Сага о кораблях - Энн Маккефри

распада уровень энергии, вместо того чтобы падать, остается неизменным. Варьируя количество циклов в секунду или, в нашем случае, в миллисекунду, – Бреслау сиял, как именинник, гордясь достигнутыми результатами, – мы обеспечиваем р-двигатель той мощностью, которая ему необходима для того, чтобы превзойти скорость света в любое потребное количество раз. Таким образом, чтобы покрыть заданное расстояние в заданный промежуток времени, нужно лишь получить из базовых р-уровней необходимый коэффициент циклической вариации!

С подъемом, необычным для такого флегматика, он отстучал серию полетных данных.

– Если, допустим, тебе нужно добраться до Мирфака за два стандартных дня, то это вполне реально. А раньше на это требовалось бы… сколько?

– Четыре недели, – машинально подсказала Хельва, внимательно следившая за преобразованием чрезвычайно интересных уравнений.

– Вот-вот, четыре недели. Так что все преимущества налицо.

Теперь Хельва понимала, чем продиктована необходимость нового визита на Бету Ворона.

– Едва ли кто-то возьмет на себя смелость высвободить такую энергию в пределах нашей Солнечной системы, не будучи уверен в объективных и субъективных последствиях. Какие побочные явления вы наблюдали? – в упор спросила она. – И на чем основаны эти расчеты: на экспериментальных данных или на чисто теоретических умозаключениях?

Задор Бреслау уступил место неуверенности и сомнению.

– Мы провели испытания си-ви, циклического варианта энергетического источника. Уверяю тебя, мы предприняли все предосторожности, взяли очень низкий коэффициент цикличности. И все же, – лицо его омрачилось, – нам не удалось удержать экспериментальный корабль в диапазоне действия контрольно-измерительной аппаратуры.

– Корабль был с ручным управлением или ММ?

– С ручным, – еле слышно ответил Бреслау.

– И весь персонал погиб от чудовищного ускорения?

– Нам это неизвестно.

Бреслау украдкой взглянул на Рейли, который тихо переговаривался с Пароланом. Не успела Хельва подстроить чувствительность аудиосистемы, как они разошлись, и Рейли пересел на кушетку к Добриньону, оставив Паролана в одиночестве. На непроницаемом лице Найла застыла дежурная учтивость, глаза глядели настороженно.

– Как это – неизвестно?

– Корабль еще не вернулся. Ожидаемое время возвращения – девять стандартных лет. Мы определили, что он движется на обычном двигателе. Судя по последнему перехваченному сообщению, при использовании нового источника энергии мы должны действовать с предельной осторожностью.

– Это очевидно. Осмелюсь предположить, что ваш пилот просто упал на переключатель варп-двигателя, если так далеко вылетел из зоны действия связи. Для испытательного полета нужно было взять корабль класса ММ, но без хрупких организмов на борту.

– Есть одно предположение: мы неверно использовали данные корвиков, – продолжал Бреслау, задумчиво кивнув в ответ на ее замечание. – Можно легко экстраполировать разрушающий потенциал варп-фактора. И мы должны быть уверены, что не исказили данные и тем самым не высвободили неконтролируемые или нестабильные излучения, которые могут иметь последствия космического масштаба.

Бреслау смотрел на нее с надеждой и тревогой.

«Да, игра стоит свеч, – размышляла Хельва. – Подумать только, межгалактические полеты! Испытательный корабль унесло на расстояние в девять стандартных лет!»

– Для начала, господа, хочу поблагодарить вас за доверие, которое вы мне оказали, – произнесла она после долгого молчания. – Однако меня одолевают сомнения: не потому ли вы остановили на мне свой выбор, что я, расплатившись с вами – правда пока только теоретически, – представляю для вас наименьшую материальную ценность, поскольку в случае потери вашим финансам ничего не грозит?

Один Паролан по достоинству оценил ее колкость и расхохотался, не скрывая своего восхищения.

