Возвращение - Марцин Подлевский

большинством ваших теорий, — сказал Дет спокойным, примирительным тоном. — Старость всегда делает свое дело. Старость — это связующая сила Выжженной Галактики. И старость — это упрямство. Но дело в том, — закончил он через мгновение, — что старость можно легко отключить. 

3

Станция

Я отказываюсь от существования.

Я отказываюсь от памяти.

Я отказываюсь от понимания.

Отрывок из молитвы аколитов

Ордена Пустоты

Кризис наступил, когда они проложили маршрут к Терминусу.

Эта одна из главных станций Пограничников находилась в открытом скоплении NGC 1193 в созвездии Персея, между Рукавом Лебедя и Рукавом Персея. Лежащее примерно в пятнадцати тысячах световых лет от Терры, скопление было почти пустым в этом секторе, осветленным лишь сияющей светлым золотом туманностью, которую тысячи лет назад окрестили Дыханием.

Проскочив через глубинную искру «Живое Серебро», Кирк и Нат прыгнули еще десяток раз, направляясь к Терминусу почти по прямой, ориентируясь на указания, запомненные навигационной системой «Темного Кристалла». За время полета они больше ни разу не столкнулись с элохимами, но Блум не была уверена, что это хорошо. У нее было плохое предчувствие. Ее тревога усиливалась по мере того, как состояние Натриума Ибсена Гатларка становилось хуже. Она понятия не имела, как Нат спас их от захвата элохимами. То, что в результате болезни он превратился в призрачную структуру, она воспринимала вполне терпимо, учитывая обстоятельства. Но то, что Призрачный Принц обладает какими-то сверхъестественными, связанными с этим способностями, она восприняла гораздо хуже. На самом деле, так же плохо, как и осознание того, что эти способности просто убивают его. Поэтому вскоре после воскрешения после искры она привела протестующего Ната в АмбуМед и надвинула на него аналитическую чашу.

«ПРОБЛЕМА С ПОДКЛЮЧЕНИЕМ, — сообщила ей система. ПОЖАЛУЙСТА, ПРОВЕРЬТЕ ПОРТЫ ПЕРСОНАЛИ / ОТКЛЮЧИТЕ ЛИЧНОЕ МАГНИТНОЕ ПОЛЕ».

Прекрасно, подумала она. Опять началось. Однако она не будет собой, если пустит все на самотек. Вместо этого она подключилась к АмбуМеду с помощью нервоконнектора и немного изменила блоки программы. Это заняло у нее всего десять минут, после чего система засветилась веселым зеленым светом и запустила серию базовых медицинских тестов.

Результаты ей не особенно понравились.

Система сначала находила, а потом теряла Ната. Когда же она интерпретировала его как пациента, то выводила на экран целую серию показаний — от приема аминокислотных добавок до внутривенного введения флюидов. По мнению АмбуМеда, Натриум пережил какую-то тяжелую, изнурительную болезнь и нуждался в длительном восстановлении. К сожалению, менее чем через минуту анализатор снова сообщил о необходимости отключения «личного магнитного поля», выдав звуковым сигналом данные о смерти Ната, что заставило Кирк в панике отключить систему и поднять медицинский козырек — прежде чем окончательно разочароваться и перестать пытаться.

Через час таких откровений и перезагрузок Блум надоело. Она отключила АмбуМед и перенесла полубессознательного принца в бывшую каюту Гама. Там она посоветовалась с Теткой и приготовила для него целую серию лекарств, смешанных с флюидом. Только после того как она ввела их Натриуму с помощью портативного инъектора, она вернулась в СН, села и попыталась успокоиться.

Она была одна.

Учитывая необходимость как можно скорее совершить еще один глубинный прыжок, она не видела смысла выводить Голода из стазиса. Тетка показала ей запрограммированный маршрут, из которого следовало, что у них будет всего два, может быть, три более длинных рейса из Глубины. Прямой путь к Терминусу, отмеченный на картах как Главная связная сторожевая башня типа В, был утыкан буями для определения местоположения. Пограничники могли летать вдоль Внешнего рукава бесконечно, но когда они возвращались, чтобы передать данные, они должны были вернуться как можно быстрее. Также казалось, что возможная дистанционная передача информации об ожидаемом Возвращении через спутники дальнего космоса не особенно ускорит дело. Кирк могла бы это сделать, но «Темный кристалл», летящий на максимальном импульсе, должен прибыть раньше, чем данные. Кроме того, что толку, если она просто передаст их, а Элохимы будут наступать им на пятки? Главное, чтобы секта поняла, что уничтожение «Темного кристалла» больше не обязательно — а убедить себя в этом они смогут только тогда, когда увидят корабль, пришвартованный у Терминуса.

Только бы добраться туда, подумала она, бездумно уставившись на тактильное голо, отображаемое навигационной консолью. Ушедшие — я бы отдала миллион джедов за кусочек чистого, блаженного покоя. И за мгновение беспробудного сна. Не стазиса, а приличного сна, мысленно добавила она, не чувствуя, что просто уплывает в объятия Морфея.

Ее разбудил странный, тревожный звук.

Она выкатилась из кресла, протирая глаза.

— Тетка…? — спросила она, хрипло дыша. — Что случилось?

— Локационный буй через мгновение, дорогая! Буквально через мгновение!

— Хорошо. Но таймер пока не ставь. Доберись до него и тормози.

— Хорошо.

— И что это было?

— Что, милая?

— Ну… это там… — Кирк зевнула, почесывая свои коротко стриженные волосы. — Там раньше. Эти звуки там. Такие там. Какие-то.

— А я не знаю, сладкая!

— Ладно, — пробормотала она, медленно направляясь в сторону столовой. — Я выпью кофе и сама все проверю.

— Хорошо, дорогая.

Когда-нибудь я отключу это ее милое щебетание, подумала Блум в тысячный раз, входя в столовую и вставая перед термосом. Невозможно больше это слушать. Что я сделала, позволив программе развиваться подобным образом…

Зевнув, она выбрала кнопку, отвечающую за выдачу кофе, и наблюдала, как машина наливает темную жидкость с молоком в термокружку. Когда машина подала звуковой сигнал, она вытащила сосуд и сделала глоток, чувствуя, как кофе спокойной волной вливается в ее уставший мозг.

Она уже собиралась сесть и выпить за столом, когда снова услышала тот же звук.

Он был чем-то похож на жужжание компьютера и оборвался со стоном. Он не был похож ни на что, обычно слышимое на «Темном кристалле», который, когда нужно, мог реверберировать настоящей какофонией звуков. Кирк медленно поставила свою термокружку и вышла из столовой, бдительно оглядываясь по сторонам.

На этот раз звук был громче, и она бы голову дала, что слышит голос Ната. Поэтому, больше не прислушиваясь, она направилась прямо к капитанской каюте Гама и, как только дошла до нее, нажала на кнопку панели, чтобы открыть дверь.

Лежащий на полу Нат дергался — точнее, дергалось его изображение. Парень сгорбился и сжал кулаки, словно пытаясь силой воли оставить себя в реальном мире. Внезапно он дернулся и покатился в сторону, все еще мерцая. Он открыл рот, и Блум услышала его голос. Но