1941 Другая реальность - Демьян Копьёв

Не для того мы вырезали немецкий дозор, чтобы оставить Михалыча на растерзание карателям.

Нужно было срочно что-то придумать.

Мысль пришла мгновенно, и я даже удивился, как не додумался до этого раньше.

— Вот что дед, ты сидеть можешь, а значит, поедешь.

— На чём это? — прищурился Архип.

— От немцев транспорт остался, — произнёс я, — Грузовик и мотоцикл с коляской.

За столом снова повисла тишина. Петька перестал жевать, посмотрел на меня, и в его глазах загорелся огонёк понимания.

— Грузовик, — протянул он, — Точно, там же грузовик у правления стоит!

— Грузовик не пройдёт, — покачал я головой, — По просёлку до дороги ещё туда-сюда, а вот лесом, через ельник и болотистые участки, никак, застрянет на первой же сотне метров, да и слишком приметный он, за версту видать, а вот мотоцикл, — я сделал паузу, — Мотоцикл дело другое, он лёгкий, юркий, по лесной тропе пройдёт, тем более, тут не так уж и далеко, если по дороге часть пути срезать.

— И деда в коляску! — Петька аж подскочил, — В коляску его посадим!

— Именно, — кивнул я, — Сидеть он может, а больше от него ничего и не требуется, довезут с ветерком.

Дед Архип, сидя на печи, слушал нас, открыв рот.

— Это что ж, меня на немецкой тарахтелке покатите?

— На ней самой, — подтвердил я.

— А управлять-то ей кто будет? — резонно заметила Мария Тимофеевна, — Вы ведь с нами, как я поняла не поедите?

Мы с Петькой переглянулись.

А ведь и правда, что-то я не сообразил сразу. Это в моём мире каждый второй умел водить мотоцикл, а здесь, в сорок первом, да ещё в глухой деревне…

— Тогда… — начал было, но тут меня неожиданно перебили.

— А я умею! — вдруг звонко произнесла Нюра.

Все повернулись к ней.

— Ты? — на лице Марии Тимофеевны проступило удивление, — Нюрка, да ты что городишь?

— Правда умею, — женщина чуть покраснела, — Ну, то есть, каталась по молодости. У меня парень был, Колька, я к нему в город бегала, — покраснев произнесла Нюра, — Он в городе учился, механиком хотел стать, так вот у него мотоцикл был. Колька меня катал и рулить учил. Я на мотоцикле, бывало, по всей округе гоняла, — женщина вздохнула, и на миг в её глазах мелькнуло что-то озорное, — Пускай, давно это было, лет пятнадцать назад, но я помню.

— Но это же советский мотоцикл был, а тут немецкий, совсем другое дело, — с сомнением произнёс Петька.

— А какая разница? — Нюра пожала плечами, — Руль, газ, тормоз, всё одно, поди. Ну, устройство маленько другое, а принцип тот же самый. Чай не глупая, разберусь.

А решение-то всё-таки нашлось!

Я смотрел на эту женщину и не верил своей удаче.

— Вот и отлично, — довольно потирая ладони, произнёс я, — Значит, так и сделаем. Нюра поведёт мотоцикл, тётя Маша сядет позади неё, а деда посадим в коляску.

— Погодите, погодите, — замахала руками Мария Тимофеевна, — А вдруг эта тарахтелка не заведётся, или Нюрка забыла всё, что умела? Пятнадцать лет это вам не шутка.

— Значит, надо проверить, — выдал я, поднимаясь, — Пойдём, Нюра, посмотрим на что ты способна, заодно вспомнишь молодость.

Мы вышли на улицу все вместе, кроме деда, которого оставили на лавке у окна, из которого открывался вид на здание правления и небольшую деревенскую площадь.

Тёмно-серый, приземистый, с широкой коляской BMW R75 сиротливо стоял у колодца. Я обошёл его, осматривая со всех сторон. Машина была в хорошем состоянии, было видно, что немцы за техникой следили.

Нюра осторожно подошла к мотоциклу, словно к живому зверю, провела рукой по холодному металлу бака, потрогала руль.

— Мудрёный какой, — пробормотала она, — Не наш, точно, но вроде чем-то похоже.

Она перекинула ногу через седло, устроилась поудобнее, положив руки на руль. Я стоял рядом, готовый в любой момент подсказать, что делать.

— Смотрите, Анна Григорьевна, — Вот эта штука для запуска, — Я показал на кик-стартер.

— Поняла, а вот это как у Колькиного было, — обрадовалась Нюра, — Только там сбоку, а тут вона где, ну-ка…

Она нащупала рычаг подачи топлива, повернула ключ зажигания, я подсказал, где он, потом надавила ногой на кик-стартер. Мотор чихнул и заглох.

— Не боись, — подбодрил я, — С первого раза редко бывает. Ещё разок, посильнее.

Нюра поджала губы, снова надавила. Мотор чихнул дважды и опять затих.

— Забыла, старая дура, — расстроилась она.

— Ничего не забыла, — возразил я, — Подсос, наверное, надо. Вот этот рычажок, попробуй его дёрнуть, а потом заводи.

Я указал на рычаг воздушной заслонки.

Нюра послушалась совета и потянула, затем снова ударила по стартеру. В этот раз мотор мощно и оглушительно взревел, выплюнув облачко сизого дыма. Женщина от неожиданности чуть не свалилась, с трудом сумев удержаться, вцепившись в руль.

— Завёлся! — заорал Петька, подпрыгивая, — Завёлся, Нюра!

— Ой, батюшки! — испуганно вскрикнула женщина, — Тарахтит-то как!

— Держи газ ровнее, — произнёс я, — Попробуй тихонько тронуться, только осторожно, по прямой.

Анна Григорьевна сделал, как я сказал, и мотоцикл тут же дёрнулся, но быстро заглох.

Нюра завела снова.

На это раз он дёрнулся сильнее, проехал метра три и опять встал. Мария Тимофеевна ахала и хваталась за сердце, дед Архип орал что-то из окна избы, но разобрать, что именно, было невозможно из-за рёва мотора.

— Спокойно, Нюра, — я шёл рядом, страхуя женщину, — Сцепление плавнее отпускай.

На третий раз получилось. Мотоцикл тронулся, покатив по деревенской улице, набирая скорость. Нюра, довольно улыбнулась, и я увидел, как на лице женщины расцвела широкая, счастливая улыбка, словно Анна скинула разом лет двадцать.

— Еду! — закричала она, — Гляньте, еду!

Нюра проехала по улице до конца деревни, где неуклюже, но сумела развернуться, и покатила обратно. У колодца женщина слишком резко притормозила, и мотоцикл чуть не завалился на бок, но она всё же сумел выправиться, сияя улыбкой, как начищенный самовар.

— Вспомнила! — выдохнула она.

— Молодец, Нюра, — искренне похвалил я, — Ты прямо, как настоящий гонщик, ещё пару раз проедешься для верности, и можно в путь.

Анна сделала несколько кругов по деревне, с каждым разом держась более уверенно. Она разворачивалась, тормозила, трогалась с места, и хотя выходило пока коряво, было ясно, что она справится.

Оставив Нюру тренироваться, мы с Петькой занялись сборами. Времени было в обрез, и я торопил всех, как мог.

Сначала обыскали немецкие тела и грузовик, забрали всё ценное и нужное. Из кузова грузовика вытащили ящик с патронами, несколько банок консервов, галеты, две канистры с бензином.

Забрали три автомата МР-40, карабин, вальтер офицера уже был у меня, второй пистолет отдал Петьке. Теперь мы были вооружены