Ворон из рая - Тисато Абэ

– А, как раз вовремя.

Было непонятно, что имел в виду Хакурику-ко.

– Что? – пробормотал Тоби.

И тут летящие кони вдруг стали лишаться сил.

– Скорее! Иначе Тоби убьют! – крикнул Така и отчаянно заколотил по голове Тихаю, несущего его в облике птицы.

Вызволив Хадзимэ, он и Ёрито поспешили к месту обмена заложниками. Они сильно опаздывали. По словам Таки, обмен должен был состояться на строящейся дамбе, которую они посещали недавно. Ёрито не думал, что Хакурику-ко сразу убьет Тоби, но мальчик переживал за него и потребовал лететь вместе.

Наверняка Желтый Ворон тоже находился там, поэтому надежнее всего было показать ему самого Ясухару Хадзимэ, в целости и сохранности. Поэтому Тихая посадил себе на спину Таку, а Ёрито – Хадзимэ, и они направились прямо к дамбе.

Подул легкий ветерок: похоже, надвигался ливень. Стоило удачно поймать крыльями воздушный поток, и пейзаж внизу стремительно понесся мимо. Вскоре показались белые каменные блоки в свете солнца, миновавшего зенит. Однако фигуры Хакурику-ко видно не было. «Где же он? Может, решив, что они не придут, уже покинул это место?»

Когда Ёрито немного занервничал, вдруг в головокружительно ярко-синем небе он заметил множество черных силуэтов – гигантские вороны, у которых отчетливо различались только две ноги. На первый взгляд с десяток коней летели в том же направлении, что и они, – к дамбе.

Ёрито прислушался, и ему показалось, что он слышит хриплые птичьи крики, напоминающие боевой клич. Нахлынули воспоминания о недавнем нападении, и по всему телу пробежало напряжение. Неужели сообщники Дзюдзо решили показаться из укрытий и атаковать Хакурику-ко? Разумеется, он не из тех, кого легко застать врасплох, но что же делать? Когда крылья сделали следующий взмах, в голове пронеслась мысль: «Не лучше ли немедленно развернуться и унести Хадзимэ отсюда?»

Но тут он заметил, что для коней, которые собираются атаковать, они выглядели странно неуклюже. При атаке стая движется четко и в определенном порядке, а сейчас казалось, будто каждый был сам по себе: вороны летели беспорядочно, как попало. К тому же, прислушавшись, Ёрито понял, что их пронзительный крик вовсе не боевой клич. Тогда что же? Это не напоминало попытку принудить к чему-то, скорее похоже на мучительный вопль, на агонию.

– Ёри-тян, сбоку!

Услышав за спиной сквозь порывы ветра голос Хадзимэ, он скользнул взглядом по сторонам и обомлел. Несколько коней оказались рядом. Все они держались на небольшом расстоянии, но явно направлялись к дамбе. Ближайшая к ним птица не издавала ни звука, и от нее не чувствовалось угрозы. Однако время от времени все ее тело резко вздрагивало и каждый раз немного теряло высоту. Если очень хорошо присмотреться, можно было увидеть, что глаза у нее выцветшие, мутно-серые, третье веко выпадает.

Едва Ёрито подумал, что ее состояние вряд ли можно назвать здоровым, та внезапно лишилась сил и сорвалась вниз. К тому моменту они уже подлетели к самой дамбе. Проследив взглядом за тем, как конь падает на сухую землю, Ёрито остолбенел… На дне происходило нечто ужасное. Больше двадцати коней ожесточенно били крыльями по земле и корчились в судорогах. Некоторые совсем не двигались: было ясно, что они уже испустили дух.

Тихая первым опустился на дно и принял человеческий облик. Следом за ним Ёрито обернулся человеком и, встав так, чтобы прикрыть Хадзимэ, огляделся вокруг.

– Что здесь происходит?..

Со всех сторон к дамбе слетались кони. Падая или кое-как приземляясь, все они содрогались в муках. Одни, словно умоляя о пощаде, бессильно щелкали клювами. Другие, ударяя огромными крыльями о землю, метались в полубезумии. Третьи перевернулись на спину, и их ноги, вытянутые к небу, мелко тряслись.

– Здесь же… папа с братом! – еле слышно прошептал Така и, шатаясь, сделал шаг вперед. Понемногу повышая голос, он пошел быстрее. – Папа?.. Братик?.. Почему?.. Эй, где вы?!

В конце концов он заорал и побежал, всматриваясь в каждого коня, лежащего ничком.

– Братик?! Папа?! Эй… Эй, где вы?! – пронзительно закричал Така.

Ёрито все еще не понимал, что случилось, когда Тихая выдавил:

– Он все-таки сделал это.

– …Что?

– Мерзавец пустил в ход тот же прием!

– Тот же… какой?

– Тот же, что при захвате Подземного города.

Смысл слов наконец дошел до Ёрито, и внезапно он ощутил, как похолодели ноги.

– Яд?..

Юноша взглянул на лежащего рядом коня, который содрогался в конвульсиях. На его клюве застыла белая пена.

– Невозможно! Всех освобожденных коней? Вы хоть понимаете, сколько их было?!

С неба и сейчас продолжали один за другим падать вороны.

– Кто это сделал?! – крикнул Ёрито.

– Понятно же кто, – со злобой выпалил Тихая и остервенело потер голову. – Похоже, он.

Как будто привлеченный этими словами, на вершине дамбы возник человеческий силуэт. Мужчина, взиравший с высоты на рабочую площадку, усыпанную мертвыми телами воронов, был облачен в сверкающее черное шелковое одеяние, поверх которого лежала золотая кэса. Сильные порывы летнего ветра мягко всколыхнули его собранные в пучок волосы. Он спокойно и уверенно стоял на фоне яркого синего неба.

Взглянув на него снизу вверх, Тихая закричал:

– Давно не виделись, Юкия! Ну каково тебе ощущать, что Ямаути теперь в твоих руках?

– Ха-ха! Хуже не придумаешь!

Тихая тотчас же взмыл на верх дамбы, и Ёрито, подхватив Хадзимэ, торопливо последовал за ним. Сохраняющий самообладание Хакурику-ко и источающий ярость Тихая стояли друг против друга. Сразу за спиной Желтого Ворона находились стражи из Ямаути-сю и помощник Харума Уки. А у его ног бессильно осел на землю Тоби. В полном оцепенении он смотрел на мертвых товарищей.

– Юкия! Что это значит? – прорычал Тихая.

– Яд ёрохамуси[68] замедленного действия. Действует на всех по-разному, так что те, кто здесь, видимо, оказались чувствительнее, – беспечно ответил Хакурику-ко. А затем окинул взглядом тела и с напускной грустью добавил: – Если они вернулись в надежде получить противоядие, то жаль их, конечно. Ну, похоже, они немного опоздали.

Стоны умирающих коней и жалобные крики мальчика, ищущего отца и старшего брата, эхом разносились вокруг.

Тихая, не скрывая гнева, приблизился к Хакурику-ко:

– Не валяй дурака! Я спрашиваю: зачем ты отравил их?!

– Прошу вас успокоиться, господин Тихая. С точки зрения закона эти меры вполне уместны, – деловито вмешался в разговор Харума.

– Смертельный яд дали лишь тем, кто едва избежал казни. В обмен на дарованную жизнь их отправили на принудительные работы, поэтому в момент побега они подписали себе новый смертный приговор. Даже став конями, по умственным способностям они ничем не отличаются от ятагарасу. Каждый