Возвращение - Марцин Подлевский

— В таком случае следите, чтобы они не присмотрелись, ваше Призрачное Высочество, — распорядилась Блум. — Капюшон на голову и поза смиренного монаха. А если что… у нас есть это, — добавила она, пристегивая пневматический Коготь к поясу своего комбеза. Оружие она спрятала в один из боковых карманов. — Выглядит странно, — критически добавила она, — но это работает. Если только они не собираются нас обыскивать.

— Произошло выравнивание давления, дорогая, — сообщила все еще обиженная Тетка. — И свет в шлюзе горит зеленым.

— Отлично. Тетка, оставайся на хозяйстве. Присмотри за Голодом, — добавила Кирк, наклоняясь и почесывая кота, свернувшегося, как обычно, возле ноги Ната. — И включи симулятор личности или что-то в этом роде, потому что если они ворвутся на борт и ты начнешь говорить им «чмок» или «сокровище», они удалят тебя сразу же, — решила она. — А лучше всего вообще молчать и никого не пускать. Я установила всевозможные… блокировки. И мы вернемся, если понадобится… мы вернемся.

— Что значит: если понадобится, сладкая?

— Мы обязательно вернемся, — заверила ее Блум, направляясь к шлюзу. — За то, что мы им подарим, они должны нам не один дурацкий прыгун, а целый крейсер. С большой радужной надписью СПАСИБО на правом борту.

— Я бы тоже не отказалась от крейсера, — сказала Тетка, но Кирк не слушала чокнутый кастрированный ИИ. Вместо этого она решила открыть шлюзовой люк «Темного кристалла». В небольшом, коротком коридоре трапа их ждал Пограничник. Мужчина был, как и Гам, высоким и стройным, одетым в облегающий черный комбинезон. То, что он принадлежал к Ордену Пустоты, Кирк заметила сразу — татуировка, изображающая глаз внутри двойного круга, символ Глубины, украшала его лоб. Эта хотя бы не смущает, подумала она, вспомнив изящные руки Гамы, украшенные похожим рисунком.

— Кирк Блум? — спросил он тихим голосом, характерным для людей, которые провели много лазурных месяцев в одиночестве космоса. Он нажал на кнопку, открывающую стыковочный шлюз. — Тебя ждут. Пожалуйста, пройди со мной. Твой спутник тоже вызван. — Он скользнул взглядом по фигуре Ната в капюшоне.

— Хорошо. А куда?

— В пресвитерию, — ответил он. — Вас ждут, — повторил он. — Инцидент с элохимами был признан важным в свете последних слухов из Внешних систем.

— Каких слухов?

— Эта информация мне точно не известна, — объявил он. — Я знаю только, что ваш случай — не единственный. Прошу вас. — Он указал рукой на выход, и Кирк, воздержавшись от пожатия плечами, переступила порог шлюза. Они оказались в стыковочном коридоре.

Терминус, как она быстро заметила, отличался от других станций. Признаться, она не ожидала большого движения, суеты или просто шума — но ей казалось, что она услышит нечто большее, чем гул работающих механизмов. Однако одна из главных сторожевых башен Пограничников была просто тихой, безмолвной и пустой. Даже в главном коридоре, до которого они быстро добрались после выхода из стыковочного отсека, была всего дюжина или около того Пограничников — и те сидели в основном в тишине.

— Что-то пусто здесь у вас, — проворчала Кирк, с удивлением обнаружив, что ее голос отдается эхом. — Гам сказал, что это ваша последняя станция перед Внутренними Рукавами, — добавила она уже тише. — Разве у вас не должно быть много посетителей?

— Да, такое случается, — признал Пограничник. — Но галактическая секста только что закончилась. Следующая волна консолидации информации будет только в ноне, задолго до галактического завершения, которое наступит, согласно Лазурному времени, примерно через десять оборотных лет.

— Я думал, что периоды есть только у Контроля Согласия.

— Периоды Контроля относятся к занятию и колебанию позиций. Пограничники отсчитывают время, основываясь на колебаниях Луча.

— Пройдет совсем немного времени, и календарная система рухнет.

— Что?

— Нет, ничего. Как далеко находится пресвитерий?

— Мы воспользуемся лифтом, — пояснил Пограничник, подводя их к большим дверям темного лифта в форме трубы, расположенной в центре променада. Он пропустил их внутрь и нажал соответствующую кнопку. — Пресвитерий находится чуть ниже лектората, который является завершением и вершиной самой Башни.

— А что это такое?

— Лекторат — это центр передачи, — объяснил он, как будто читал лекцию. — Кораблям Пограничников требуется постоянное обновление данных, связанных с наблюдением за Лучом. Каждый прыгун при стыковке делает их сброс. Данные поступают на лекторат и распространяются на другие корабли, как находящиеся поблизости, так и патрулирующие, с помощью привилегированного луча Потока.

— Каждый прыгун передает данные автоматически? — поинтересовался Нат.

— Да, — признал Пограничник. — При условии, что на эти данные есть разрешение, что в вашем случае уже невозможно. «Темный кристалл» не будет передавать данные без подтверждения пилотирующего его Пограничника.

— Все в порядке. — Кирк криво улыбнулась. — Наши данные в любом случае с нами.

— Мы на месте, — сообщил проводник. Он открыл дверь лифта, и внезапно Блум поняла, что они находятся на мосту. — Сюда.

Труба лифта разрезала мост пополам. Они увидели длинный гладкий пролет, который с одной стороны касался стены просторного зала, а с другой заканчивался яйцеобразным сооружением, чем-то напоминающим генератор магнитного поля, но гораздо большего размера. Единственный вход в него — темный высокий прямоугольник — был открыт. Внизу, на глубине около сотни метров, виднелись выпуклые сферы машинного отделения, скрытого от людских глаз.

— Пресвитерий, — без нужды пояснил Пограничник.

— Здесь очень тихо, — заметила Блум и осторожно ступила на мост, который показался ей опасно узким.

— Звуки гасятся усиленным магнитным полем. Иначе пресвитерий не смог бы функционировать. Благодаря полю это самое приглушенное место на Башне. Вперед.

Они отправились в путь, на этот раз без комментариев. Внутреннее сооружение оказалось ближе, чем они думали, — возможно, в этом виновато некоторое сплющивание перспективы, а сам вход оказался не таким темным, как они опасались. Скорее, внутри царил мягкий полумрак, который вскоре, к тому же, осветил Пограничник. Благодаря этому они смогли разглядеть само помещение — одноэтажный зал, окруженный большим экранированным бортиком, который теперь был погашен.

В центре также находились круглые сиденья в виде двух раскладных кушеток, и Кирк слегка улыбнулась, увидев, что они выполнены в виде символа Глубины. Ты усаживаешься, как повелитель Системы, подумала она. Как повелитель Глубины. Совсем неплохо. Она уже осматривалась, где бы