– Знаешь, Хельва, сейчас не время упражняться в остроумии, – упрекнул ее Рейли. – Для нас ты как раз представляешь наибольшую материальную ценность из всего персонала. И должен вам заметить, Паролан, что я не усматриваю никакого юмора в столь возмутительном предположении.

Чувствовалось, что шеф рассердился не на шутку.

– В таком случае вы бессовестный шантажист.

– Что? – взревел Рейли, разом забыв о Найле.

– Вам, шеф, прекрасно известно, что я всегда хотела иметь такой двигатель, с тех самых пор, как узнала о его существовании. И что я безусловно захочу остаться на службе в Центральных мирах, чтобы его заполучить!

Паролан мгновенно успокоился и теперь наблюдал за ней.

– Вот в чем смысл вашей игры, не так ли? – холодно спросила Хельва.

Теперь она обращалась только к Паролану, и он это понимал. Он продолжал молча смотреть на нее, только желваки ходили на скулах.

– Если честно, то да, – ответил Рейли, когда для всех стало очевидно, что Паролан так ничего и не скажет. – И у тебя не так много времени, чтобы принять решение.

– Это почему же?

Едва заметная перемена в выражении лица шефа вызвала у нее взрыв обиды и гнева. Так вот, значит, как Центральные миры обращаются со своими «мозгами»! Зря она не вызвала КОММ и ОЗИРМ. И с Броули тоже надо было связаться. Пусть Центральные миры сами расхлебывают свою кашу.

– Пойми, Хельва, Центральные миры связаны федеральными директивами, а эти директивы издают и контролируют граждане нашей цивилизованной галактики. И целый ряд этих ограничений невозможно обойти. Пока не будут получены дополнительные премиальные от Федерации, ты по-прежнему подчиняешься Центральным мирам. После их подтверждения наши с тобой взаимоотношения – характер полномочий, тип контракта, формулировка и состав отдельных статей, оплата и привилегии – все это будет регулироваться совершенно новым пакетом директив. А вздумай мы поступить по-другому, – неумолимо продолжал Рейли, – нас мигом одолеют правозащитники всех мастей. Они начнут рыться в наших архивах, дышать нам в затылок и всячески осложнять нашу работу. Ты зарекомендовала себя отличным работником. И наша служба в тебе чрезвычайно заинтересована. И до сих пор наша заинтересованность всегда шла тебе на пользу. Тебе были предоставлены все возможности, чтобы как можно раньше достичь полной финансовой независимости. И мы надеемся, что ты учтешь это теперь, когда мы предлагаем тебе стать первым ММ-кораблем с полноценным варп-двигателем.

– Если это сейчас уместно, я хотела бы принести свои извинения. Я не знала, что условия контракта изменяются после выплаты долга. И я думаю, вы не станете судить меня слишком строго за то, что мне захотелось разобраться во всех тонкостях нашего разговора, который мы и завели-то затем только, чтобы скоротать время в ожидании подтверждения премиальных. Из объяснений капитана Бреслау я однозначно поняла: существует угроза, что я могу взорваться, превратившись в сверхновую…

– Я возражаю, – Бреслау стремительно вскочил. – Ты можешь сама убедиться, насколько обоснована эта теория! Мы провели испытания…

– Которые вас до того напугали, что вы решили подстраховаться и проверить, не произошло ли путаницы с данными корвиков. Нет, господа. Мне дорога моя шкура, и я предпочитаю сохранить ее в целости.

– Твоя капсула сделана из чистейшего титана, – выпалил Бреслау, – а он устоит…

– Вы хотите сказать, устоит, когда у меня в корпусе взорвется целое солнце? – перебила его Хельва. – Не забывайте, Бреслау, что я и так уже пострадала от жара сверхновой. И ваша непроницаемая титановая оболочка не спасла меня от повреждения… и человеческого коварства.

Исчерпав все доводы, Бреслау обессиленно упал на кушетку. Из его коллег только Паролан не проявлял признаков замешательства или досады. Услышав ее отказ, он