Солдаты Сумерек - Владимир Валериевич Стрельников

Впрочем, друзьям предстояло ещё сразиться с новым рыцарем-зачинщиком. Увы, их славу поколебали ещё раз. Сначала крестоносец ударом боевого копья свалил храмовника вместе с лошадью. А затем тупыми турнирными выбил из сёдел баронов Шансона. Сам он, казалось, был отлит из металла. Заодно с конем. Удары даже не шевелили его. Он-то и заслужил право выбрать королеву турнира.

— Это не рыцарь, это прямо Айвенго какой-то! — в сердцах сплюнул Феоктистов.

— Какой Айвенго? Откуда ты его знаешь?

— Да был в нашем мире такой. Оруженосец у короля Ричарда Львиное Сердце. Второй по силе человек в Англии, после самого короля. Я в книге читал. Там ещё… А, дело прошлое! Пошли лучше дань соберем, да сами с победителями расплатимся.

* * *

Вместо причитающегося снаряжения побежденных, бароны Шансона взяли его стоимость золотом и серебром. Получилось, что даже за вычетом проигранных де Гринебергу и «Айвенго», они добыли своими копьями почти полторы тысячи экю. Это могло буквально возродить их феод!

— Всё, пора сваливать! — Феоктистов вперемешку ссыпал в мешок фунты, тетрадрахмы, экю и цехины, полученные с оруженосцев поверженных:

— Завтра день общего боя. Боюсь, всей толпой нас изрубят. А не хотелось бы.

— Это конечно... — протянул Николай. — Но кто же нас выпустит? Только шатры начнем сворачивать, и звиздец! Видал, как принц на нас пялился? Думаешь зря что ли его лучники всё время рядом «пасутся»?

— Ну, в город-то, причем, без оруженосцев, мы можем выехать?

— Можем. А дальше?

— А дальше — в Фалезский лес. И в Шансон.

Зубров расхохотался:

— Опять сваливать?

— А ви как думаэте, таварищ Громов? Жызн такой! — с интонациями Сталина ответил сэр Волк.

— А оруженосцы?

— Что оруженосцы? Первый раз им что ли? Повесят ночью вместо штандартов тряпки какие-нибудь, и ноги в руки. Знамена-то жалко оставлять, Сусанна столько труда в них вложила... А шатры и подставки — да пусть подавится ими, кто хочет!

— Логично, логично! — согласился Николай.

* * *

Но на выезде из Кангарда ждал неприятный сюрприз — закованная в железо линия рыцарей ордена Храма. Позади крестоносцев, на красивых троянских скакунах, гарцевали фанатичного вида монахи в простых серых рясах.

— Ёрш твою медь-то! Так и не хотят без общего боя выпускать.

— Этим-то что нужно? — сэр Гром расстегнул стопорный ремешок меча.

— Да так, мелочи. Небольшой шашлык из пары оборотней! Это «Гнев Господен», Коля! Не забыл ещё своих ведьм?

Николай молча захлопнул забрало.

— Господи, умирать-то как не хочется! — тоскливо произнес Владимир. Впрочем, итог был закономерен. То, что наворотили в Кангарде, вообще на «три года расстрела» потянет. А тут всего-то честный поединок организовали. Правда, без шансов на победу... Ладно. Как там Коля сказал? «Больше раза не убьют!»

Перед рыцарями с треугольными щитами, вышли лучники, облаченные в кольчуги и белые плащи с красными восьмиконечными крестами ордена Храма.

— Ну, всё! Гаси свет, сливай воду! — донесся из-под забрала сэра Волка глухой, странно весёлый голос. — Эх, блин! Помирать, так с музыкой!!!

Он пришпорил Вихря. Шеренга тамплиеров сразу ощетинилась копьями. На полсекунды позже рванул сэр Гром.

— А-а-а-а-а-ар-р!!! — разнесся над полем их боевой клич.

На оборотней обрушился дождь серебряных стрел. Тяжелые турнирные панцири загремели под градом попаданий. Мучительный, почти человеческий стон пробиваемых коней тугой ватой заложил уши. Но Вихрь и Ураган ещё бежали, несли оглушенных хозяев на врага.

Почти инстинктивно друзья освободили ноги от стремян. Поэтому, когда дестриэ нанизались на «стену копий», сами по инерции пролетели над их головами дальше, продолжая целить в выбранных воинов. Как ни странно — попали! Удары пришлись на щиты, треск древков смешался с воем и криками. Оборотни выхватили мечи. Что-то по-прежнему несло их вперёд, словно невидимые кони. Но исклёванные стрелами и пиками, бароны этого почти не воспринимали. Как в бреду срубили монахов, каких-то латников... Чёрные рогатые тени мелькали рядом, сея смерть и ужас. За спиной раздались испуганные крики тамплиеров:

— Дракон, Пиренейский дракон!!!

Это было последнее, что ещё слышали друзья, прежде чем потеряли сознание.

* * *

Очнулись они на поляне.

— Опять?! — подумал Феоктистов. Поднял чугунную голову над густой травой. — Второй раз, что ли, «тюльпан» сработал?

Противный запах сгоревшей серы драл горло. Рядом закашлялся Зубров.

— Где мы, прах нас всех раздери?

— В лесу...

— Не слепой! Я-то, грешным делом, на ад настроился. Мы разве не умерли?

— Надеюсь, что нет.

Друзья осмотрели себя. Ран на телах было множество, но все уже затянуты рубцами. Невдалеке нашлись турнирные доспехи, сплошь утыканные стрелами. Некоторые бронебойные жала на два-три дюйма входили во внутреннюю полость. Практически каждое такое попадание обеспечивало гарантированное уничтожение владельца. Хотя бы от неизбежной кровопотери.

— Н-да-а... Дела. Это как понимать?

Володька поднял наруч и провел пальцем по внешней стороне, покрытой слоем окалины. Крохотные кусочки, оставшиеся от кожаных крепёжных ремней, были обуглены и при прикосновении рассыпались.

— Нас, похоже, ещё и в костёр кидали.

Друзья беспомощно переглянулись.

— Всё проще, бароны де Шансон! — раздался незнакомый голос. У кряжистого дуба стоял лысый противный человечек в кожаной безрукавке.

— Ты ещё кто? — грозно окликнул сэр Волк, поднимая обгоревший меч. Незнакомец рассмеялся, на глазах превращаясь в высокого седоватого мужчину с аккуратной бородой. Да ещё и одетого в белоснежную хламиду.

— Я Гесперон. А вы теперь в свите Люцифера!

— Кого?!

— Падшего ангела, за гордыню изгнанного с небес. Это его воины спасли вас, и его огненное дыхание спалило доспехи и заживило раны.

— А ты, значит, его посланец?

— Я — Владеющий знанием. И Свет, и Тьма в равной степени служат мне.

— Колдун, что ли?

— Не совсем. Колдун — это адепт Тьмы. Чьими солдатами стали и вы.

— А откуда нам знать, что ты не врешь?

— Верить или нет, ваше дело. Скажу лишь, что сейчас Несущий Свет спас вас наиболее явно. А значит, и поставил метку. Хотя принадлежите вы ему уже давно.

— Что ты несешь?!

— У вас есть разум. Поэтому я и решил встретиться. Подумайте. За вашу работу он платит телами женщин и материальным благополучием. А вы, не задумываясь, всё больше теряете души. Может быть, уже и поздно. Таких как вы, нормальные люди называют «бездушные твари». Или — «исчадия Ада»!

Тело Гесперона неожиданно растворилось в