Меч света - ГоЛеон

Пока мы говорили, Ласка, ни на секунду не теряя бдительности, изучала окружение. Ей было все интересно: и стол, и листья в саду, и особенно Киса. Та, в свою очередь, не проявила ни капли эмоций, словно уже знала, кто перед ней, и приняла ее как нечто вполне закономерное. Просто повернула голову, мельком глянула – и продолжила дремать.

Посидев еще немного и проводив Ясмин, мы все разошлись по комнатам.

Когда я лег в постель, волнение перед завтрашним состязанием никак не хотело отпускать. Мысли крутились, словно воронка: стратегии, страхи, возможные варианты… Но стоило Ласке свернуться клубочком и мягко прижаться ко мне боком, будто передавая тепло своей маленькой душой, меня накрыла волна покоя. Она медленно, но уверенно захлестнула меня, заполняя каждую клеточку тела умиротворением. И я наконец стал погружаться в глубокий, здоровый сон.

– Спасибо, Ласка, – только и успел сказать я, прежде чем заснуть.

Глава 23

Демоник

Утром я чувствовал себя на удивление хорошо. Возможно, я ошибался, но мне все же хотелось верить, что мой новый питомец – эмпат. И даже если отбросить в сторону варианты использования этого дара в качестве оружия, возможность вселить в бойца уверенность и снять страх перед боем – это уже дорогого стоит.

Когда мы с Лаской вышли из спальни, вся команда уже собралась и на стол как раз накрывали завтрак. Пожелав всем доброго утра, я занял свое место. У двери стоял секретарь-охранник, явно намереваясь что‐то сказать.

– Здравствуй, какие новости? – обратился я к нему.

– Вам просили передать, что порталы на арену будут открыты через четыре часа на главной площади. Для вас и вашей команды забронированы места в ВИП-ложе.

– Спасибо. Мы будем готовы.

– От себя лично… – вдруг почти по-дружески продолжил он, – я верю в тебя и твою команду. Не потому, что хочу вернуться в свой мир. Здесь хорошо и спокойно, а там… снова начнутся битвы за власть, ложь и предательство. Я верю в тебя, потому что ты делаешь это не ради славы, не ради золота и уж тем более не ради власти. Ты просто хочешь помочь.

С этими словами он коротко кивнул и вышел в коридор. Я же, не теряя времени, принялся за завтрак. Нужно поесть как следует – кто знает, когда еще удастся?

– Как ты можешь есть?! – возмутилась Линель. – Меньше всего мне сейчас нужна еда. Ты что, совсем не волнуешься?

– А смысл? Волнение делу не поможет. Напротив, может только помешать. А ем я потому, что хочу, – ответил я с легкой улыбкой.

– Вот и правильно, – вставил Гёте. – Как говаривал один умник: война войной, а обед по расписанию.

Я лишь усмехнулся. Все‐таки мы очень похожи. Пусть наши миры и такие разные.

Следующие четыре часа я решил провести на полигоне. Мне нужно было поработать над магией, точнее над ее активацией без помощи интерфейса. Мы отправились туда всей командой, чтобы оттуда – прямиком на арену.

Город сегодня был другим. В воздухе витало ощущение праздника. Казалось, каждый уголок пропитан нетерпением и предвкушением. На улицах царило оживление: яркие одежды, флажки и ленты на фасадах домов; аромат пряностей и жареного мяса доносился откуда‐то из боковых улочек. Демоны и демоницы, проходившие мимо, то и дело выражали одобрение: кто‐то улыбкой, кто‐то коротким кивком, а кто‐то – словами поддержки. Демоницы кокетливо стреляли глазками, перешептываясь за моей спиной, а демоны подходили и пожимали мне руку, желая удачи и победы.

На полигоне, как и ожидалось, не было ни души – какие могут быть тренировки в день великого состязания?

Я воспользовался шансом и задал Линель вопрос:

– Как ты активируешь свои способности? О чем думаешь в эту минуту?

Вместо ответа она с улыбкой растворилась в тени и через секунду оказалась у меня за спиной.

– Я не думаю, – прошептала она прямо мне в ухо. – Я просто делаю. Позволь объяснить по-другому. Вот ты собираешься идти. Ты думаешь, как ты будешь это делать?

– Нет, просто иду.

– А когда просыпаешься, ты составляешь в уме пошаговую инструкцию, как надеть рубашку?..

– Я понял, – кивнул я.

Намерение – вот что важно. Интуитивный запуск действия.

Я начал пробовать. Раз за разом. И пусть не сразу, но у меня получилось: уже через какое‐то время я с легкостью применял любые из своих навыков, не задумываясь, не ища опоры в привычных механизмах.

– Знаешь, чего тебе не хватает? – вдруг остановил меня Гёте. – В чем разница между тобой и Линель?

– И чего же?

– Творческого подхода. Ты слишком предсказуем. Попробуй комбинировать физические и магические атаки.

Легче сказать, чем сделать. Но он прав. Очень даже прав. Правда, времени оставалось все меньше. По-хорошему, стоило бы посвятить этому несколько дней, а не часов. А вот так, с ходу, в голову пока ничего стоящего не приходило.

Зная, что через несколько часов мне предстоит серьезное испытание на арене, я не стал изнурять себя тренировками. Легкая разминка – вот и все, что мне нужно. Просто чтобы почувствовать оружие в руках, настроиться, войти в ритм, вспомнить движения телом, а не головой.

Мои друзья устроились неподалеку. Ласка и Киса – словно противоположности, но уже нашедшие общий язык, – развлекались по-своему. Вернее, развлекалась Ласка, легко носясь по кругу. Киса же лежала, вытянувшись во всю длину, лениво помахивая хвостом, словно показывая, что держит ситуацию под контролем. Линель с Гёте спорили. О чем – было не слышно, но по жестикуляции и слегка приподнятым бровям гнома можно было догадаться, что разговор касался чего‐то принципиального.

Полигон находился у самого забора. Он был высоким, массивным, с укрепленными гранями, но все же не мог полностью оградить нас от городского шума. Особенно сегодня. Шум праздника, музыка, хлопки – все это было отчетливо слышно. И вдруг – как гром среди ясного неба – город буквально взорвался овациями. На какое‐то мгновение все утонуло в гуле аплодисментов, а потом снова стало затихать, будто кто‐то убрал звук одним поворотом ручки.

Я не придал этому значения. Мало ли, праздник. Может, началось какое‐нибудь шествие.

Продолжая раз за разом чередовать выпады и уклонения, прислушиваясь к дыханию и нащупывая идеальный ритм, я вдруг почувствовал, как воздух за моей спиной начал меняться. Что‐то тяжелое и значимое вошло в пространство полигона. И в следующую секунду причина всеобщего восторга сама заявила о себе – Морас собственной персоной в сопровождении свиты.

– Приветствую тебя, Странник, – произнес он голосом, заметно отличающимся от того, каким он говорил накануне вечером. Теперь в нем звучала