Золотая фишка на черное - Анни Юдзуль

Патти улыбнулась. Их коварные взгляды встретились, и это значило только одно: совместное противостояние вонючим церрийским капиталистам.

Роберт положил трубку и обернулся к Бобби. Тот болтал с сестрой на приемной стойке так, будто они были знакомы несколько лет. Бобби был таким – располагал к себе с первой минуты и всегда знал, о чем заговорить. В его компании становилось теплее, и оттого ожидание прошло незаметно.

Роберт поднялся с мест для ожидающих, когда в дверях появился Страшила.

– Где она? – сразу же спросил он, а затем заметил Бобби и протянул ему руку. – Приветствую.

– Она наверху. У нас есть теория, и нам хотелось бы, чтобы вы, как человек с опытом долгосрочного проживания в этом месте, подтвердили ее.

Страшила кивнул. Он был весь взмыленный, будто бежал пару миль. Тем не менее на нем был добротный, свежий костюм. Они двинулись наверх мужской компанией, и затем Роберт пропустил спутников в палату.

– Значит, это и есть наша преступница. Ох, и принесла она проблем. – Страшила присел на стул рядом с постелью и достал блокнот из внутреннего кармана. Он пролистал несколько страниц, затем взял из ящика тумбы сантиметр и принялся замерять тело Мелисент. Бобби с сомнением посмотрел на Роберта, но тот поднял руку. Одними глазами он сказал: все под контролем. Когда Страшила закончил, он обернулся.

– Размер ноги совпадает, размер одежды тоже. У вас есть свидетели, которые могут подтвердить факт метаморфозы?

– Я могу подтвердить, что она владеет подобной магией.

– Феодор помог мне задержать ее. Тогда она выглядела иначе.

– И она никак не могла подменить себя на мисс Волчий Глаз?

– …Мы везли ее в багажнике.

– Оу. Понимаю. Что ж, даю вам обещание не спускать с нее глаз. Разбираться в подобных эксцессах – моя работа. Благодарю вас за неоценимую помощь.

– Скажите, – Бобби шагнул вперед, – почему в этом месте магия ведет себя…

– …Странно, – закончил Роберт. – Не поймите нас неправильно, Мелисент, по-видимому, уже три года страдает от раздвоения личности, но здесь, на острове, ее состояние явно стремительно обострилось.

– Критически. – Бобби кивнул.

Страшила переводил беспомощный взгляд с одного на другого. Роберт встретился с ним глазами, и тогда Страшила скосил взор в угол комнаты. Роберт взял Бобби за плечо и склонился к его уху.

– Ты можешь отгородить нас от камер?

Бобби отрицательно мотнул головой.

– Я могу влиять на магию, а не создавать ее.

– Позвольте мне, – предложил Страшила.

Глаза Роберта уловили едва заметные переливы в воздухе. Они были похожи на пленку – тонкую, совсем невесомую и едва ли различимую на камерах, если бы они были. И эта пленка окружила их со всех сторон, будто они находились в переливающемся бензиновыми пятнами пузыре. Бобби дотронулся до нее, и она увеличилась, набирая толщину. Страшила взглянул на него с сожалением.

– Похоже, что на острове каким-то образом усиливается магия, – заметил Роберт.

– Я давал вам хороший совет.

– Дело не в этом. Что-то на острове создает как будто… парниковый эффект, из-за чего магия как бы накапливается.

– И поэтому выходит из-под контроля. Тела человека не хватает, чтобы удержать ее. – Бобби почесал подбородок. – Но что может иметь такой эффект?

Роберт задумался. У него уже были подозрения на этот счет, но они затерялись за ворохом загадок, окружавших теперь их жизнь. Он быстро осмотрел выстроенный Страшилой барьер.

– Вот оно, – сказал Роберт. – Что-то вроде того пузыря, что вы создали.

Они с Бобби переглянулись и в один голос выпалили:

– Купол!

Патти вошла в творческую зону как королева, с высоко поднятой головой. Следом за ней в первый отсек палаточного городка вошел Бруно: он едва не запутался в пологе и, выругавшись, обратил на себя всеобщее внимание. Патти с гордостью достала блокнот.

– У меня есть для вас новая статья на завтра! – провозгласила она.

Велма сделала пару шагов ей навстречу и с готовностью протянула руки.

– Идемте. Вы все мне расскажете. – Она увлекла Патти за собой, не без опаски глядя на Бруно. Тот, облокотившись на резной комод, вертел в руках какую-то позолоченную фигурку. Элегантный мужчина, подталкиваемый под спину своей дамой, выступил было к нему, но Бруно остановил его одним взглядом.

– Чё? Проблемы? А чё это за мазня там у вас?

Патти оставляла Бруно с легким сердцем. Она быстро прошла следом за Велмой к шатру с печатным станком. Их план был гениален, потому что статья, которую они накидали по дороге, не имела ни одной подозрительной реплики, и в то же время смысл ее был вызывающим до возмущения. Да, они сотворили рекламу.

«Невероятно комфортное путешествие для ваших домашних любимцев может быть предоставлено в качестве новой услуги», «удивительное место в Литтл-Берри – всего в паре часов по морю – с радостью откроет двери для четвероногих друзей», о, и еще: «цена договорная, но совсем невысокая для такого сегмента развлечений». О, и вычурности побольше!

Когда Патти протянула лист с завершенной статьей, Велма улыбнулась. Прокатило! Патти едва не захлопала в ладоши, но сумела сдержаться. Роберт был прав: играть в местные игры следовало осторожно, и важно было во что бы то ни стало сохранить лицо. Велма исчезла. Патти прогулялась по центру творческой зоны и заглянула в палатку для проявки фотоснимков перед тем, как вернуться к Бруно. Киран был внутри, в привычной темноте, под красными лампами. Гораздо более собранный, чем при свете дня.

– Мистер Боггерти?

Он поднял на нее взгляд. Она помахала ему, и он махнул мокрой рукой в коротком жесте приветствия.

– Привет! Снова… Как ваши дела? Есть улов?

– Да, я разбираю новую партию. Сделал половину. Хотите посмотреть?

Патти с готовностью заглянула на его рабочий стол. Среди сохнущих, висевших на прищепках кадрах были и люди, и красоты природы. Она даже впервые увидела солевые ванны! Патти скользила взглядом по кадрам, осматривая один за другим.

– У вас потрясающее чувство композиции.

– Спасибо. Это проявилось еще в детстве. – Казалось, будто стоящий спиной Киран улыбнулся.

Патти перешла к следующему ряду и замерла. С фотографии на нее смотрел олень с грузным телом и маленькой головой. На лбу красовалась пара куцых рогов. Патти поняла, что вспотела. Животное наверняка было рыжим или даже сероватым, но в красном свете оно казалось почти алым. Она перевела дух.

– Скажите… может быть, вы могли бы продать мне одну?

– Похоже, вам действительно нравится мое творчество. Знаете, берите любую, кроме… – Он подошел к снимкам и, пошевелив пальцами, выбрал один с пчелой, залезающей в цветок. – Кроме этой.

– Благодарю. Я хотела бы взять оленя.

– Оленя?