Солдаты Сумерек - Владимир Валериевич Стрельников

и, присмотрев на обочине подходящее деревце, ловко взобрался к вершине. Сверху сразу стали заметны штрихи от повторявшихся широких волнообразных полос, местами проходивших поперек дорожного полотна. Примерно такие, только поменьше, остаются от веников нерадивых хозяек. Тракт явно кто-то подмёл. И скорее всего — большими древесными ветками. Вскоре, на другой стороне дороги, обнаружились пеньки от двух недавно срубленных молодых осинок. А по обоим концам «подметённого» участка нашлись и сами измочаленные деревца. По миновании надобности их, похоже, попросту зашвырнули с тракта в сторону болота. Комли данных «веников» идеально подошли к обнаруженным пенькам.

Наверное, от радости браконьер вдруг почуял что-то ещё. Как заправский охотничий пёс он широко вдохнул воздух и несколько раз повёл носом туда-сюда.

— Что? — командир поисковиков уже с уважением смотрел на подконвойного.

— Вы ничего не чувствуете?

Все храмовники дружно принюхались.

— Болотом пахнет! — сказал один.

— Точно! А ещё?

— Дохлятиной, что ли? — задумчиво произнёс командир.

— Я бы сказал, старой кровью! — уже уверенно заявил браконьер. — Несколько дней назад здесь кого-то убили. Запах в сырых местах оседает достаточно быстро, но мы его ещё чуем. Значит, где-то неподалёку от этих пеньков было пролито ОЧЕНЬ много крови. Учитывая, что за той веткой, что я выставил на тракте в сторону Гринеберга, нужных нам следов босых людей уже точно нет, вывод, милорды, может быть только один — где-то здесь их всех и убили. А потом убийцы постарались скрыть все следы. Они срубили вот эти две осинки и тщательно замели ими дорогу аж на четверть мили в обе стороны тракта.

— Значит, нам нужно найти ещё одну могилу!

Следопыт внимательно посмотрел в сторону болота:

— Думаю, в этом не будет особой необходимости. Милорды, попрошу вас ещё немного постоять, не затаптывая следов. Мне нужно тщательно осмотреть эту обочину и всё остальное, далее до болота.

Командир, стараясь не мешать вошедшему в раж браконьеру, повёл его дальше. На обочине дороги многочисленные следы волочения тел, действительно, имелись. Тоже разметённые, но если знать, что искать, то вполне определяемые. Но вот сама кромка болота оказалась идеально чистой. Никто и ничего туда не затаскивал, по крайней мере с начала года. Впрочем, следопыта заинтересовала вытоптанная площадка вокруг росшего на краю топи раскидистого корявого граба. Как и само дерево. Часть веток на его вершине была обломана и, в уже подвядшем состоянии, лежала внизу. Причём, некоторые из них были буквально втоптаны во влажную заболоченную землю. Браконьер залез на граб и в двух местах, на довольно толстых ветках, обнаружил следы характерных потёртостей.

— Милорд! Я, кажется, понял, как убийцы похоронили жертв.

— Рассказывай!

— Могу даже показать. Только мне нужна верёвка. Пара кусков по пятнадцать-двадцать футов.

Тамплиер подозвал подчинённых, приказал им взять шустрого следопыта на прицел и бросил ему остаток связывавшей их верёвки:

— Можешь развязаться!

Тот не заставил себя упрашивать. Быстро освободился, после чего привязал оба конца к веткам с потёртостями. Верёвка провисла вниз большой дугой. Браконьер слез и показал рукой на проплешину из обломанных ветвей граба:

— Вон там тоже есть остатки следов крови. Наверняка убийцы помещали туда тела жертв. Верёвки я привязал туда, где нашёл отметины от ранее привязанных ими ремней или вожжей. Если за них потянуть и наклонить дерево вот в эту сторону (к тракту), а затем резко отпустить — граб сам отбросит лежащее на нём тело в болото.

— Остроумно... - протянул командир. Он внимательно осмотрел своеобразную катапульту. Затем волевым жестом кивнул ближнему тамплиеру в сторону тракта. Тот кивнул и убежал. Ещё примерно четверть часа молча осматривали граб и болото. От этого вроде бы уже освобождённый браконьер вновь начал переживать. Что-то в его действиях явно не устраивало храмовников. Хотя он сделал даже больше, чем было в силах обычного человека. Неужели, всё-таки, убьют?

Поток его тревог прервало возвращение убежавшего к тракту. Рыцарь уверенно вёл за локоть перепуганную пожилую крестьянку. А та тащила за собой упирающуюся козу. Браконьер узнал односельчанку:

— Орнелла?

Та жила на другом конце деревни. Записная сплетница и сквалыга. Выполняет оброк прецептории по разведению дойных коз. Её муж Пит тоже иногда пытается промышлять браконьерством, но не особо удачно.

— Шарль?!

Орнелла испуганно посмотрела на храмовников и вдруг истошно взвыла:

— Ш-а-а-арль!!! Нет, это не я! Не я! НЕ Я!!! Не-е-ет!!!...

Командир не особо и сильно ударил её по затылку. Впрочем, тамплиер умел бить. Женщина рухнула безвольным кулём. Коза освободилась и тут же бросилась прочь. Но сразу трое рыцарей, до того смотревшие на Шарля, навскидку выстрелили из луков. Коротко мемекнув, беглянка рухнула на землю.

— Вот тебе тело жертвы! — сказал командир, показывая на лежавшую Орнеллу. — Для точности веса ещё и козу прибавь. Размещай их на дереве.

Браконьер с трудом затащил тяжёлую односельчанку на «проплешину» граба, разместил по центру испачканной кровью площадки. Труп козы поднять удалось быстрее и легче. По молчаливому знаку командира сразу по три дюжих храмовника взялись за концы верёвки и склонили граб. Тот угрожающе затрещал.

— Вот сейчас, если... — начал было Шарль, но рыцари, по кивку командира, уже отпустили верёвки. Дерево резко дёрнулось. Тела женщины и козы некоторое время двигались вместе с ним, затем отделились вперед-вверх и по плавной дуге полетели в болото. Орнелла шлёпнулась в жирную, заросшую изумрудной зеленью жидкую грязь футах в двенадцати от края трясины. Смачный, ни на что другое не похожий звук всплеска. Тело почти сразу скрылось под схлопнувшейся смесью грязи и яркого мха. И тут же снова вынырнуло. От удара о холодную жижу Орнелла мгновенно очнулась. Взмахнула руками, с трудом разомкнула рот на залепленном чёрном коме головы. Над болотом разнеся вопль смертного ужаса. Она вновь начала погружаться. Хаотично била руками, орала, пытаясь уцепиться хоть за что-то. То на какие-то вершки выскакивала из болота, то тут же опускалась на целый фут.

— Помогите! Она же утонет! — бросился к рыцарям перепуганный браконьер.

— Хочешь, помогай! — милостиво разрешил командир. Сами храмовники с явным интересом наблюдали за безуспешными потугами крестьянки.

Шарль птицей взлетел на граб, практически сорвал с него злополучную верёвку, обломав обе державшие ветки. Кусок одной оставил в завязке, лишь отломил покороче, и забежал в болото. Сразу провалился по пояс, но почувствовал под ногами твёрдое дно. Орнелла уже не билась. Не только всё её тело, но уже и голова частично ушли в грязь. Вокруг хаотично