Гибнущий мир - Карина Крылова

на свету, они напоминали чешую рыбы. Лаэт кивнул стоявшим на их пути стражникам, пропуская Айрин вперед, и они оказались в просторной зале, залитой сиреневым светом круглой стеклянной лампы на потолке.

Даже если Айрин и удивилась напряженной позе лаэта, когда он переступал порог, втягивая терпкий запах, то виду не подала.

– Иди сюда, скорее. – Он поманил ее рукой, заводя вслед за собой. – Старайся лишний раз не пересекаться с Публицией взглядом. Ты здесь лишь для того, чтобы наблюдать.

Айрин кивнула. Лаэт все еще доверял ей задания.

Айрин едва успела окинуть помещение взглядом, когда почувствовала прикосновение горячей ладони к своей руке. Она онемела от испуга, но сумела сдержаться и не подать вида. Лаэт довел ее до странных табуреток, обитых бархатом, и отпустил. Краснея и заикаясь, Айрин проговорила слова благодарности и отвернулась, чтобы скрыть позорный румянец, появившийся на лице. Честное слово, лаэту не стоит так внезапно хватать людей за руки!

Звук открывающейся двери привлек Айрин. Вскинув голову, она увидела, как всколыхнулись лоскуты ткани, посылая книзу разноцветную волну. За проходом была еще одна просторная комната, заваленная десятками разбросанных подушек. Ее окутывал красноватый свет, но дым от табака вперемешку с благовониями мешал рассмотреть все как следует. Стоило шагнуть внутрь, как в нос тут же ударил горьковато-сладкий запах, от которого закружилась голова. Лаэт Фэнрис придержал Айрин за локоть – сам он, судя по всему, чувствовал себя прекрасно.

Встретивший их в дверях мужчина внушал первобытный ужас, словно он смотрел на свою добычу или защищал стаю от посягательства. Высокий широкоплечий воин казался просто огромным на фоне хрупкой Айрин. Она отвела глаза: смотреть на красные подушки было гораздо спокойнее, чем на суровое лицо.

– Кто там, Пишах? – Приятный женский голос раздался из самых глубин комнаты.

Лаэт улыбнулся, оставаясь стоять в проходе, а после и вовсе сделал шаг назад, оказываясь позади Айрин. Она в недоумении перевела на него взгляд.

– А, так это ты, Фэнрис, – послышался тихий переливчатый смех.

Пока Айрин удивленно смотрела на лаэта, из подушек показалась бледная женская рука. Стражник, отворивший дверь, вернулся в комнату, чтобы помочь иде подняться.

Ее шелковый халат соскользнул с тонких плеч, почти оголяя грудь. Айрин смутилась, стараясь сильно не глазеть, но впечатляющие формы все равно приковывали внимание. Женщина взмахнула рукой, перекидывая за спину черные длинные волосы, стянутые золотым обручем со сверкающими камнями, и улыбнулась.

– А что это за маленькая пташка с тобой?

В изящных руках появилась трубка, прикуренная Пишахом. Публиция сделала глубокий вдох, а затем выдохнула – кольца дыма плавно заскользили вверх.

Айрин растерялась, не зная, оставаться ли на месте или отойти куда-то.

– Да благословит Светило ваш день, ида Публиция. Это моя помощница Айрин, она пришла со мной, чтобы поучиться вести дела.

Услышав спокойный голос лаэта, Айрин испытала сильное облегчение.

– С каких пор для визита ко мне тебе требуется помощник, Фэнрис?

Сопровождаемая мужчиной в разы больше ее, Публиция прошла к центру комнаты и плавно опустилась в бархатные подушки. Она закинула ногу на ногу, оголяя стройные бедра, и теперь Айрин казалось, что на той и вовсе не осталось одежды.

– Пташка твоя молода. – Женщина вновь поднесла трубку к губам. В ее черных глазах отражался красный свет от лампы, делая их еще более загадочными, чем мгновение назад. – Может, оставишь ее мне, а?

– Прошу меня простить, ида, но не могу, – мягко улыбнулся Фэнрис.

Публиция, выдыхая дым, продолжала рассматривать Айрин, но та, помня о предупреждении лаэта, неотрывно смотрела поверх изящных плеч.

– Тогда поведай мне, Фэнрис, что привело тебя сюда? Соскучился по женской ласке?

Публиция раскинула руки в стороны, приглашая Фэнриса в свои объятия. От этого движения полы ее халата распахнулись еще больше, и Айрин нервно сглотнула. Она, конечно, не могла закрыть лаэта собой, но очень надеялась, что ей не придется наблюдать за чем-то, что оставит ужасные воспоминания на всю оставшуюся жизнь.

– Не стоит, ида Публиция, я здесь не за этим.

– Знаю, что не за этим, – засмеялась она. – Может, уже скажешь, что привело тебя ко мне?

– Я здесь, чтобы получить некоторую сумму денег, – наконец сказал лаэт Фэнрис.

Публиция пристально смотрела на него. Улыбка, которой она его одарила, была больше похожа на насмешку.

– Ты уже третий, дорогуша. Может, меня назначили ответственной за казну города, но забыли сообщить? – В ее словах чувствовалась скрытая угроза, но она ни на минуту не переставала улыбаться. – И сколько же ты хочешь?

На застывшем, словно маска, лице лаэта играла легкая улыбка, но взгляд оставался холодным. После недолгого молчания он заговорил:

– Не меньше двадцати тысяч империев. Знаю, что сумма немаленькая, но все же надеюсь на ваше понимание, ида Публиция. В будущем это сыграет вам на руку, даю свое слово.

– Как странно, – Публиция взглянула на Айрин, – у меня не прибавилось желания дать тебе золота. Может, если ты расскажешь, что на самом деле произошло с магистром Чертогов, я подумаю над твоей просьбой.

Айрин покосилась на лаэта, который взирал на сидящую перед ним полураздетую женщину. Он ни разу не отвел взгляда во время разговора, его лицо не выражало ни смущения, ни раздражения – вообще ничего, и Айрин в очередной раз поразилась такому самоконтролю. Ей, у которой на лбу все написано, стоило поучиться этому.

– Боюсь, такой информацией я не вправе делиться. Если только лорд не объявит об этом официально.

Публиция поднялась, снова опираясь на руку стражника, ее босые ноги бесшумно ступали по мягкому ворсу ковра. Она подошла вплотную к Фэнрису. Головой она едва доставала ему до подбородка, но, несмотря на это, от нее веяло спокойной уверенностью в себе и своих возможностях.

– Твои речи полны пустых обещаний. – Она коснулась длинным красным ногтем груди Фэнриса, поддевая халат, и провела пальцами по воротнику.

– Разве когда-нибудь данные мной обещания оставались невыполненными? – Фэнрис не отстранился, лишь ненадолго задержался взглядом на чужой руке.

Публиция продолжала водить пальцем по его оголившейся шее, будто о чем-то задумавшись.

– И что же, тебе нужны только деньги? – наконец спросила она едко.

– Мне было бы крайне интересно послушать и о других двух просителях.

– Ничего мне не рассказываешь, но хочешь, чтобы я рассказала все тебе? – Публиция усмехнулась, сжала подбородок лаэта, склоняя ближе к себе. – Не много ли ты просишь?

Лаэт Фэнрис быстро посмотрел на Айрин. От Публиции это не укрылось, она отпустила его и отступила. Стоящий чуть позади стражник протянул ей платок, и Публиция вытерла пальцы, не сводя взгляда с Айрин. Во всех ее движениях и манерах чувствовалась сила –