Одним махом! - Илона Эндрюс

Магия.

Если я воспользуюсь пустотным полем, чтобы ее остановить, это лишь отсрочит неизбежное. Может быть, я смогу избавиться от нее, как только найду способ сдержать.

Я отслеживала ее передвижения. Это было едва ощутимо. Она так органично вписывалась в саму ткань гостиницы, что, если бы я не бросила все свое внимание на ее поиски, я бы никогда не узнала о ее существовании.

Кухня.

Я вернула метле ее обычную форму и направилась к двери. Мод последовала за мной.

Из кухонной раковины вырос цветок – его пурпурный стебель поддерживал гигантский бутон четырех футов в поперечнике. Волны лепестков, мерцающих нежно-розовым и золотым, окутывали его сердцевину размером с баскетбольный мяч. Отростки, похожие на парашюты, словно пух одуванчика торчали из сердцевины, и их перистые кончики мягко светились прекрасным багряным цветом. Я никогда не видела ничего подобного.

– Лондар Лен Телес, – прошептал Арланд рядом со мной.

Моя сестра подняла брови.

– Убийца миров?

– Не двигайтесь, – предупредил Арланд настойчивым шепотом. – Если пошевелимся, споры начнут распространяться, ужалят и разрастутся в наших телах.

Я стояла совершенно неподвижно.

– Не двигайся, цветочек, – велела Мод, не поворачивая головы. – Если ты пошевелишься, мы все умрем.

– Не повышай голос, – сказал Арланд, едва шевеля губами. – Он реагирует на любые признаки жизни: движение, звук, тепло, изменение состава воздуха. Это охотник. Есть еще?

– Нет. Только этот.

Мягкие перья парашютов слегка дрогнули, поворачиваясь к нам.

– Можешь его удержать? – спросила Мод.

– Он прошел сквозь твердый пластик, – прошептала я.

– Вы его не остановите, – прошептал Арланд. – Он неуязвим для огня, кислоты, энергетического оружия и вакуума. Преодолеет любой барьер, который вы создадите, потому что обретает плоть только при встрече со своей жертвой. Если отправишь его в другой мир, то обречешь этот мир на вымирание. Он будет убивать, расти и убивать снова, пока не останется единственным живым существом на этой планете.

Я не могла нести ответственность за гибель целой планеты. И я не могла его удержать, сжечь или утопить.

– Как нам это уничтожить? – спросила я.

– Вы не можете, – сказал Арланд. – Но я могу.

– Как? – спросил Шон у него за спиной.

– Моя кровь для него токсична, – заявил Арланд. – Объясню, если выживу. Семена не должны прорасти.

– «Не должны»? – прошептала Мод.

– Не двигайтесь и не кричите, – сказал Арланд. – Я должен быть единственной целью. Если он коснется кого-то еще, семя прорастет в ваших телах, и заражение распространится. Я могу пережить одно растение, но не два.

– А что насчет пустотного поля? – спросила я.

– Нет, – ответил Арланд. – Мне нужно его вытянуть. Если пустотное поле сработает и стебель перережется, цветок просто вырастет снова, в новом направлении.

– Какая-то глупость, – сказала Мод напряженным голосом. – Должен быть другой способ.

Голос Арланда был пугающе спокоен. Его взгляд оставался прикован к цветку.

– Госпожа Мод, если я умру, прочти надо мной литию.

Мод открыла рот. Ее лицо превратилось в бескровную маску, взгляд стал жестким, и, не шевельнув ни единым мускулом, она вмиг превратилась из моей сестры в вампира. Ее голос звучал спокойно и ровно. Вампирские слова слетели с ее языка:

– Идите с Богиней, милорд. Вас не забудут.

Арланд ворвался на кухню.

Цветок взорвался: парашюты с ярко-розовыми семенами взмыли в воздух и вцепились в вампира. Арланд зарычал, как раненый зверь. Парашюты окутали его, как смирительная рубашка. Пульсирующие красным семена проникли сквозь доспехи и осыпались, черные и безжизненные. Они влетали ему в лицо, царапая до крови. Он стиснул зубы и сжал руками сердцевину цветка. Лепестки вспыхнули ярко-красным. Взвыв от боли, Арланд притянул цветок к себе. Лепестки почернели. Все его тело затряслось. Непоколебимая гора Арланд едва держался на ногах. Стебель цветка обвился вокруг его руки, как удав, пытающийся задушить свою жертву. Арланд схватил его и потянул на себя: зубы оскалены, глаза навыкате. Лоза вытянулась, обвиваясь вокруг него.

Он хлестал его, проникнув сквозь доспехи, словно их там и не было. Кровь залила его лицо, сочась из десятков крошечных ран. Все еще отчаянно крича, Арланд упал на колени. У него из глаз текли слезы. Мне хотелось зажать уши руками и свернуться калачиком, чтобы ничего не видеть и не слышать. Мод стояла рядом со мной, сжав руки в кулаки, и со свистом выдыхала сквозь стиснутые зубы.

Последние несколько футов стебля вывалились из стока, неся на конце светящуюся голубую луковицу размером с грецкий орех.

Маршал Дома Крахров схватил ее. Она запульсировала слепящим светом. Вампир вонзил в нее свои клыки, проделывая отверстие, прокусил себе руку и плюнул в луковицу собственную кровь.

Она почернела.

Растение забилось в конвульсиях, сжимая свою жертву в последней попытке задушить, затем полностью почернело и замерло.

Арланд поднял руку и прорычал одно-единственное слово:

– Чисто.

Мод подбежала к нему.

– Ну, – сказала Кальдения. – Никто не скажет, что этот штурм скучный.

* * *

Арланд не мог подняться с пола. Его лицо покрылось пятнами, которые за считаные секунды превратились в наполненные кровью волдыри. Он дышал так, словно только что пробежал спринт.

– Нужно снять доспехи, – сказала ему Мод. – У тебя под ними течет кровь.

– Что мне нужно… так это… немного… отдышаться.

– Арланд, – сказала я. – Тебе нужно снять доспехи.

Он не ответил. Снять броню без его согласия было практически невозможно. Для рыцарей Святой Анократии доспехи – это все. Они проводили в них больше времени, чем без, и даже при смертельных ранениях зачастую не хотели разоблачаться.

Шон встал перед Арландом, схватил его за руку и рывком поставил маршала на ноги.

– Останешься в доспехах – умрешь, – сказал он.

– Не умирай! – крикнула Хелен из гостиной.

– Ты можешь двигаться, дорогая, – сказала ей Мод.

Хелен тут же ворвалась в комнату и обняла Арланда за ногу.

– Не умирай.

По телу Арланда пробежала дрожь. Он кусал воздух, словно пытаясь унять боль.

Мод подошла к нему вплотную, их лица были всего в нескольких дюймах.

– Я знаю, – сказала она натянуто. – Я знаю. Я чувствовала то же самое. Последнее, чего ты сейчас хочешь, – это остаться без доспехов. Ты не хочешь стать уязвимым. Но тогда ты умрешь, милорд. Я не хочу, чтобы это случилось. Хелен не хочет, чтобы это случилось.

Арланд взглянул на Хелен. Вцепившись в его бронированную ногу, она смотрела на него испуганными глазами.

– Не умирай.

Арланд сглотнул и ударил себя по гербу на груди. Доспехи упали на пол.

– В медотсек! – приказала я.

Из пола вытянулось щупальце, обвилось вокруг Арланда и потащило его в глубь гостиницы. Я последовала за ним.

Хелен бросилась за мной, но Мод ее поймала.