, работавшей шеф-поваром в отеле.

– Но руководитель Со Сучжин – другое дело. Они с твоей мамой были очень дружны. Интересно, Сучжин еще жива?

Михо взяла номер телефона Со Сучжин и отправилась на ее поиски. Та давно вышла на пенсию и восстанавливалась дома после нескольких операций по удалению рака матки. Как только она увидела Михо, тут же расплакалась. Должно быть, у нее были особые отношения с ее матерью.

– О боже, ты, должно быть, Михо. Выглядишь точь-в-точь как твоя мама. Из-за проблем со здоровьем я не смогла прийти на твою свадьбу и похороны твоей матери. Прости, милая.

Михо сидела на веранде, слушая щебетание птиц и разные истории. Она удивилась тому, насколько мисс Со была близка с мамой.

– В то время мой муж возглавлял отдел кадров. Мы еще не были женаты, и в компании было принято скрывать служебные романы, поэтому никто о нас не знал. Но когда твоя мама решила вернуться на работу и связалась со мной, мы ей немного помогли. Теперь я могу об этом рассказать.

То, как она это сказала и от души рассмеялась, было чудесно. Если бы мама была жива, она бы так же красиво улыбнулась. Мисс Со продолжила:

– Когда твоя мама приходила в себя во время болезни, мы долго разговаривали по телефону.

Хотя Михо ничего не знала о мисс Со, она слышала от сиделки, что мама часто разговаривает по телефону с подругой.

– Пока ты была в Америке, твоя мама так жалела, что не может готовить тебе любимую еду. Отправить маленького ребенка в такую далекую страну и не иметь возможности даже разок накормить его домашней теплой пищей. Как же ей было тяжело. В те времена мы иногда выпивали вместе и плакали.

Михо достала платок и незаметно вытерла слезы.

– После того как ты вышла замуж, а ее здоровье стало ухудшаться, она как-то позвонила мне в слезах. Я спросила, в чем дело, а она рассказала, что внучка пришла к ней и долго плакала. Девочка извинялась за то, что ненавидела ее. Говорила, что не знала о том, что от нее так плохо пахнет из-за болезни и что очень обидела маму. Она поднялась к ней, чтобы извиниться.

Михо вдруг опешила. Она никогда раньше ничего подобного не слышала. Мисс Со добавила:

– Думаю, тогда твоя дочь не могла с тобой поговорить, поэтому пришла к бабушке и попросила передать эти слова. Но дошли ли они до тебя?

Округлив глаза, Михо покачала головой.

– Да, я так и думала. Твоя мама тогда была в плохом состоянии. Я даже хотела тебе обо всем рассказать, но сама тогда чувствовала себя неважно. Да и вмешиваться в дела чужих детей мне показалось неправильным. – Мисс Со хлопнула себя по колену. – Ах да. Зять тоже несколько раз навещал ее в слезах. Приходил пьяным и жаловался. Она делала вид, что ничего не понимает, хотя была в сознании в тот момент.

– Н-на что он жаловался?

– Когда она мне позвонила, то уже успела забыть детали. Упоминала только о том, что твоему мужу жаль вашу семью. Он говорил, что любит дочь и очень благодарен за нее, но из-за него она стала замкнутой и не могла получить любовь, которую заслуживает. Грустил, что ты не можешь работать и живешь как в заточении из-за него. Что это все его вина… Кстати, он хорошо поживает?

Михо неловко улыбнулась и кивнула. Но в душе у нее было смятение. Ей вдруг вспомнились слова управляющей о том, что правда открывается позже, поэтому нужно продолжать жить. Внезапно у нее закружилась голова.

Михо не знала, что муж часто навещал ее мать, и впервые слышала, что дочь извинилась перед бабушкой. Михо задумалась: почему она не заметила этого тогда?

Вспомнив о том периоде, она поняла, что считала все, что делал муж, неправильным, а все сказанные им слова казались ей гадкими. Но теперь, взглянув на ситуацию с холодной головой, она поняла, что муж не такой уж плохой. Возможно, тот, кого люди считали прекрасным человеком, на самом деле и к ней относился хорошо.

Михо вдруг испугалась: все, что она думала про мужа, было недоразумением, вызванным ее собственным невежеством и низкой самооценкой.

В этот момент открылась входная дверь, и из дома вышел пожилой мужчина.

– О, уже вернулся? – обратилась к нему мисс Со.

– Так вы Михо? – спросил мужчина, посмотрев на Михо.

Та вскочила и поклонилась.

– Вот же, если бы встретил тебя на улице, точно бы принял за твою маму.

Сняв фетровую шляпу, мужчина присел на крыльцо и передал жене конверт.

– Документы? – спросила мисс Со.

Он кивнул.

– Зачем они мне? Все равно не пойму, что к чему. Объясни на словах. Человек, которому важно это знать, прямо здесь. – Посмотрев на Михо, женщина добавила: – Когда мой муж работал в той компании, он был способным менеджером по персоналу. Поэтому я дала ему задание. Он должен был узнать, перевели ли кого-нибудь из сотрудников в этот отель. Может быть, это Сорюн. – Снова переведя взгляд на мужа, она сказала: – Так ты выяснил что-нибудь или нет? Начни с этого.

– Нет. Там даже никто из бывших охранников не работает, не говоря уже о поварах.

Мисс Со цокнула языком.

– Тогда что это за бумаги?

– Ну, мне их дали в компании, вот я и принес.

– Боже. – Женщина повернулась к Михо и сказала: – Мы уже старые, от нас никакого толку.

– Нет. Вы очень помогли. – Михо покачала головой, взяв мисс Со за руку.

– Вот что я думаю, Михо. В то время твоя мама обладала исключительными навыками. Она была известна во всей компании. Остальные тоже готовили и работали диетологами, но твоя мама была другой. И дело было не в каком-то особом рецепте, а в ее врожденном таланте. Поэтому, сколько бы она ни обучала других, они никогда не могли повторить ее успех. По крайней мере, насколько я могу судить, не было никого, кто хотя бы приблизился к ее уровню. Только твоей маме удавалось добиться такой глубины вкуса. Разница между ней и другими поварами была очевидна, даже если они готовили по одному