Система Пиратов Карибского Моря - Сим Симович

В столь поздний час прибрежная зона благополучно вымирала. Улицы оставались во влажной власти бродячих псов, продрогших ночных бабочек и тех редких безумцев, что предпочитали выяснять отношения с помощью свинца и магии вдали от ленивых глаз имперской стражи.

Ильяс Михеевич Мразко шагал по мокрой брусчатке не спеша. Аристократ слегка наклонил голову, словно совершал неспешный вечерний моцион по ухоженным аллеям столичного парка. Темно-серый сюртук безупречного кроя отталкивал влагу, а в воздухе вокруг идущего едва слышно, по-змеиному тонко, позванивало морозное марево.

Шагов за пять позади, ступая мягко, но весомо, словно раскормленный мантикор перед прыжком, двигался Урраг. Глубинный орк небрежно покручивал в лапе-кувалде тяжелый зачарованный тесак. Матовый металл оружия жадно поглощал тусклый, болезненный свет редких газовых рожков.

— Говорю вам, босс, пить здешнее пойло — верный способ выссать собственные почки еще до выхода в открытое море, — пробасил зеленокожий, смачно сплевывая на склизкий камень мостовой. — Даже наши трюмные крысы смотрят на эту бодягу с ярко выраженным классовым превосходством.

— Сидр оставим матросам. Исключительно для укрепления боевого духа и притупления инстинкта самосохранения, — лениво бросил через плечо серб, не утруждая себя поворотом головы. — Совсем скоро нам предстоит дышать кристальным воздухом северных ледников. Там любая жидкость замерзает раньше, чем успевает коснуться стенок желудка.

Из-за угла полуразрушенного таможенного склада бесшумно вынырнули трое.

Троица двигалась грамотно, используя каждый клочок густой, маслянистой тени. Но даже слепому калеке стало бы кристально ясно: перед ними не оголодавшие грабители с большой дороги. Налетчики щеголяли в облегающих кожаных балансирах с вшитыми руническими бронепластинами, а лица визитеров скрывали глухие полумаски из черненой стали. Дорогое снаряжение для грязной работы.

Впереди вышагивал рослый тип с растрепанными светлыми волосами и хищным, перекошенным от предвкушения оскалом. В правой руке вожака тускло мерцала длинная дуэльная рапира. Заточенную сталь покрывала затейливая вязь смертоносных накопителей, ждущих лишь капли маны.

— Наконец-то променад окончен, господин великий комбинатор, — голос блондина звенел от избытка адреналина и дешевого театрального пафоса. — Воронцовы просили передать горячий привет прямо из подвалов инквизиции. И поверь, этот привет будет очень долгим и мучительно холодным.

Ильяс остановился. Медленно, с ленивой грацией сытого хищника, архимаг развернулся навстречу незваным гостям. На его тонких губах заиграла та самая фирменная полуусмешка, от которой у столичных банкиров обычно начинался неконтролируемый нервный тик, а у врагов Рода — обильное внутреннее кровотечение.

— Передавать приветы через покойников — отвратительный моветон, молодой человек, — тон серба прозвучал обманчиво мягко, почти ласково. Но в этих словах крылась такая стылая бездна, что грязные лужицы под ногами убийц моментально покрылись звонкой коркой льда. — Впрочем, чего еще ожидать от обанкротившихся родичей клана, чье золото уже третьи сутки скрупулезно пересчитывают крысы из имперского Минфина? Вы безнадежно опоздали на собственные похороны.

Бретер взвился. Для признанного мастера дуэльного клинка и элитного наемного мясника снисходительный тон какой-то провинциальной выскочки звучал хуже пощечины. Это было оскорбление, смываемое только артериальной кровью.

— На ремни пущу! — взвизгнул наемник.

Сорвавшись с места, мечник провел молниеносный выпад в лучших традициях высшей арканной школы. Клинок рапиры вспыхнул бешеным, режущим глаз белым пламенем, распарывая влажный воздух с пронзительным свистом. Расстояние в десять шагов сжалось до нуля за долю секунды.

Но глава южной цитадели даже не шелохнулся.

