Несравненный. Том 1 - Мэн Сиши

сердцу. К тому же от родителей Су Сину ничего не осталось, потому он прекрасно отвечал желаниям Лу Ти непременно принять зятя в семью, дабы не расставаться с дочерью. Свадьбу рассчитывали сыграть через два года.

Однако не так давно из деловых соображений Лу Ти восстановил давно утраченные связи с родом Лу из Фаньяна. Молодая барышня старшему поколению знаменитого семейства пришлась весьма по душе, и те предложили сосватать ее за юношу из семьи Ван, что в Тайюане.

Лу Ти выяснил, что тот юноша был старше его дочери на два года, всесторонне одарен, в учебе преуспевал, к тому же оба его дядюшки служили при дворе, а значит, и самого юношу, если все пойдет гладко, непременно ждала чиновничья должность и блестящее будущее.

Такой жених – выдающихся качеств да из уважаемой семьи – несомненно, был во стократ лучше Су Сина, и Лу Ти переменил свои изначальные намерения. Но барышня Лу воспротивилась: всегда тихая и покладистая, девушка, узнав сии вести, пришла к отцу со слезами и криками. Выйдя после ссоры из его покоев, она утонула.

А случилось несчастье как раз тем вечером, когда «орлы» чертога Явленных Мечей гнались за подозрительной тенью, скрывшейся в направлении усадьбы.

032

Выслушав рассказ о беде, приключившейся в семействе Лу, Цуй Буцюй задумался. Цяо Сянь, взглянув на него, тут же поняла: дело точно заинтересовало Вестника.

– Вы желаете выяснить, что произошло в усадьбе Лу? – спросила она.

– Это хорошая возможность разделить славу с чертогом Явленных Мечей, – заметил Цуй Буцюй.

Девушка не сразу нашлась с ответом – она никак не ожидала, что Вестник все-таки решит не оставлять дело о гибели хотанского посла без внимания.

– Но второй господин нам не друг, к тому же он далеко не из тех, с кем легко поладить, – заметила Цяо Сянь.

– Мне даже идти к нему на поклон не придется, – объяснил ей Цуй Буцюй. – Разумеется, для Фэн Сяо куда важнее скрывшаяся с нефритом Небесного озера Цинь Мяоюй, а не какое-то происшествие в усадьбе Лу, и заниматься всем сразу он явно не станет. А раз уж сам второй господин сейчас занят поисками беглянки, то наверняка прикажет своему подручному прийти к нам – ведь он прекрасно понимает, что Пэй Цзинчжэ не хватит способностей самому разобраться в случившемся.

После разговора у Цуй Буцюя даже аппетит проснулся, и он не только выпил весь бульон, но еще и съел большую миску лапши с зеленым луком. Стоило ему прожевать последний кусок, как сообщили, что явился Пэй Цзинчжэ.

– Вестник, вы действительно все предвидите! – не удержалась от восхищения Цяо Сянь.

– Фэн Сяо – человек гибкий, он умеет приспосабливаться к обстоятельствам, к тому же честолюбив. Сейчас для него важнее отыскать нефрит и раскрыть дело, чем сводить счеты с нами, – пояснил Цуй Буцюй и с недоумением добавил уже о другом: – Отчего лапша на вкус точно такая же, как в управе Левой Луны?

Цяо Сянь широко улыбнулась:

– Вам понравилось? Правда?

Посторонние обычно считали девушку отстраненной и холодной, точно лед, боялись с ней сблизиться, и потому мало кто знал, что Цяо Сянь умела быть такой ласковой и приветливой.

– Конечно понравилось, – ответил Цуй Буцюй. – Я привык только к той лапше с луком, что делают в управе.

– Это Цяо Сянь приготовила, – сообщил Чжансунь Бодхи.

Цуй Буцюй удивился, что с ним случалось крайне редко.

– Когда это ты выучилась готовить?

– Перед тем как отправиться в путь, я попросила нашу кухарку дать мне несколько уроков, – объяснила Цяо Сянь. – Боялась, что пища вне стен управы окажется для вас неподходящей. Но кто знал, что…

От одной мысли о том, сколько всего пришлось вынести Цуй Буцюю за эти дни, ей хотелось уничтожить Фэн Сяо.

– Я сам позволил ему схватить меня и держать при себе. И я ожидал, что мне придется немало вытерпеть рядом с ним, – успокоил ее Цуй Буцюй: он нечасто пояснял кому-то свои замыслы, но для верной Цяо Сянь готов был сделать исключение.

Тем временем слуга привел к ним Пэй Цзинчжэ.

По прибытии в Люгун Цяо Сянь и Чжансунь Бодхи сразу же купили небольшой домик и наняли нескольких глухонемых слуг. В отличие от обители Пурпурной Зари и «Пяти вкусов», это место было куда тише и неприметнее, а потому здесь можно было отдохнуть и восстановить силы.

Однако стоило Фэн Сяо разгадать, кто таков Цуй Буцюй на самом деле, с его-то способностями не составило труда вызнать, что этот домик является одним из убежищ управы Левой Луны. Потому он и отправил своего подручного именно сюда.

Войдя, юноша с недоумением заметил на себе ледяной и свирепый взгляд Цяо Сянь, пронзающий его насквозь.

– Приветствую вас, господин Цуй, – поклонился Пэй Цзинчжэ Вестнику. Разумеется, он уже выведал у Фэн Сяо всю правду, и при мысли о том, что по их милости пришлось пережить невольному гостю за те несколько дней, у него колени подгибались.

– Где подарок? – Цуй Буцюй требовательно протянул руку.

– Что? – растерялся юноша.

– Ты явился просить помощи и пришел ни с чем? – лениво осведомился Цуй Буцюй. – Значит, так чертог Явленных Мечей соблюдает правила приличия?

«А ты-то откуда знаешь, что я пришел за помощью?!» – подумал Пэй Цзинчжэ, но вовремя прикусил язык и с улыбкой ответил:

– Отчего же? Мой господин знает, что вы нездоровы, к тому же вам пришлось вынести столько тягот, вот он и рассудил, что вы наверняка еще не встаете с постели, и послал меня вас проведать. Подарок я уже отдал вашей прислуге.

– Я устал, проводите гостя, – распорядился Цуй Буцюй. Тратить время на пустые разговоры ему не хотелось, и он снова лег, повернувшись к Пэй Цзинчжэ спиной.

Юноша хотел было подойти к Вестнику, но тотчас поднялся Чжансунь Бодхи и, шагнув вперед, преградил ему путь.

– Я… действительно пришел с просьбой, – собравшись с духом, признался Пэй Цзинчжэ.

– Ты пришел с просьбой сам или от Фэн Сяо? – холодно уточнила Цяо Сянь.

– А есть разница? – ответил вопросом на вопрос юноша.

– Огромная, – сказала Цяо Сянь.

Она намекала на то, что Пэй Цзинчжэ был для них попросту пустым местом, и если тот явился сам, а не от второго господина, то его немедленно следовало выпроводить восвояси.

Про себя юноша застонал от бессилия: в окружении людей из управы Левой Луны он чувствовал себя все равно что беззащитный ягненок среди матерых волков. Так вот почему перед тем, как отправить его сюда, Фэн Сяо велел говорить только чистую правду и ничего не утаивать: видно, господин знал наперед, что его подручный далеко не ровня местным служащим. Осознав это, он в глубине души возмутился, но деваться все равно уже было некуда.

– По правде говоря, меня послал господин, – признался наконец он.

Цуй Буцюй к нему даже не повернулся: так и остался лежать на боку