Задача трех гробов. Расследования Ди, судьи-вампира - Леви Тидхар

* * *

Остальная часть путешествия прошла без происшествий. Судья стоял на палубе, а брат Борха глядел в окно, казалось, погрузившись в молитву. Джонатан дремал. Он размышлял, каково это – вернуться домой, услышать родную речь, снова поесть похлебки. Он очень любил похлебку.

Он уснул и увидел во сне города, полные золота. Проснувшись, он услышал крики чаек, а когда поднялся на палубу, луна в небе висела низко, впереди он различил белые скалы, и вскоре корабль пришвартовался в унылом маленьком порту, и они сошли на берег. Брат Борха пожелал им всего наилучшего. Он отправится в Кентербери, сказал он, где есть монастырь.

– Немногие кровососы обитают в тени церкви, – объяснил он. – А другие вампиры мне уже стоят поперек горла.

Джонатан не мог его винить.

Они с судьей пошли по дороге. Скоро настанет день, и им потребуется укрытие. Джонатан устал. Он поспешил за судьей.

– Неприятная история, – заметил судья.

– Как вы думаете, они доберутся до берега? Джек и Мелиссандра?

– Не удивлюсь, если да.

– Они не особо милы, – сказал Джонатан.

– Вампиры редко бывают милыми, Джонатан.

– Неведомая земля за океаном, с диковинными людьми и городами из золота. Какая-то небывальщина.

Судья ничего не ответил.

Сон все еще не отпускал Джонатана.

«Как приятно было бы отправиться туда», – думал он. Ему захотелось взглянуть. Просто взглянуть.

Он потянулся за картой.

Карты на месте не оказалось.

– Господин? – запаниковал он. – Господин!

– Что такое, Джонатан?

– Карта пропала! – сказал Джонатан. Он поразмыслил. – Это все лживый бенедиктинец! – воскликнул он. – Брат Борха, должно быть, стащил ее, пока я спал!

Джонатан никогда не слышал, чтобы господин смеялся. Не засмеялся он и на этот раз. Но звук, который мог бы оказаться безрадостным коротким смешком, все же сорвался с губ судьи и так ошеломил Джонатана, что он уронил бы карту сокровищ, если бы она все еще была у него.

– Господин? Он взял ее, взял карту Винландии! А вдруг он попытается туда добраться?

Судья Ди положил руку Джонатану на плечо.

– Пусть попробует, – сказал он.

Судья смотрел вдаль.

«Что он там видит?» – гадал Джонатан. – Что знает?» Горящие костры, и копья, и кровь, пропитавшую добрую темную землю…

– Пусть обязательно попробует, – сказал судья Ди, – и он узнает на собственной шкуре, как там поступают с вампирами.

И с этими словами они вновь пустились в путь.

История восьмая. Запертый гроб

Замок Мэйдстоун, то есть Девичий Камень, в одиночестве возвышался на холме над лесом, невдалеке от городка с тем же названием. Несомненно, легенда гласила, что там забили до смерти камнями какую-то девицу или свершилось еще что-нибудь столь же ужасное; по опыту Джонатана, так оно обычно и бывало. И вдобавок замок кишел вампирами.

Джонатан брел за господином по снегу. В ветвях деревьев мелькали темные силуэты. Где-то вдали выл на луну волк. Джонатану было холодно, голодно и тоскливо. Впрочем, как обычно.

По пути из Дувра в далекий Лондон они встречали мало путников. С какой целью судья Ди направлялся туда, Джонатан не знал. Господин шел, а Джонатан следовал за ним.

Из темноты выскочило какое-то существо и пискнуло. Джонатан подскочил. Судья Ди повернул к нему суровое лицо, но не сказал ни слова.

– И что?! – выпалил Джонатан.

«Испугаться в темноте – не так уж неразумно», – подумал он.

– Это была всего лишь белка, – с легким укором произнес судья Ди.

Джонатан поежился, но промолчал.

«Белки, – подумал он, – это те же крысы, только с красивыми хвостами». Но судье он этого не сказал.

Они пробирались при лунном свете сквозь снег, пока вдруг не вышли к маленькой деревушке. Она располагалась на опушке леса. Дома стояли темные, над ними висела ледяная луна, и лишь на дальнем конце деревни горел одинокий огонек. Туда-то и направились судья с Джонатаном.

Они находились где-то между Уормшиллом и Неттлстедом. К востоку от Луза и к югу от Барминга. Между Хакингом и Ялдингом. Такое вот место.

Пока они шли к огню, Джонатан услышал стук молотка. Они приблизились и увидели человека, вбивающего гвозди в гроб. Тот обернулся, увидел их, но не выказал ни малейшего удивления. Кивнул им, и они подошли к пламени. Джонатан с благодарностью погрел руки над огнем. Мужчина продолжил работу.

Спустя некоторое время высокий, сутулый мужчина с длинной седой бородой и темными глазами прекратил стучать и подошел к ним. Его кожа была изборождена морщинами, следами прожитых лет.

– Добро пожаловать, незнакомцы, – сказал он голосом низким и хриплым, будто скрип старого дерева. – Далеко ли путь держите?

– Вон в тот замок, – ответил судья Ди.

– В Мэйдстоун? – произнес гробовщик. – Я как раз заканчиваю заказ для замка.

Он указал на гроб.

– Кто-то умер? – спросил Джонатан.

И гробовщик, и судья разом обернулись и посмотрели на него с удивлением.

– Нет, – сказал гробовщик.

– А, – понял Джонатан.

– Для тамошнего хозяина, полагаю? – сказал судья Ди.

– Именно так. Индивидуальный заказ. Очень тонкая работа. Грецкий орех и вишня, подбито лучшим бархатом из Аравии. Очень удобно. Очень элегантно.

– А тамошний хозяин богат? – поинтересовался Джонатан.

– Он нормандец, – ответил гробовщик, словно это все объясняло.

– Можно? – спросил судья.

– Пожалуйста.

Пока судья проводил длинными пальцами по внутренней стороне гроба, плотник сиял от гордости.

– А тут замок и ключ? – спросил судья.

– Именно так, сэр. Вижу, вы человек со вкусом и образованием. Это новшество, вот уж точно, сэр! Чтобы гроб можно было запереть изнутри, так сказать.

– Новаторство, – согласился судья и пощупал стенки. – Дерево крепкое.

– Только самое лучшее, сэр.

– Вы превосходный мастер, – сказал судья Ди.

– Премного благодарен.

– Далеко ли до замка? – спросил судья.

– Вон там, сэр. Недалеко – «летучая мышь долетит», как у нас говорят, да и волку рукой подать. Но я всего лишь человек и предпочитаю путешествовать при свете дня.

– Тогда мы двинемся дальше, – решил судья.

– Но господин! – воскликнул Джонатан.

– Да, Джонатан?

– Я-то ни летучая мышь, ни волк.

Гробовщик окинул его критическим взглядом.

– Это точно, – сказал он. – Позвольте-ка я вас измерю. На всякий случай. Вы человек дородный, на вас уйдет много дерева. Я предложил бы что-нибудь дешевое и прочное, под стать вашему скромному положению. Вот, если вы позволите…

– Отстаньте! – буркнул Джонатан. Он в тревоге отпрянул. – Может, вы и правы, господин, – поспешно сказал он, – да-да, пойдемте. Нельзя придумать подарка лучше, чем приятный променад, верно?

– Чего-чего? – сказал гробовщик.

– Я сказал, нельзя… Пошли! Я еще жив!

Судья Ди повернулся, и лунный свет упал на его точеные скулы. Кажется, он улыбнулся.

– Каждого из нас однажды измерят для гроба,