Ветвь Корреа. Изменяющие реальность - Герман Витальевич Рыльский

из рогатки! А ты похож на медузу!» Но годы шли, а Отто всё больше замыкался в себе. Он не боялся отца, вовсе нет! Как можно бояться того, кто не существует на самом деле? Но и общаться с человеком, который мучил его, запирал в шкафу, порол ремнём или оставлял без сна, Отто нужным не считал. Он ненавидел отца и знал, что когда-нибудь убьёт его, но это была ненависть сродни той, которую испытываешь к злодею в книге или фильме. Глубочайшая неприязнь и отвращение. Мальчик знал, что в этой реальности он единственный настоящий человек, и именно поэтому никто не мог причинить ему вред. Доказательств, что Иоганн Штауфенберг, кто-то из его партнёров по бизнесу или охранников, что ходили по территории особняка, тоже является живым человеком, не имелось. Последние больше всего походили на эм-пи-си.

Веря в силу телесных наказаний, но не видя прогресса, отец нанял своему наследнику психолога. Первые же тесты показали высокий индекс айкью и склонность к точным наукам, которая граничила с гениальностью. А ещё нарциссическое расстройство личности и прочие проблемы с эмоциональным развитием. Но Штауфенберга-старшего интересовало лишь одно – сможет ли Отто в потенциале занять пост в компании. «Или он так и будет бродить по дому, как пришибленный идиот?!» Психолог порекомендовала для начала пройти терапию самому Иоганну Штауфенбергу. Видите ли, без этого решить проблемы мальчика невозможно. И разумеется, была уволена. Отто радовался её увольнению. Как и все прочие, женщина-психолог была ненастоящей, просто очередная иллюзия. Но в её вопросах, хитрых тестах крылась опасность. Отто боялся, что она узнает о нём что-то такое, чего никто знать не должен, и поэтому хитрил, прикидываясь таким же, как все. Он старался показаться похожим на детей, которых он видел в кино, хоть это и давалось с огромным трудом.

В тот день Отто вышел в сад, поискать сбитых ПВО птиц. Ему надоело поджаривать зажигалкой жуков и земляных червей, он давно хотел попробовать убить кого-нибудь покрупнее. Например, кота или собаку, и узнать, какие ощущения это вызовет. Но за любимого отцовского кота по кличке Маркиз ему могло серьёзно достаться. А с бойцовскими псами, которые охраняли территорию, не справился бы и крепкий мужчина, не то что семилетний пацан. Отто размышлял об этом, шагая по саду камней. Это место создал специально выписанный из Японии ландшафтный дизайнер, и среди валунов, выстроенных в соответствии с какой-то загадочной логикой, ничего не стоило затеряться. В центре стояла беседка, похожая на буддийскую пагоду. Отто направлялся к ней, когда увидел Маркиза. С котярой что-то было не так. Он шёл в сторону беседки, во всяком случае, активно шевелил лапами, но при этом не двигался с места. Отто приблизился к отцовскому любимцу, чувствуя, как сердце начинает колотиться всё чаще, а в коленях появляется странная слабость. И этот момент стал переломным в жизни юного Штауфенберга.

Мальчик много времени проводил в виртуальной реальности, интересовался программированием и Нейросетями и прекрасно знал, что такое геодата. Так назывался алгоритм, который отвечал за обработку рельефа местности и всевозможные препятствия в компьютерной игре. Каждая ячейка геодаты хранила информацию о типе поверхности (трава, лёд, земля и т. д.), её форме и высоте. Случалось, что неигровые персонажи «застревали» в геодате, например, конь мог залипнуть в стене сарая или птица – в стволе дерева. Это был редкий баг, ошибка, которая случалась, если виртуальная реальность перезапускала саму себя, когда вступали в силу патчи или обновления. Но теперь то же самое случилось в реальном мире – папин кот застрял в геодате. Маркиз месил лапами тропинку, почти касаясь камней брюхом, но не двигался с места.

Отто схватил животное за холку и приподнял над землёй. Лапы в белых «носочках» оказались на месте. Постучав пяткой по тропинке, мальчик убедился, что та твёрдая, как и положено каменной поверхности. Маркиз, недовольный, что его схватили, извернулся, и Отто разжал пальцы. На детском лице застыла довольная улыбка.

Раньше Штауфенберг-младший догадывался, что окружавшая его реальность не настоящая, но не мог это доказать. Теперь он знал это наверняка. Шагая в сторону особняка, наследник финансовой империи думал о великой цели, которой посвятит всё своё время, сейчас и в последующие годы. Он будет исследовать Игру и через неё обретёт власть и даже бессмертие. В «Юдоли Искателей» ты мог умирать сколько угодно и воскресать с точки сохранения. Наверняка и здесь так можно. Ведь всё, что он видел вокруг, являлось лишь уровнем какой-то скучной, дурацкой игры, которую у него никак не получалось пройти.

– Я буду менять реальность! – довольно произнёс мальчик, поднимаясь по ступенькам особняка.

– Не сомневаюсь, – пробормотал слышавший это охранник. – С такими-то деньжищами, как у его папаши!

Глава десятая. Розалинда увольняется

На вывеске таверны «Три весёлых гоблина» красовалась троица зеленокожих существ, окруживших пивную бочку. Каждый гоблин сжимал в когтистых лапах огромную кружку, увенчанную шапкой белой пены. Возле входа в заведение толпился народ – эм-пи-си играли предназначенные им роли, изображая встревоженных горожан, которые собрались, чтобы обменяться новостями. Внутри душной, пропахшей кислым пивом таверны царил невообразимый гвалт. Длинный зал, уставленный грубо сколоченными лавками и широкими столами, был забит под завязку. Здесь собрались ремесленники, подёнщики, торговцы, студенты и, конечно, всевозможный сброд. Разбойников, карточных шулеров и карманников хватало в любой таверне, причём далеко не все они были людьми. В пёстрой толпе выделялись шумные орки, суровые дварфы, светлые и тёмные эльфы, а в распахнутом окне маячил кентавр, которому не хватило места внутри. Официанткой работала хвостатая драконидка. Там и тут народ собирался вокруг предсказателей и проповедников, вещавших о близком конце света – в городе действовали десятки всевозможных сект и магических культов.

– Империя Полуночи – это кара, которую обрушил на нас великий Бог-павиан! Покайтесь, пока не поздно! – слышалось слева.

– Восславим Духа Дохлого Барана, братья и сёстры! – доносилось справа. – Все мы погибнем, если не будем истово молиться ему и остальным добрым духам!

Скорее всего, это были сплошь неигровые персонажи, хотя среди них могли запросто оказаться и пользователи «Юдоли». Сразу определить, кто есть кто, не представлялось возможным. Волшебников и чародеев здесь тоже хватало, но Розалинду интересовал один конкретный. Когда кому-то требовалось связаться с лидером Ветви, он должен был просто прийти в условленное место. Иногда Братин появлялся там спустя какое-то время (от нескольких минут до двух-трёх часов), а иногда уже сидел за одним из столов. Так вышло и в этот раз. Протолкнувшись через толпу, Розалинда увидела знакомый силуэт за одним из дальних столов.