В груди мага глухо, подобно кузнечному молоту, ухнул темно-сапфировый Источник. Пространство вокруг аристократа сжалось до состояния взведенной стальной пружины, а температура рухнула сразу на сорок градусов. Окружающая среда мгновенно лишилась кислорода, вырожденная магией в зону абсолютного, безжалостного вакуума.

Вспышка термодинамического удара оказалась настолько стремительной, что человеческий глаз просто не успел зафиксировать переход. Ближайший подручный бретера, заходивший слева, вдруг страшно захлебнулся собственным криком. Вся влага в легких бедолаги за долю мгновения обратилась в пучок острых ледяных игл, превративших нежные ткани в кровавую кашу. Убийца мешком рухнул на брусчатку, умерев раньше, чем его колени коснулись камня.

Сам вожак с размаху налетел на невидимую стену ледяного щита. Зачарованная рапира соприкоснулась с уплотненной аурой Мразко и жалобно брызнула во все стороны градом звенящих осколков. Остатки эфеса тут же обросли толстой коркой мертвенно-синей изморози.

Лицо блондина исказилось от первобытного ужаса. Только сейчас дуэлянт по-настоящему заглянул в глаза своей жертвы. И не нашел там ни гнева, ни боевого азарта, ни торжества. Лишь бесконечную, безразличную пустоту мерзлого космоса.

— Вы… что ты такое? — сипло прохрипел бретер. Мечник отчаянно дернулся назад, пытаясь разорвать дистанцию, но дорогие сапоги уже намертво, до треска кожи, приросли к промерзшей мостовой.

— Всего лишь кредитор, пришедший взыскать просроченные проценты, — тихо, почти интимно ответил Ильяс.

Правая рука в безупречной перчатке плавно скользнула вперед. Пальцы едва ощутимо коснулись плеча застывшего наемника. Секунда — и сокрушительная волна абсолютного ноля прошила организм противника от макушки до пят. Вся вода в теле человека заледенела в едином микропотоке, превратив гордого столичного дуэлянта в хрупкую, полупрозрачную скульптуру из багрового льда.

Третий участник засады оказался умнее. Поняв, с каким именно чудовищем их угораздило столкнуться, уцелевший бандит рванул за пояс, пытаясь сорвать дымовую шашку и раствориться в спасительном лабиринте портовых трущоб.

Не вышло. Из непроглядного мрака подворотни вынырнула Сирена. Девушка-водница скользила со смертоносной, текучей грацией рассерженной кобры. В тонкой руке блеснул матовый клинок зачарованного стилета. Короткое, хирургически выверенное движение в основание черепа беглеца — и последний убийца тяжело осел на камни, издав напоследок лишь тихий булькающий звук.

Урраг неторопливо подошел к заледеневшему вожаку. Орк с профессиональным любопытством постучал по прозрачному плечу статуи массивной рукоятью тесака, издав глухой стеклянный звон, и довольно осклабился.

— Мельчают нынче дуэлянты, босс, — философски заметил громила, смачно харкнув на заледенелый сапог жертвы. — Даже вспотеть не успели перед смертью. Рассыпаются от малейшего сквозняка. Что прикажете делать с этим образцом художественного стекла?

— Оставь на растерзание местным крысам, пусть грызут леденцы на палочке, — небрежно бросил архимаг, брезгливо стряхивая с манжета пылинку. — У нас нет времени на созерцание ледяных изваяний. Северные течения ждать не станут, а флагман обязан выйти на большую воду до рассвета.

Они неспешно двинулись дальше по мокрой, пропахшей гарью улице, оставляя позади промороженные останки очередной неудачной засады. Туман впереди постепенно редел и рвался. Из серой пелены величественно выступал темный, ощетинившийся рядами орудийных стволов силуэт «Абсолютного Ноля» — исполинского корабля, готового принять на борт тех отчаянных ублюдков, что решили бросить вызов самому Ледяному Архипелагу.

Глава 21

Тяжелые звенья якорной цепи со скрежетом и воем ползли на палубу, ведомые безжалостной тягой паровых лебедок. Металл выдирал со дна Пепельной Гавани илистые сокровища