Смертные души - Хань Сун

– Понял я: даже если павлины и умерли, не оставили они после себя загнивающей смертной оболочки.

8. Трупная память

Вы извлекаете водяные капсулы, хотите снять с них воспоминания. Для этого вам потребуется содействие машин. Однако лечебное оборудование по большей части переломали больные. И все же вам удается отыскать трехфазный слот в относительно рабочем состоянии. Вы переносите водяные капсулы в трубки аналитического модуля и запускаете программу. Наноаппараты принимаются за работу по считыванию мешочков. Водяные капсулы мелко трясутся, точно живые. Это так реагирует его «Дух»?

– Может, у него еще есть сознание, и он понимает, что мы с ним делаем. Только он не в кондиции, чтобы нам об этом сказать, – робко замечаешь ты.

Однако вскоре становится понятно, что водяным капсулам вне организма тяжко. Детектор сознания те же больные разбили, а потому ничего по этой части вы разузнать не можете. Вы подключаете еще один электрод и увеличиваете разряд, оживляя водяные капсулы. Внутри них выделяется немного черной жидкости. Вы собираете эту секрецию. С помощью графической карты вы получаете маловразумительную прерывистую последовательность чисел.

– В цифрах, наверное, и заключены данные, – невнятно бормочет Сяцюань.

– Есть ли вероятность, что в нашей системе все еще какую-то роль играет алгоритм? – Ты понятия не имеешь, нужно ли тебе выражать согласие.

Среди прочего скарба вы отыскиваете компьютер, который после некоторых манипуляций приступает к расшифровке памяти. И тогда вам частично открываются сохраненные в цифре мысли начальника больницы. Водяная капсула – носитель памяти, предосторожность на самый крайний случай. Только непонятно, не загрузил ли начальник свои воспоминания еще на какую-нибудь машину? Вероятнее всего, нет. Он должно быть предугадал разгром оборудования больными и решил не искать для себя внешнего прибежища. Да и изничтожение тела начальника больницы не из тех задач, на которые способны обычные люди.

Ты невольно думаешь о том, как в самом начале пребывания в больнице вы с подругой по болезни Байдай вылезли на крышу и увидели, что весь город был гигантской больницей. Но при том, что все люди были заключены в больницу, никто не мог полностью слиться с ней воедино. Тогда тебе стало известно, что наступила эпоха медицины, которая вскоре переросла в войну за медицину, а потом и в империю медицины. Однако все это – лишь разрозненные воспоминания, связь которых с реальностью невозможно установить. Да и грош цена памяти, если не задействованы средства ее сохранения.

Из остаточных воспоминаний вы узнаете, что высшее руководство больницы, в том числе начальник больницы, его заместители и часть заведующих отделами и отделениями вот уже три года тайком заменяли собственные смертные оболочки, стремясь добиться бессмертия. Все эти люди связали воедино свои мозги, превратив их в супербиокомпьютер. А потом еще подсоединили этот супербиокомпьютер к мозгам всех больных. Вот вам и сообщество врачей и больных нового типа, частично единое медицинское поле. В ходе этого процесса сформировался новый алгоритм, который использовался для отслеживания изначальной или исходной смерти во имя максимально эффективного предотвращения заболеваний раз и навсегда. По-видимому, в этом функционал универсального болеутоляющего аппарата.

Общий алгоритм врачей и больных также назывался естественным алгоритмом всего живого, он представлял собой огромное дерево принятия решений и преобразовывал жизнь и смерть в потоки бинарных решений на основе двоичной системы исчисления. В обычных обстоятельствах на все вопросы предполагалось два ответа: либо «да», либо «нет». Перед лицом таких сложных материй, как бытие и гибель, алгоритм выработал десятки миллиардов нод, в убыстренном режиме обрабатывал ответы, вводил их и получал новые ответы. После многократных вводов последовательно производились сменяющие друг друга итерации умозаключений. Такой подход изначально предложил Готфрид Вильгельм Лейбниц: жизнь можно разложить на длинную последовательность бинарных решений. Отличием естественного алгоритма начальника больницы выступало то, что в пространство между ответами «да» и «нет» были включены еще другие варианты решений: иными словами, создана зона неясностей, область и не «да», и не «нет». Начальник полагал, что только так можно будет определить этиологические факторы болезней и добиться первоклассных и окончательных решений по их части.

Проект этот был абсолютно секретный. Врачи с длительным стажем работы заключили соответствующие договоры и в ходе перепрофилирования подключались к мозгам начальника больницы, разделяли его дух. В дальнейшем проект в той или иной степени охватил весь медперсонал больницы. И на пороге распространения такой системы на всех больных дело по необъяснимым причинам пошло прахом. Наверно, бактерии воспользовались краткосрочной лазейкой для атаки на врачей. Впрочем, с той же вероятностью именно бактериальная атака и привела к краху системы. С течением времени стало понятно, что бактерии были не материальными, а цифровыми. Начальник больницы утратил контроль над ситуацией, подчиненные ему врачи вторглись в его нервную систему, используя ее в собственных интересах и фактически удерживая руководителя в заложниках. Это и положило начало бедствию, охватившему больницу.

Досмотрев до этого момента, ты приходишь в смятение. Алгоритм, который выработал начальник больницы, преследовал те же цели, что и «Трактат Желтого императора о внутреннем». Неужто и начальник больницы читал эту книжицу и черпал в ней вдохновение? Но и тут случилась неудача. А ты, оказавшись в марсианской больнице, сошелся с непонятной женщиной и теперь суешь нос в тайны трупной памяти.

– Что-нибудь еще проглядывается? – тревожно спрашиваешь ты.

– Хм, нет, больше ничего не видно. В том числе и место, куда запрятали универсальный болеутоляющий аппарат. Трупная память – вещь нестабильная. Мы только поняли, что с самого начала в истории больницы назревали крупные проблемы. Многие явления требуют переосмысления. Не так уж все просто, – отзывается женщина.

– Ты права. Истории болезней всех людей здесь, включая нас с тобой, – сплошная загадка. К чему вообще устроили марсианскую больницу? – Ты тянешь Сяцюань за рукав, будто тебе страшно, что она тебя покинет. Подсознательно ты боишься, как бы она не ушла на поиски мужа. Сяцюань тотчас же смахивает твою руку.

Вы общими силами обследуете глубинные воспоминания начальника больницы и отмечаете, что у водяных капсул на субъядерном уровне образовалась искусственная кора головного мозга. Но дальше все белым-бело, никакого контента не считывается.

9. Град марионеток

Перед всем этим бессильна даже Сяцюань. Она предлагает сходить в музей истории больницы, вдруг вы там что-то откроете. Можно будет сопоставить экспозицию с воспоминаниями начальника больницы, восполнить пробелы, по возможности воссоздать полную картину событий и затем уже решить, что делать дальше.

Музей истории больницы устроили на основе литературного музея, это флигель из двух параллельно установленных ярко-красных прямоугольных контейнеров. Размеры небольшие, но по планировке и силе воздействия музей не