Женщина, создавшая короля. Книга 1 - Ким Чжи Ын

месте Ю Сохи сегодня должна была оказаться другая женщина, которая скажет именно то, что хочет услышать Сокчун. То, что позволит спасти Мухона и посеять тревогу в сердце короля. То, что заставит Мухона поверить, что Соха его предала, и сломает его.

– Не нужно восстанавливать принца Мухона в правах прямо сейчас. Он должен пройти через предательство, ссылку, отчаяние. А когда он будет полностью сломлен, появимся мы и сами возвысим его.

Ворён был в смятении. Что же на самом деле замыслил Сокчун? Тот, кто говорил о справедливости. Тот, кто клялся, что хочет изменить порочную систему этой страны и положить конец жертвам невинных. А если все, что он называл справедливостью, – лишь красивая маска? Сомнение зародилось в душе стража.

– Ему все равно, выживу я или умру.

Ворён вспомнил слова Сохи, и по его телу пробежал неприятный озноб.

* * *

Покинув задний сад, Чжаён ускорила шаг, направляясь к воротам Сукчанмун. Головной убор держался чудом, угрожая соскользнуть, юбка беспорядочно развевалась, но ей было все равно. Королеве-матери было не до приличий.

Измученный и запыхавшийся евнух Чо едва поспевал за ней, но и на это Чжаён не обращала ни малейшего внимания. И лишь когда она почти миновала ворота Сукчанмун, из внутренних покоев, запыхавшись, выбежала старшая придворная дама Ём.

– Ваше величество королева-мать! Мы как раз искали вас…

– Что там?! Что с принцем Мухоном? Его величество уже отрубил ему голову? – Чжаён не дала придворной даме договорить. От мгновенно вспыхнувшей ярости Чжаён стало по-настоящему жутко. Дама Ём задрожала и сбивчиво пролепетала:

– Еще… ведется допрос, ваше величество.

– Допрос? Этому подлецу и четвертование – слишком мягкая кара, а его все еще допрашивают?!

– Дело в том… Его высочество принц Мухон попросил позволения допросить новых свидетелей.

– Свидетелей? Кого?

– Евнуха Чо и дознавателя из Ведомства справедливости и законов, господина Квака Пугёма.

Казалось, Чжаён вот-вот взорвется. Она резко обернулась, и только что подбежавший евнух Чо от неожиданности поперхнулся и икнул. Чжаён фыркнула. Разве этот негодяй не знает, что евнух Чо служит в ее покоях? Не может не знать. Значит, он что-то замышляет…

– И что сказал его величество?

– Он ответил, что раз евнух Чо служит в ваших покоях, вызвать его можно только с вашего разрешения. И тогда принц Мухон…

– Что он?

Придворная дама Ём нервно переминалась с ноги на ногу и лишь после короткой паузы осмелилась продолжить:

– Он сказал: «Может быть, вы опасаетесь, что этот нерасторопный евнух наговорит лишнего? Но ведь лучше он, чем если бы свидетельницей предстала сама королева-мать…»

– Вот наглец! – взорвалась Чжаён и скрипнула зубами. На ее шее вздулись жилы, словно она с трудом сдерживалась, чтобы не сорваться с места и не вырвать принцу Мухону кишки.

– Ваше величество, прошу, успокойтесь!

– Да, ваше величество, просим вас! Я докажу, что я неглуп! Я пойду туда и собью с него спесь!

Но все отчаянные попытки усмирить королеву-мать не возымели никакого эффекта. Пока принц Мухон не будет повержен, ярость Чжаён не могла утихнуть.

– Идем!

Придворная дама Ём и евнух Чо в замешательстве подняли головы:

– Простите, что вы сказали?

– Я сказала: идем! Я хочу сама увидеть, как его унизят!

Глава 26. Допрос

– Ее величество королева-мать удостоила нас своим присутствием!

Едва Чжаён ступила в павильон у ворот Инчжонмун, на ее лбу пролегла морщина, но спустя мгновение исчезла.

Принц Мухон никогда, с самого детства, не говорил лишнего. И вдруг «уж лучше он, чем если бы сама королева-мать явилась в качестве свидетеля»… Наглость и дерзость, каких свет не видывал! Он не просто бросил вызов – он буквально заявил, что королева-мать может что-то знать. Это невозможно было игнорировать, как невозможно было поверить, что принц Мухон сболтнул не подумав.

– Ваше величество.

Мён, молча наблюдавший с тронного возвышения, встал. Чжаён сделала несколько шагов к нему, пытаясь улыбнуться, но ее взгляд непроизвольно метнулся в центр зала, где стоял мужчина в одной лишь белой рубахе.

Еще мгновение назад ее ноги торопились, но теперь каждый новый шаг был медленнее предыдущего, ноги дрожали от напряжения. Расширившиеся глаза впились в обвиняемого. И лишь когда она разглядела его лицо, ее охватил ужас.

– Как вы осмелились так поступить с ее величеством! Здесь хватило бы евнуха Чо! Как вы могли допустить, чтобы королеве-матери пришлось прийти лично?

– Умоляем ваше величество о прощении…

Чжаён почти не слышала, как Мён отчитывает евнуха Чо и старшую придворную даму Ём.

Он действительно был жив. Прошло десять лет, но она не могла его не узнать. Чертами лица он напоминал покойного короля Мунчжо. Но куда ярче была та же поразительная аура, что когда-то окружала королеву Хёсон. Перед Чжаён стоял принц Мухон Ли У.

– Надеюсь, все это время вы были в добром здравии, ваше величество королева-мать.

Его глаза… Карие глаза, до жути похожие на глаза его матери, смотрели с пугающим спокойствием. Чжаён ощутила, как кровь закипает в жилах, словно ее окатило раскаленной лавой.

– Как ты можешь быть жив?!

– Ваше величество, идет допрос.

Мён уловил ярость в ее голосе, но сдержать бушующее пламя не мог.

– Как это чудовище смеет жить?!

Зал допросов содрогнулся от этого крика. Даже глава государственного совета, ведший допрос, замер, не находя себе места, что уж говорить о других чиновниках, исподтишка следивших за происходящим. Лишь один оставался невозмутимым.

– Возможно, потому что я и не умирал, – произнес У с пугающим спокойствием.

Чжаён передернуло от злости.

– Ах ты негодяй! Притворившись мертвым, ты опозорил королевскую семью и высмеял весь королевский двор, и теперь еще смеешь бесстыдно разевать пасть?

– Я пришел, чтобы понести наказание за свои проступки.

– Думаешь, этого достаточно? А небесная кара за убийство государя? Как ты собираешься за это ответить?

У на мгновение замолчал и обвел взглядом зал. Безмолвные обвиняющие взгляды, словно стрелы, летели в него со всех сторон. Чтобы устоять, он до боли сжал кулак, липкий от пота, словно от крови.

– Как вы и сказали, ваше величество, я не собираюсь избегать ответственности за смерть моего отца, в которой виноват.

Зал мгновенно охватило волнение: принц почти признался в убийстве! Даже князь Хеан, стоявший среди сановников, вздрогнул, а Мён потрясенно распахнул глаза. Лишь Чжаён не скрывала удовлетворения. Уголки ее губ дрогнули в улыбке:

– Значит, ты признаешь свою вину…

– Именно поэтому! – резко перебил ее У. – Именно поэтому я должен найти настоящего виновника. Того, кто осмелился убить моего отца – правителя этой страны. Я обязан найти его и заставить ответить