Солдаты Сумерек - Владимир Валериевич Стрельников

другу. Да и галлам обоих феодов. Ведь каратели наместника всегда приходят с отрядом осадных машин, из-за чего ни один замок не может долго противостоять им. Одновременно конница кангардцев громит деревни мятежного феода. Стариков и сопротивляющихся мужчин убивают, а остальных, вместе с женщинами и детьми, обращают в рабство. Позже, как правило, большая часть пленников остаётся трудиться на тех же землях, но уже в качестве рабочей скотины нового владельца. В «освобождённые» таким образом деревни наместник, за приличные деньги, переселяет крестьян своих феодов, где рук становится больше, чем нужно. А для скорейшего освоения новой вотчины каждому переселенцу-мужчине дарит двух работоспособных рабынь. Пожелать такую судьбу родному феоду, где памятен каждый родник и фруктовый сад? Но, получается, сэр Уильям сам же и сделал всё, чтобы это стало реальностью!

Глава 12

От горестных размышлений молодого владетеля отвлёк Феоктистов. Вот кто не задумывался о сложностях жизни! Сэр Владимир знал лишь, что объект его обожания надолго скрылась в церкви. Поэтому им овладела жажда деятельности.

— Сэр Уильям, а у тебя не найдётся немного отбелённого полотна?

Меньше всего «Айвенго» мог сейчас думать о плодах крестьянских трудов. Он встряхнулся и непонимающе уставился на довольного сэра Волка.

— Думаю, в замке есть запас. А зачем тебе?

— Хочу карту нарисовать!

— Ты умеешь РИСОВАТЬ?!

— Немного.

Известие моментально вывело сэра Уильяма из хандры. Было отчего! Из всех рыцарей Нормана и писать-то умели единицы, а уж талантов художника точно ни за кем не водилось. Молодой владетель кликнул слугу, и тот вскоре принёс рулон самодельной материи. Феоктистов покрутил её, к чему-то примеряясь. Затем отмотал квадратный кусок примерно три на три фута:

— Вот это растянуть бы, чтоб твёрдым стал. Можно, как у женщин на пяльцах. Они неплохо ткань растягивают, для вышивки.

Пришёл плотник, выслушал задание и унёс материю.

— О, кстати! Может, пока на песке попробуем черновик сделать?

Всё ещё непонимающий сэр Уильям согласно кивнул.

Рыцари отошли на площадку замкового ристалища, середина которой была вытоптана в ходе постоянных упражнений. Туда же подошёл и Зубров.

— Помнишь, ты как-то говорил, что Норман входит во Фракию?

— Конечно! – подтвердил королевский оруженосец.

— Отлично! Вот, смотри — это Норман! — Феоктистов достал из-за голенища отломанный кончик бронебойной стрелы, и начал им, словно карандашом, чертить на суглинке ристалища. Нарисовал неровный круг и написал по-русски «Норман».

— Север у нас будет сверху карты, юг — внизу. Запад, соответственно, слева, и восток справа. Следовательно, — барон взял два небольших камешка и воткнул их в разных местах нарисованного круга: — Это будут Кангард и Аржантан.

Ещё две подписи остриём стрелы закрепили статус камешков.

— Так, вот здесь где-то море начинается! — несколько волнистых линий к западу от «Кангарда». — А Бретань и Луара, это где?

Сэр Уильям немного неуверенно протянул руку и указал ниже «Нормана»:

— Земли Бретани вот здесь. А Луары — здесь.

Движение тотчас было зафиксировано новыми линиями и удостоверяющими надписями. Крестоносец, кажется, начал понимать, что от него хотели:

— За Бретанью тоже только море (дополнительная сеть волнистых линий), а ниже её и Луары расположено королевство Аквитания… Так, вот здесь (продолжая водную границу Бретани) у нас тоже море, а с юга Аквитания упирается в Пиренейские горы.

— Это оттуда прилетает дракон?

— Говорят, да. Оттуда.

Володька нарисовал двойную зубчатую стену горной цепи и, схематично, птеродактиля над ней. Сэр Уильям только головой покачал — такого волшебства он ещё не видел. Прямо на ристалище оживал весь, известный ему мир.

— Вот здесь (севернее Нормана) земли Саксов. За ними уже идут королевства германцев, но про те мало что знаю. Где-то вот здесь, дальше по побережью и на островах живут северяне-викинги… Ага. А вот тут (чуть ниже земель саксов, вдоль границы Нормана до Луары) у нас будет королевство Алеман. За ним к северу уже Внутреннее море можешь рисовать.

— Хорошо. А Царьгард у нас где?

— Это далеко. На восток по землям Алеманов, затем через королевства Норикум, Панония, Дакия. За Дакией опять рисуй море. Это уже Эвксинский Понт. По нему мы кораблями пошли на юг, и высадились на побережье Трои. Примерно вот здесь. Здесь и будет Йорос, он же — Царьгард.

Вскоре песчаный черновик был закончен. Сэр Уильям задумчиво смотрел на него, вспоминая перипетии крестового похода. А Феоктистов внимательно изучал рисунок, думая совсем о другом:

— Галлия, Фракия, море, Пиренейские горы… О! Сэр Уильям, а за Пиренейскими горами что располагается?

— Другие фемы. Я слышал про королевства Кастилия, Арагон, Каталония...

— А про Испанию ничего не слышал?

Крестоносец подумал и уверенно ответил отрицательно.

— Тебя что-то смущает? — наконец поинтересовался сэр Николай.

— Да названия эти! — по-русски ответил Володька. — Многие очень уж с нашим миром схожи. Такое ощущение, что мы живём где-то на землях древней Франции.

— Ну и что с того? — искренне не понял Зубров.

— Вообще-то для серьёзных решений информации пока маловато. Нужно будет эту карту как-то дополнить. Вот тогда и практические выводы будем делать.

Сэр Кальвадосский Гром лишь неопределённо пожал плечами.

Очень кстати, наконец, подошёл плотник с квадратной рамой. На неё плотно, как кожа барабана, был натянут выбранный кусок холста. Тут сэр Кальвадосский Волк ещё раз изумил королевского оруженосца. Он достал из кармана серебряный наконечник стрелы (один из тех, что застрял в его тораксе — «подарок» лучников «Гнева Господня»), и начал рисовать на ткани. Наконечник выводил тонкую чёрную линию. Единственный её недостаток заключался в том, что серебряный след уже не стирался. Но при некотором навыке этим можно было пренебречь. Володька тщательно перерисовал «песчаную карту». Правда, теперь изображение заняло лишь середину имеющейся ткани. Остальное место было благоразумно оставлено под будущие картографические изыскания.

* * *

Сэр Уильям поделился с баронами Шансона опасениями за судьбы галльских феодов. К некоторому удивлению, друзья выслушали новость совершено спокойно. Правда, надолго задумались, а затем уединились в центре ристалища, где никто не мог услышать их разговор. Конечно, идея столкнуться с «карателями» принца озадачила. Но и только. Ведь чтобы выжить, Феоктистов и Зубров давно научились держать удар. А в идеале — вообще бить первыми. Насмерть. Однако... Тут придёт хорошо обученное войско, с лучниками, конницей и осадными машинами. Это что-то совершенно новое. Даже Кангардское побоище меркло перед масштабами такой схватки. Для неё требовался стальной кулак всех доступных сил.