Чудеса в раскрутке - Андрей Андреевич Уланов

— На самом деле все проще, — Аллан закончил пристраивать на место карту и присоединился к беседе. — Значительной части этих штук требуется оторваться от земли на фут, проползти десяток ярдов и шлёпнуться обратно. Достаточно, чтобы стюарды зафиксировали факт взлета, после чего герой радостно пишет на визитке: «участник Королевской воздушной гонки!»

— То есть большая часть этих недоразумений, — я оглянулась на ряды катеров, труб и флагов, — сделана ради красивой строчки на визитной карточке?

— Ради красивой строчки, — философски заметил Аллан, — люди часто делают куда более глупые вещи.

Закрыв глаза, я мысленно напомнила себе, что решила участвовать в этом безумии совсем по иной, куда более важной причине. О которой еще утром говорила с полковником Кардом. В который раз обе высокие договаривающиеся стороны в очередной раз пришли к неутешительному выводу: мы понятия не имеем, что Музыкант задумал в очередной раз. Участие в Королевской воздушной гонке на этом безрадостном фоне выглядело светлым пятном, пусть и весьма сомнительной белизны. По крайней мере, тут имелись полторы зацепки: загадочное убийство пилота и, если верить Клэр, подозрительная гибель еще одного. Вполне возможно, что Кэл, он же Калеб Паркер, сейчас где-то рядом.

Хотя ровно с тем же успехом он мог бы находиться и на другом конце столицы. Атмосфера заразного безумия не ограничивалась лётным полем — в небе висели многочисленные яхты, лодки, а также несколько барж, наспех оборудованных дополнительными палубами. Они были заполнены «чистой» публикой: дамы в сложных и ярких шляпах, джентльмены с подзорными трубами и биноклями, дети в матросках, размахивающие ленточками, слуги с подносами. Тем, кому денег на билеты не хватило, но при этом имелось горячее желание непременно взглянуть на участников до взлета, оставалась ограда, крыши строений по соседству.

— Фейри, ты еще с нами? — Аллан постучал карандашом по карте. — Давай еще раз повторим наш маршрут.

— Повторим, это когда во второй раз! А ты пристаешь уже в пятый!

— Первый этап простой. Сравнительно простой, — покосившись на меня, поправился лейтенант, — и придуман с целью порадовать зрителей, ну и отсеять наиболее неудачные конструкции. Большая часть над рекой, чтобы эти самые конструкции не упали на головы зрителей. Стартуем, летим над пригородами к Эффре. Верхняя граница на тысяче футов, нижней нет, но не рекомендуется опускаться ниже фабричных труб. Перед мостом короля Генрика снижение и пролёт между башнями.

— Пролететь над мостом слишком скучно?

— Слишком опасно упасть на собравшихся на верхней галерее зевак. Нижних не так жалко. После моста идём вдоль русла реки, мимо острова Айл.

Там будут главные трибуны для знати. Все хотят видеть, как мы красиво проносимся мимо.

— Или красиво врезаемся в воду.

— Тоже неплохое зрелище. Дальше поворот через большой круг над рекой. Подвешен на двух баллонах, должен быть ориентирован по течению, но ветер может его развернуть в любую сторону. Пройти надо именно через него. После круга возвращаемся к мосту с другой стороны острова, над каналом. Пролёт, разворот и посадка на соседнем поле. Ничего сложного, если внимательно смотреть вперед и по сторонам.

— Надеюсь, — вздохнула я, — смотреть мы сможем.

Одним из дополнений в конструкции катера по итогам пробного полета стал «ветрозащитный козырек». Не просто кусок стекла, а выгнутую прозрачную пластину перед пилотским местом, закреплённую в тонкой металлической рамке. Стекло состояло из нескольких слоёв, склеенных особым эльфийским бальзамом, и, по словам Ори, «не разбивалось на осколки при повреждении». Через него действительно получалось смотреть вперед: чуть зеленоватый по краю, с едва заметными волнистыми прожилками внутри, козырек ловил свет и разбивал его на тонкие радужные линии. Еще Ори раздобыл «настоящие летные очки», в кожаной оправе и со специальными дополнительными линзами «янтарного стекла» и обсидиана. По мнению гнома, они должны были защитить глаза от ветра и яркого солнца, по моим собственным ощущениям, сквозь янтарные линзы еще получалось что-то разглядеть, а вместо вулканического стекла можно было с тем же успехом взять две чугунные крышечки.

С другой стороны, от ветра, угольной пыли, а также прочей летящей в глаза гадости они действительно помогали. А подобной гадости в небе Клавдиума сегодня будет больше, чем обычно.

За остальной «костюм пилотессы» несла ответственность Марилена. Мягкая кожаная шапка с вставками для ушей, в которые никак не получалось нормально этими ушами попасть и особое «лётное» пальто. Пальто оказалось плотным, тяжёлым, пахло дублёной кожей, жиром, нафталином и почему-то слабым запахом лаванды. Должно быть, его всё же пытались сделать приличным для юной леди. О том, что пришлось надевать под пальто, я пока старалась лишний раз не задумываться.

— Кстати, чуть не забыл, — хлопнув себя по карманам, лейтенант передал мне небольшой бархатный мешочек, — подарок от Марилены, она просила отдать перед стартом.

— Что это?

— Засахаренные орехи. На всякий случай.

— На случай чего?

— Если после финиша ты будешь жива, но злая. Или если перед стартом передумаешь быть храброй. Лорд Реджинальд сказал, в таких случаях эльфам помогает съесть что-нибудь сладкое.

— Спасибо. А ты сам как?

— Превосходно, — лейтенант продемонстрировал мне небольшую плоскую фляжку, — уже готов праздновать нашу победу. А у Тома наверняка найдется и побольше, — выдернув заглушку из переговорной трубки, О'Шиннах наклонился к ней и гаркнул: — Котельное, доложить обстановку!

— Во-первых, не котельное, а машинное! — булькнула трубка, — во-вторых, бортинженер из-за твоего вопля оглох на одно ухо. Правое ухо, если это кому-то интересно. В остальном все в норме, котёл прогрет, в любой момент могу поднять пары.

— Можешь помолиться каким-нибудь гномским святым? — поинтересовался Аллан. — Божественная поддержка нам бы не помешала.

— Вообще-то я верую в того же Творца, что и ты! — обиженно напомнила трубка.

— А жаль, — вздохнул О'Шиннах. — Тогда просто разводи пары, борт-кочегар. Предстартовая готовность.

Я тоже обратила внимание, что возня вокруг судейских столов стала более… интенсивной? Упорядоченной? На сигнальных мачтах желтые флаги дружно поползли вниз, взамен торопливо поднялись длинные зеленые «языки».

— Ты готова?

— Да.

— Тогда не забывай дышать.

Я опустила на глаза очки. Вдох. Кожа, масло, горячий металл. Выдох. Влажная земля, нефтяной дым, сладкий орех в кармане. Вибрация котла, перестук поршней, металлические щелчки. «Огнедышащий Варг» подобрался, готовясь к прыжку.

— Давление в норме, — доложил Тайлер.

На башне впереди блеснула медью пушка. Сквозь «янтарное стекло» я смутно видела маячившую рядом фигуру. Вот она наклонилась… выпрямилась… и пушка выплюнула тугой клуб дыма. Королевская воздушная гонка началась!

И тут же все летное поле сошло с ума!

Глава 20

В которой Фейри Грин едва не падает

До