Солдаты Сумерек - Владимир Валериевич Стрельников

что он сразу бросился в погоню. Решил, что помощь Львиному Сердцу окажет охрана. Но немногие, кто избежал кинжалов заговорщиков, дрались. Удальцы, направленные пашой, почти беспрепятственно проникли в королевский шатер. Вот только сир Ратибор к тому времени очнулся, и смог связанным, одними ногами, забить нападавших. Атака троянцев была отражена. Но дорогой ценой — большая часть норманских крестоносцев погибла или получила сильные увечья.

Вы спросите, а что сэр Айвенго? Он довольно долго преследовал заговорщиков по заросшим гористым тропам, пока нервы у них не выдержали. Двое развернулись. Но один практически сразу напоролся на копьё королевского оруженосца, а второй чуть позже. Нужно вам сказать, что оно у сэра Айвенго было особое — древко опытные галльские оружейники выковали из железа, свернутого в трубу.

Заслушавшийся Торин удивленно вскинулся и посмотрел на рассказчика.

— Поэтому оно не ломалось даже при самых сильных ударах. А владеет им сэр Айвенго почти так же хорошо, как сам Львиное Сердце. Но потом уже все заговорщики набросились на мстителя, поняв, что поодиночке обречены. Ещё двоих сразил крестоносец, прежде чем пал его боевой конь. Только тогда доблестный Айвенго выпустил копьё. Успел зарубить пятого предателя, и перебить ноги лошади шестого. Вот тогда-то Лис Побережья в полной мере проявил себя: послал в бой последнего сообщника, а сам сбежал. Сэру Айвенго пришлось биться с конным и пешим противниками одновременно. Изрубленный, он одержал и эту победу. Но когда добрался до портового города, узнал, что все уже обвиняли его в измене и пособничестве троянцам, пытавшимся пленить короля Ратибора.

А сэр Борг бежал из Святой Земли. Айвенго переоделся пилигримом и отправился следом. Храмовник же по пути, под именем королевского оруженосца, посетил дикие племена мадьяр на берегах Рейна. С помощью троянского золота и посулов добычи ещё более богатого, королевского выкупа, он легко уговорил беспощадных кочевников напасть на остатки норманцев, возвращавшиеся из Трои. Мадьяры устроили засаду, разгромили небольшой отряд доблестных крестоносцев и пленили сира Ратибора. Причем, сами и назвали ему имя предателя: «сэр Айвенго».

Таким образом Лис Побережья справился с тайным поручением. Прибыв в Норман, он был по-королевски обласкан правящим принцем — получил тысячу экю золотом и прекраснейший феод Гринеберг, бывшее владение галльских принцев. Причём, орден Храма, так же получивший от временного наместника щедрый подарок в виде резиденции в Тампле, не только «закрыл глаза» на вопиющее нарушение устава, но даже утвердил Гринеберг как отдельную прецепторию.А сэра Борга повысили до звания «брат-настоятель». Впрочем, это вы знаете лучше меня.

Айвенго же шёл к своей цели, пока в Луаре не добыл рыцарское облачение. Он успел как раз на королевский турнир в Кангард, где уже сам попытался убить предателя. Но лишь вновь поверг в поединке. Там-то мы с ним и познакомились!

— Но... — прерывающимся то ли от волнения, то ли от гнева голосом перебил Торин. — На Кангардском турнире Борга де Гринеберга победил лишь мой сын!!!

И осёкся, произнеся последнее слово.

— Ваш сын? Да, Вы правы, сэр Уильям действительно из Аржантана. Но он просил называть его только «Айвенго», так как в этом доме пока не самый желанный гость. Конечно, на отца обиды наш друг не держит. Вы же не знали истины, а сам король в Норман ещё не вернулся. Но вот то, что его нареченную невесту, леди Веронику, отдали замуж за тайного посланника принца Жана...

— Барон де Трейси — тот самый посланник?!

— Увы, я не хотел называть его имени! Чтобы не затрагивать ваших чувств.

— Я убью его!!!

Торин вскочил и сорвал со стены большую секиру.

— Увы, уважаемый Торин, увы! Вы опоздали!

— Как опоздал?.. Куда опоздал? Почему?!

— Потому что сэр Айвенго уже настиг предателя.

— Да?! И что?

— Мы поддерживали его в том бою, и всё видели сами. Сэр Айвенго в честном поединке разрубил де Трейси горло.

— Благородный Уильям Аржантанский, клянусь мощами святого Дунстана!!! Только Аржантанский и никакой другой! И потрудитесь, сэр Волк, называть в моём доме моего сына только так, а не своей идиотской норманской кличкой!

— Конечно, благородный Торин, с удовольствием! Вот только что теперь будет с твоей крёстной дочерью, леди Вероникой де Трейси? Она ведь теперь вдова.

— Прежде всего, сэр рыцарь, мы с её отцом, благородным Волкулом, вернём Веронику домой, в Канантон. А когда я найду сына и попрошу у него прощения, мы устроим такой свадебный пир, что его будут вспоминать дети наших внуков!

— Хорошая мысль, благородный Торин! Кстати, это называется «правнуки». Так, может, пойти и сказать им?

— Кому? Правнукам?!

— Да нет, леди Веронике и сэру Уильяму.

— А ты знаешь, где они сейчас, уважаемый барон?

— Чего ж тут не знать! За ближайшим поворотом, в повозке сидят.

Владимир рассмеялся, когда Торин, а за ним и дворовые, бросились к воротам. С чувством выполненного долга осушил кубок, прочищая давно пересохшее горло.

* * *

На следующий день поздний обильный завтрак завершил затяжное пиршество. Пришло время серьёзных дел, и седой галл в сопровождении десятка воинов лично отправился к отцу леди Вероники. Никому другому с такими сногсшибательными новостями старый друг просто не поверил бы. Ведь благородный Волкул серьёзно рассчитывал, что замужеством дочери обеспечил безопасность Канантона. Но вот молодой Уильям Аржантанский, во главе вольного отряда, дерзко нападает на караван зятя и лично убивает любимца правящего принца! Причём, на глазах многочисленных свидетелей из числа рыцарей ордена Храма. Мало того, что сын Торина забрал себе жену покойного (это-то, как раз, объяснимо). Но ведь эти, прости Господи, горе-разбойники перебили лишь часть тамплиеров! А оставшихся цинично ограбили и великодушно «отпустили». Словно специально, чтобы весть об их злодеянии как можно быстрее дошла до принца и руководства ордена.

В итоге оба владетеля оказались в весьма опасном положении. В принципе, безрассудная атака «Айвенго со товарищи» могла быть расценена как настоящий вызов короне и рыцарям-тамплиерам. Откровенный мятеж галльских феодов. Трудно сказать, как среагируют на это храмовники. (Во всяком случае, не просто утрутся!) А вот правящий принц, скорее всего, даже обрадуется. Сир Жан никогда не упускает возможности прирастить собственные земли. А тут распоясавшиеся галлы преподносят ему ТАКОЙ законный повод! Так что в ближайшем будущем следует ожидать ответного визита карательного отряда имперского наместника.

Леди Вероника де Трейси одела траур по мужу, и встала на долгую молитву в церкви цитадели. Сэр Уильям только сейчас осознал, насколько своим «правильным поступком» осложнил жизнь отцу и его