Великая Библиотека - Анастасия Шелест

Заманчиво думать, что нет, но надеяться на чудо не стоит.

Сразу несколько голосов сливаются в один поток. К ним присоединяются другие, превращаясь в неразделимый галдеж. В голове разливается шум. Через него пытается пробиться мысль, но я никак не могу за нее ухватиться.

Вскинув руки, я потираю виски, все еще не рискуя открывать глаза. Балаган сводит с ума. Шум в ушах усиливается, пока Эрик не прислоняется плечом к моему плечу, позволяя опереться без лишних слов. Мысли все-таки удается проскользнуть.

– Они будут искать через нас пятерых, – выдыхаю я едва слышно, но все замолкают, и я недоверчиво открываю глаза. Ощутив направленные на меня взгляды, я распрямляюсь и, уставившись на вырванный с корнем куст сирени, заставляю себя продолжить: – Они знают про нас больше, им так будет проще.

Никто не спорит. Ничего не спрашивают и не пытаются меня переубедить. Все словно действительно готовы меня слушать, и приходится говорить дальше:

– Надо разделиться. У моей тети есть дом в пригороде. Там вполне хватит места младшим и тем, кто не готов рисковать.

Я не смотрю на Эрика, но чувствую его одобрительный взгляд, и дышать становится легче. Госпожа Брик вдумчиво кивает и уточняет:

– Там безопасно?

Музы, я не могу ответить на этот вопрос. О какой безопасности может идти речь в такой ситуации? Я понятия не имею. Никто вообще не знает.

– Пока никого из нас там нет, безопасно, – приходит на помощь Эрик, избавляя от необходимости искать правильные слова.

– Хорошо, – кивает госпожа Брик. – Я останусь с младшими, чтобы защищать их в случае необходимости. Соберу тех, кто пожелает к нам присоединиться.

Сомневаюсь, что у госпожи Брик есть шансы, если на них нападут, но озвучивать это не решаюсь. Остается только надеяться, что Библиотекарь действительно последует своей мстительный логике.

Вопрос кажется решенным, но Марк подает голос:

– Наши дети отправятся туда же. Остальным я могу предложить убежище.

Сюр. Как все это действительно может происходить? Я не понимаю и не хочу думать.

– Насколько я поняла, – неуверенно начинает Лора, – в Организации все сгорело.

Снисходительный взгляд Марка я ощущаю, даже не смотря на него. Он пожимает плечами и заявляет:

– У Организации несколько штабов. Что касается людей, многие действительно погибли в пожаре, но и уцелевшие есть.

Какая-то чушь. Делить с Марком и его фанатиками крышу над головой после всего, что случилось, – настоящее безумие. Хотя логично вписывается во все, что происходит.

– Значит, решено, – заключает госпожа Рид, и я облегченно выдыхаю.

Теперь точно не нужно ни о чем думать.

Улицу заполняют разговоры, суета и беготня, но я не участвую ни в чем. Просто стою, продолжая сверлить взглядом тис, и отрешенно отмечаю, как людей вокруг становится все меньше и меньше, пока Эрик не разворачивает меня за плечи, куда-то подталкивая.

Плевать куда. У меня нет сил даже осознать, что вокруг. В какой-то момент я просто понимаю, что оказалась в машине, но внезапное перемещение не вызывает тревоги даже на секунду.

Скосив взгляд в сторону, я обнаруживаю рядом Эрика и закрываю глаза. Тяжелая голова клонится вниз, упираясь в его плечо, и я выскальзываю из реальности, охваченная полудремой.

Вернуться из нее не выходит, даже когда машина останавливается. Я не помню, как оказываюсь в длинном безликом коридоре, и не понимаю, кто и куда меня ведет. В какой-то момент я просто остаюсь одна в комнате, но не могу даже рассмотреть обстановку. Взгляд цепляется за широкую кованую кровать, и я доползаю до нее, едва передвигая ногами.

Сил не остается ни на что. Я обрушиваюсь лицом в холодные простыни, и темнота заполняет сознание.

8. A Crooked Melody

– Доброе утро, птичка. Я бы с радостью дал тебе еще отдохнуть, но сомневаюсь, что ты обрадуешься, если пропустишь собрание.

Что бы там ни было, я не хочу открывать глаза. Плевать, если я в очередной абсурдной реальности. Плевать, если снова кто-то решил напасть. Я хочу оставаться в постели так долго, насколько возможно.

– Тея, не вынуждай меня прибегать к другим методам. Есть основания предполагать, что тебе они не очень понравятся. – Бархатные нотки влетают в сознание, стягивая остатки сна.

Да к пегасам. Самое время проснуться и вернуть Марку должок.

Энтузиазм разбивается о первую же попытку привстать. Глаза опухли и открываются с трудом. Все тело ломит, мышцы пульсируют. Голова раскалывается.

Все-таки открыв глаза, я принимаю сидячее положение и нахожу на стуле Марка. Он выглядит куда свежее, чем вчера, – в чистой рубашке, с уложенными набок волосами и привычной насмешкой в глазах. Ясно. Ему хоть конец света – разницы никакой.

Сколько мне удалось поспать? По ощущениям голова коснулась подушки мгновение назад, но за окном начинает светать. Словно прочитав мои мысли, Марк поясняет:

– Семь утра. Через двадцать минут начнется собрание.

Я медленно выдыхаю, откидывая с лица спутавшиеся волосы. Во мне нет ни страха, ни ненависти. Словно все эмоции поглотила адская усталость.

– Это моя комната, – без эмоций заявляю я, уставившись на Марка.

Сложно придумать более прозрачный намек, но Марк, ничуть не смутившись, легко парирует:

– Это мое здание.

Потрясающе. Надеюсь, он заглядывает с утра пораньше ко всем членам Организации и смотрит, как они спят.

– Хочешь, чтобы я ушла? – безразлично уточняю я, даже не надеясь, что Марк поймет, что неправ.

Действительно. Он окидывает меня насмешливым взглядом и спокойно отзывается:

– Напротив, птичка. Хочу, чтобы ты осталась со мной до конца жизни.

Его абсолютное непонимание реального положения вещей уже не удивляет. Рывком сдернув себя с кровати, я опускаюсь на край и усмехаюсь:

– Очень короткой, надо полагать.

В этот словесный теннис мне никогда не выиграть. Марк прищелкивает языком и заявляет:

– Долгой и безумно счастливой.

Единственное из его предложения, что действительно возможно, – безумие. Марк легко считывает на моем лице назревающую насмешку и не дожидается ее, кивая на прикроватную тумбу.

– Я принес тебе завтрак.

От вида пышного омлета и аромата поджаренного хлеба скручивает желудок. Над кружкой вьется пар, и я, наплевав на принципы и недоверие, делаю уверенный глоток кофе. Если Марк подсыпал туда что-то – пусть так.

– Так это твое здание или ты здесь вместо дворецкого? – Не сдержавшись, фыркаю я, потянувшись к вилке.

Если Марк ждет благодарности, это его проблемы. Ему стоит радоваться, что я не пытаюсь его прикончить. Уверена, это всего лишь вопрос времени.

– Вообще хотел сделать тебе приятно и дать возможность отдохнуть подольше, – спокойно заявляет Марк. В глазах мелькают насмешливые