Золотая фишка на черное - Анни Юдзуль

Бобби кивнул:

– Понимаю. Это бы все объяснило, если бы альтернативная личность захватывала тело, когда основной хозяин спит.

– К тому же она упоминала, что им не доводилось встречаться лично.

– Тогда все сходится… Как думаете, она догадывалась о том, что вытворяла?

– Вряд ли. Даже если и замечала какие-то странности, то полностью их отрицала.

– Это немного… трагично.

В окно залетел прохладный вечерний ветер. На подоконник опустился опавший листок.

– Какие наши действия? – спросил Бобби.

– Думаю, передам ее единственному местному жителю, которому могу доверять. Побудете здесь?

Он вышел за дверь и торопливо спустился в приемную. Краем глаза заметил подол платья Патти – там, на стоянке. Он не стал задерживаться.

– Могу я позвонить от вас?

После перевязки Патти отвела Бруно на безопасное расстояние. Так, чтобы он не мог случайно выстрелить в живого человека или сломать что-нибудь из хрупкой медицинской аппаратуры. Он был раздражен, будто огромный пес, которого принудительно вымыли. Руку перевязали – уж что-что, а доктора здесь были на уровне.

– Бруно… у меня к тебе серьезный разговор.

– У вас с Вельтом постоянно серьезные разговоры. Вы сами-то не устали?

– Бруно…

– Слушай, мне вообще не до вот этих всех заморочек…

Патти набрала в легкие побольше воздуха:

– Твоя кошка в опасности!

Бруно остановился и, что более важно, заткнулся. Патти продолжила:

– Оглянись. На острове совсем нет животных. А если и встречаются какие-то редкие, то все они сходят с ума. Твоя кошка стала дикой из-за острова, Бруно.

Она ожидала, что он будет кричать. Что будет бушевать, как настоящий шторм, а она окажется крошечным суденышком в непримиримых волнах. Однако ничего такого не случилось. Бруно подобрался, как всегда, когда шел к цели. И двинулся прочь от госпиталя.

– Бруно! Постой…

Она бросилась следом. Он не останавливался. Тогда она повисла на его руке, но и это не сработало – он просто потащил ее за собой.

– Что ты собираешься делать?

– Я не оставлю кошку в такой опасности. Почему вы… А, ладно! Неважно. Оставь меня в покое!

– Бруно, я могу помочь! Я знаю, где взять автомобиль, чтобы доехать быстрее. Ладно? Давай работать в команде.

– Когда работаешь с вами в команде, вечно происходит какая-то фигня.

– Она и так происходила бы, мы только справляемся с последствиями. Ну же, Бруно! Нельзя так обращаться с дамой!

Это немного охладило его пыл. Он остановился и перевел дыхание. Затем посмотрел в небо – так, будто сама Антилана-Заступница нашептывала ему утешение с облаков.

– Давай сюда свою машину.

Патти мигом подскочила и спустилась к дороге, к одной из точек, где их ожидали наемные машины. Они прибыли к гостинице через четверть часа. Бруно молча прошел мимо метрдотелей; Патти неловко улыбнулась им и увязалась за Бруно. Он открыл дверь с плеча. В его номере царил истинно мужской бардак: одежда валялась тут и там, а на журнальном столике, помимо нескольких не развернутых газет, стоял пяток пустых стаканов.

Едва они закрыли за собой дверь, как услышали рычание. Похоже, Фисташка и не думала успокаиваться. Бруно шагнул было к уборной, где та была закрыта, но Патти поймала его за рукав.

– Подожди. Давай сначала подготовим переноску.

Бруно моргнул. Когда он входил в этот режим «вижу цель, не вижу препятствий», его то и дело приходилось возвращать к реальности. Он огляделся. Вещи находились в хаосе. Ничто не было на своем месте. Они немного покружили по номеру, пока Патти наконец не заглянула за штору.

– У тебя есть что-нибудь вкусное?

– Семилетний виски.

– Для кошки. Сосредоточься, Бруно! Мясо!

Он тряхнул головой.

– Ладно. Попросим внизу. Давай я замотаю тебе руки. Схватишь ее и запихнешь внутрь. Понял? Повтори.

– Да понял я! Замотать руки, говоришь…

Он огляделся. Без всяких церемоний Патти прошла в спальню и сдернула покрывало с наспех заправленной кровати. Получилась импровизированная ловушка: руки Бруно теперь были надежно защищены тканью, и между ними провисла крепкая тканевая перемычка. Патти спустилась за мясом, а когда вернулась, крадучись подобралась к двери уборной. Показала три пальца. Затем два. И затем – дернула дверь.

Кошка вылетела, шипя и скалясь. Порой Патти удивлялась, как такое крошечное создание, как кошка, может вызывать такой прилив адреналина. Она вспомнила белку с горящими глазами. Животные были очень милыми, когда их первобытное нутро спало́.

Прямо как люди.

Бруно смело шагнул навстречу; его руки сомкнулись на изгибающемся теле, и Патти услышала самый душераздирающий крик в своей жизни. Кошка вгрызлась в ткань; Бруно удерживал ее, как только мог, учитывая, что она была его драгоценностью. Патти тут же подскочила с переноской. Они с трудом затолкали борющуюся, трепыхающуюся в покрывале кошку и захлопнули дверцу.

Патти перевела дух. Бруно осел на пол.

– Надо выпить.

– Не надо тебе пить! Надо решить, что делать с кошкой.

Переноска стала гораздо тяжелее; возможно, потому что в ней с яростью воина билась Фисташка. Она совсем не была похожа на ту белокурую прелестницу, которую Патти встретила в поезде. Жутко.

– Мы отнесем ее на причал.

– Бруно, я не думаю, что ей поможет морской воздух.

– Мы отдадим ее матросам, балда (Патти захлебнулась от возмущения). Они отвезут ее в Литтл-Берри.

– Да, но куда…

– Куда-нибудь. Везде будет лучше, чем здесь.

Патти поникла. Несмотря на грусть от необходимости прощаться, она отметила про себя этот новый уровень уважения к Бруно. Он готов был справляться с горем ради спасения того, что было дорого. Она даже решила списать оскорбление на нервное напряжение. Они оба были на взводе.

Они вышли из гостиницы и пешком направились к пристани. Капитана не было на месте, зато пара матросов курили недалеко от подмостков.

– Парни! – крикнул Бруно. – Пятьсот фишек тому, кто увезет мою посылку в Литтл-Берри.

Матросы переглянулись.

– А что в ней?

– Моя кошка. Только надо пристроить куда-нибудь. Я заберу на обратном пути.

– У меня бабуля в Литтл-Берри, – сказал тот, что покрупнее. – У нее уже есть кошки. Думаю, притрутся.

– Лады. Только смотри, головой отвечаешь. – Бруно передал переноску с притихшей кошкой матросу и щедро отсыпал горсть фишек. Второй матрос присвистнул и помахал рукой кому-то на палубе.

– Вы поедете прямо сейчас?

– Да, иначе будет слишком поздно и придется утром. Только отпросимся у Страшилы. Это не проблема, не переживайте.

– Понятно… Спасибо вам.

Она пожала руку матросу, а после оттащила Бруно в сторону.

– Слушай, как ты считаешь, стоит написать в газету о проблемах с животными?

– Да уж на хрен стоило бы. Только тут такое дело. Будь я местным воротилой, я бы зарубил твою статью на