Шеф-повар придорожной таверны III - Кирилл Игоревич Коваль

Мы с Машей одновременно замолчали. Маша тихо присвистнула.

— Вот это мы подняли бучу…

Рейнар только кивнул.

— По сути, город только что перешёл под чрезвычайное управление Храма.

Храмовые воины на площади один за другим занимали места в строю. Несколько человек торжественно выставили по центру длинный деревянный футляр. Командор сам открыл крышку. Внутри лежало аккуратно сложенное алое полотнище с вышитым золотыми нитями символом Храма, делящее полотнище на три дольки.

Спатус преклонил колено, коснулся лбом ткани и зачитал клятву. Всё, теперь он воин правосудия.

— Всего шесть человек в государстве могут отдать команду достать Огненный Стяг, — тихо прошептал Рейнар, с горящими глазами наблюдая за действом. — И это первый случай за семьдесят лет…

— А что было семьдесят лет назад? — так же шёпотом спросил я.

— Я тебе в библиотеке найду книжку про это. Тебе понравится.

Мы ещё некоторое время молча наблюдали, как центральная площадь Храма постепенно превращается в огромный военный лагерь. Первая суматоха уже улеглась. Большинство приказов были отданы, гонцы разъехались, и теперь десятки людей просто быстро и слаженно готовились к выходу в боевой поход.

Пока мы наблюдали, к нам уверенным шагом подошёл командор Спатус. Он уже успел сменить дорожную одежду на храмовые доспехи. За плечами развевался плащ, подколотый застёжкой в виде Огненного Стяга, подчеркивая его статус. Но лицо оставалось спокойным и невозмутимым, словно речь шла не о чрезвычайном положении, а об обычном выезде на учения.

— Льера Аста просила перед отправлением поговорить с вами, — произнёс он. — Всё, что вы рассказали ей, я уже знаю. Но мне необходимо услышать это ещё раз. От вас.

Мы переглянулись и без возражений начали рассказывать. Воин нас почти не перебивал, лишь иногда задавал короткий уточняющий вопрос, после чего снова молча слушал. Спатуса интересовали не наши переживания, а люди. Имена, звания, должности, внешность, причастность. Кто охранял рынок холопов, вооружение, количество.

Рейнар уверенно объяснял расположение улиц, по которым они ехали. Я вспоминал лица и разговоры.

Маша неожиданно вспомнила человека, которого мы поначалу даже не сочли важным.

— Купец Линар, — сказала она.

Спатус сразу поднял взгляд.

— Кто такой?

— Купец. Его тоже собирались продать в холопы. Он многое знает, мы от него получили информацию. И про рынок, и про людей, которые этим занимались.

— Он местный?

— Нет. Но в городе провёл достаточно времени. Его могли продать уже, хотя до нас он там пробыл три дня, его не хотели покупать. Я так поняла, навыки не те, что нужны были покупателям.

Командор коротко кивнул.

— Найдём.

Маша немного помолчала.

— И… если он не захочет возвращаться домой… Некуда или опасно…

Спатус вопросительно посмотрел на неё.

— Передайте, что я предлагаю ему работу. Пусть приезжает сюда. Тут и безопаснее, и поговорить сможем.

Я усмехнулся. Даже сейчас она уже думала не о том, что произошло, а о том, кто может пригодиться потом.

Командор, кажется, тоже это заметил, но никак не прокомментировал. Только сделал ещё одну короткую пометку.

— Ещё кто-нибудь?

Маша нахмурилась, вспоминая. Потом вдруг хлопнула себя ладонью по лбу.

— Холька!

— Кто?

— Женщина с рынка. Она помогала нам. У неё сын в этом году должен поступать учиться в Храм.

— Её где найти?

— У неё лавка… это всё, что известно, — Маша виновато покачала головой. — Мы как-то… и не спросили даже.

— Неважно. Продолжайте.

— Она многое знает. И многих. Она нашла лиера, что вытащил нас.

Маша ненадолго замолчала.

— Её тоже, по-хорошему, с сыном на время сюда.

Командор внимательно посмотрел на неё.

— Почему вы так решили?

— Потому что она знает слишком много. А в городе явно начнут зачищать всех, кто может рассказать про самых главных… — Маша пожал плечами. — Сейчас там все будут спасать собственную шкуру. Такие свидетели долго не живут.

Несколько секунд Спатус молчал.

— Ты много о таком знаешь. Уже видела такое?

— Читала. И кино смотрела.

Храмовник кивнул.

— Найдём. И ты права, доставим сюда. Нам там пару дней продержаться, пока подмога не подойдёт…. Ты правильно подсказала мысль. Мало задержать верхушку, нужно защитить свидетелей. Пожалуй, ещё пятерых заберу. Чтобы с ними доставить сюда тех, кто будет готов свидетельствовать.

Спатус посмотрел на нас, вставая.

— Благодарю. Вы очень помогли.

Затем перевёл взгляд на ворота, где уже строился его отряд.

— Ильгор, задержись. Забери ещё пятерых и догоняйте. Завтра сюда приедут с Зарукского Храма, за один день ничего с Храмом не случится.

Над двором раздалась короткая команда. Ворота медленно распахнулись. Колонна из двадцати воинов и стольких же послушников тронулась. Мы молча смотрели ей вслед, пока последний всадник не скрылся за поворотом дороги.

— А ведь не взыграй жадность у одного деревенского мужика — нас бы никто не тронул, — предалась философствованию Маша. — И жила бы эта мафия припеваючи ещё долгие годы… И вы знаете, я хочу, чтобы это стало всем известно…

Когда последний всадник исчез за поворотом дороги, Храм словно уснул. Во дворе сразу стало непривычно тихо. Нет, люди по-прежнему куда-то ходили, носили мешки, чинили телегу, у которой поломку обнаружили уже во время погрузки… Писари ходили с прежним смотрителем, что-то переписывали. Но главная суета ушла вместе с отрядом Спатуса.

Впервые за долгие годы тяжёлые наружные ворота Храма закрыли изнутри. Со скрипом опустилась дубовая балка, загремели железные засовы.

— Однако… — тихо произнёс Рейнар. — За все годы учений такого не помню.

— И я такого не видел. Думаешь, боятся нападения? — спросил я.

— Нет. Перестраховываются. Охраны-то нет. Два храмовых стража, трое раненых, мы с тобой… и Аста, которая сама едва на ногах стоит.

Мы переглянулись. От этой мысли почему-то стало не по себе. Скорее бы завтра, чтобы приехало подкрепление.

Поскольку делать было совершенно нечего, мы отправились в храмовую библиотеку.

Она оказалась огромной. Высокие шкафы уходили почти под потолок, десятки полок были заставлены книгами, свитками и деревянными коробами с картами. Маша исчезла почти сразу. Спросила у местного служителя, что хотела, и через несколько минут она уже сидела за большим столом, разложив перед собой несколько карт королевства, описания торговых трактов и толстые книги с перечнями городов. Она что-то быстро выписывала на отдельных листах, время от времени сверяясь сразу с двумя-тремя источниками.

—