Фамильяр - Ли Бардуго

исполнена случек на многочисленных кроватях, на полу, в садах, как-то раз – между рядами виноградника. Иногда справляться с мыслью о собственном бессмертии ему удавалось, только совокупляясь до изнеможения, на краткий миг утолить жажду жизни, пока доставляешь удовольствие другому.

– К сожалению, платье испорчено.

– Вы слишком долго прожили в окружении богачей. Его можно перекроить и сшить из уцелевших остатков новое.

Сантанхель отвернулся, чтобы не смущать Лусию, и услышал глухой стук упавшего на пол платья, за которым последовал корсет, а потом раздался шорох влажной сорочки, снимаемой с тела.

– Я приму ванну, – сказала Лусия.

– Вода давно остыла.

– Я ее нагрею.

Разумеется, нагреет. Страсть превратила ум Сантанхеля в желе.

– Хотелось бы вина, – попросила Лусия.

– Тогда я пойду его поищу.

Лусия шагнула за ширму, заграждавшую ванну, и Сантанхель уловил, как она нашептывает что-то воде.

Он выскользнул из покоев и быстро зашагал по коридору. До него доносились приглушенные голоса, кто-то всхлипывал. Сантанхель понимал, что возвращаться к Лусии не стоит, но знал, что именно так и поступит.

Когда он вернулся с бутылкой вина, Лусия уже сидела в ванне. Комната затуманилась от горячей воды, окна запотели.

– Сантанхель? – боязливо позвала Лусия.

– Я здесь.

Он налил вина в бокал и поставил его на столик за ширмой, откуда Лусия могла его взять.

– Вы останетесь? – спросила она.

– Я не уйду, пока ты меня не прогонишь.

Или пока желание не сведет меня с ума.

Сантанхель снял плащ и пристроился у стены рядом с ширмой.

– Поговорите со мной? – попросила Лусия.

Сантанхель услышал плеск, представил блестящие от влаги плечи Лусии, ее голые коленки над поверхностью воды.

– О чем ты хочешь поговорить?

– Я не хочу обсуждать ни турниры, ни дьяволов, ни королей. Расскажите мне, что за недугом вы страдали, когда мы познакомились.

– Виновата в моем недомогании была сама жизнь. Она изнуряет меня, нагоняет тоску, но я все равно цепляюсь за нее, как дитя за руку матери. После стольких горестных лет я по-прежнему хочу жить.

– Вы не можете умереть?

– Могу, – признался Сантанхель. – Но я ужасный трус. Больше тут рассказывать нечего.

– Просто говорите. Говорите со мной. Словно мы друзья. Словно будущее существует.

– Я уже позабыл, каково это – иметь друга, с которым можно спокойно и открыто говорить.

– Вся жизнь – одни лишь козни.

– Вся жизнь – одни интриги.

– Почему вы не уйдете от Виктора? – спросила Лусия.

Как на это ответишь? Он много лет скрывал свои тайны, и избавиться от этой привычки было трудно.

– Я расскажу тебе одну историю. Выдуманную – иных уступок от меня не жди.

– Я согласна, – великодушно согласилась Лусия, и Сантанхель невольно улыбнулся – вопреки истории, которую собирался поведать.

Он задумался, с чего лучше начать.

– Давным-давно жил на свете один богатый юноша.

– Принц?

– Допустим, что да. Так история выйдет более складной.

– Хорошо. Он был привлекателен?

– По мнению некоторых – да. Он был богат. Хорошо образован. Любим. Он был вторым сыном в семье и отцовским любимчиком, потому что схватывал все на лету – а отец ценил этот талант выше золота. Принц ни в чем не нуждался. Он путешествовал в дальние края, встречался с учеными и привозил редкие манускрипты – пополнял коллекцию отца. Каждый день он проводил за увлеченными спорами о философии, науке и движении звезд. Каждую ночь – гнался за удовольствиями. Совокуплялся, когда хотел, и пил, сколько ему было угодно. И удачливость свою воспринимал как все удачливые люди.

– То есть не сознавал ее.

– Абсолютно, – согласился Сантанхель. – Куда бы он ни пришел, везде ему были рады. Стоило принцу зайти на праздник, как тот становился веселее. Стоило уйти – люди впадали в отчаяние. Он думал, что его жизнь всегда будет легка.

– Если бы так оно и было, я бы сейчас не слушала эту историю.

– Верно. За время странствий принц повидал множество диковин. Почти всеми забытые тайны старого мира. Чудеса, если хочешь. Принц выучился читать и писать на нескольких языках в надежде, что это откроет ему новые возможности. И все это время у него был только один настоящий друг – юноша по имени Тэлло, у которого не имелось ни фамилии, ни собственного дома.

– Слуга?

– Поначалу – да. Но Тэлло был вдвое сообразительнее и добрее принца, и тот быстро проникся к нему доверием. Они вместе напивались, вместе соблазняли женщин, вместе просиживали ночи над книгами, и, когда отец принца умер, именно Тэлло не дал принцу утопиться в море. Они возвратились на родину, и принц стал молиться за спасение отцовской души. Провел много дней в компании священника, думая, что это его утешит. Но всякий раз, когда принц подходил к отцовской могиле, ему казалось, будто он слышит зов смерти. Он попытался вернуться к привычной жизни, вновь отправиться в странствия и углубиться в трактаты, но смерть словно поселилась у него внутри. Принц чувствовал, как она терпелива, как выжидает момент, зная о собственной неотвратимости. Ничто на свете его больше не радовало, потому что он знал: однажды все это закончится.

– Какой избалованный был принц.

– Весьма. Он стал одержим идеей отыскать способ жить вечно. Они с Тэлло встречались с мудрецами, целителями и провидцами, с алхимиками и астрологами. Ездили в места, которых еще не было на картах. Но сколько бы денег они ни тратили, сколько бы миль не преодолевали, им доставались лишь дурно пахнущие эликсиры, бесполезные амулеты и мозоли на ногах.

Сантанхель услышал громкий плеск воды, затем почувствовал аромат сладкого миндаля. Лусия моет голову? Хотелось задать ей этот вопрос, но он опасался, что не сумеет облечь его в слова.

– Надо было принцу остаться дома оплакивать отца, – сказала Лусия.

– Может быть, – согласился Сантанхель. – Если бы он пережил горе как достойный человек, то, возможно, не так боялся бы повстречаться со смертью.

– Я до сих пор встречаю горе в странных местах, когда меньше всего этого жду. Знакомая песня. Запах из кухни. И оно тут как тут. Враг, которого не одолеть.

– Кого из близких ты потеряла?

– Мать – быстро. Отца – медленно. Не знаю, что хуже. Но рассказывайте дальше про принца и его друга.

– Должен предупредить: это история без счастливого конца.

– Не помню, чтобы просила о чем-то подобном.

Сантанхель кивнул, пусть даже Лусия его и не видела. Ему хотелось закончить рассказ, несмотря на то что исход ему был прекрасно известен.

– Что ж, тогда продолжим, ибо в этот самый момент в истории появляется незнакомец. В одном из южных городков он подошел к принцу и Тэлло,