Возвращение - Марцин Подлевский

Натриум попытался приподняться, опираясь руками о пол. По его лбу стекали капельки пота. Она видела его таким давным-давно — в тот момент, когда он выпал из стазис-капсулы. Тогда он тоже изо всех сил старался сохранить свой настоящий облик — но сейчас это зрелище выглядело гораздо хуже. Кирк не знала, что делать: остаться, убежать или подойти к лежащему принцу и попытаться ему помочь. Она стояла, словно парализованная, не в силах вымолвить ни слова.

— Нат… — наконец прошептала она. — Что происходит… Нат…?!

Натриум сорвался с места внезапно, словно пловец, в последний момент пробивающийся к поверхности воды. Он прислонился к стене кабины, цепляясь пальцами за выступающие фрагменты: выступы, скрывающие энергетические кабели и механизмы прыгуна. Он продолжал мерцать — или, скорее, исчезать и возвращаться, в ритме биения его сердца. Так продолжалось кошмарно долго, пока наконец Кирк не выдержала и не подошла к нему.

— Нат… — повторила она, протягивая руку.

— Уходи, — услышала она. — Это уже проходит.

— Какое-то безумие, — сказала она, но руку убрала.

Натриум уже становился плотнее, обретал реальность.

— Это из-за напастной битвы с элохимами… — подумала она. — Ты разбил те корабли, но тебя чуть не стерли.

— Я в порядке, — хмыкнул он.

— Да, конечно, — сердито фыркнула она. — Ты выглядишь так, будто не успел обновить последнюю программу, и она зависла.

— Я всегда… ценил твои экспертные комментарии генохакера, Кирк, — устало пробормотал он, наконец отстраняясь от стены и усаживаясь в капитанское кресло.

Она заметила, что по его телу все еще пробегает что-то похожее на тень мерцания, и юноша погасил ее сердитым жестом. Значит, он мог контролировать это… До определенной степени.

— Серьезно, ваше высочество, — сказала она холодным тоном, чтобы он понял, что она все еще сердится. — Если ты сделаешь это еще раз, то исчезнешь, как старое голо.

— Я так понимаю, что у тебя есть лучший вариант, — нетерпеливым тоном ответил он. — Мы летим на корабле Пограничников без наступательного оружия, потому что даже если оно и есть, у него эта нанитовая блокада. Максимум, на что мы способны, — ослепить врага с помощью ЭМИ… Я что, должен был ждать, пока они нас сожгут? Там был напастный крейсер, Блум! И эскадрилья истребителей!

— Ты умрешь, Нат, — тихо сказала она, и это заставило его замолчать. — Ты просто умрешь. Ты понимаешь это? Ты знаешь, что ты болен? И сильнее, чем обычно.

Он не ответил, хотя она ждала хоть чего-нибудь. И только когда молчание сильно затянулось, она сдалась.

— Нам нужно войти в стазис, — сообщила она, выходя из кабины. — Мы вот-вот достигнем локационного буя, ваше высочество.

— Кирк.

Она сделала паузу, удивившись, что он назвал ее по имени. Если он и обращался к ней, то крайне редко. Она повернулась.

— Я не мог позволить нам умереть, — сказал он. — Эти данные… слишком важны. Раньше я думал, то, к чему я стремился прежде, имеет значение… но теперь я так больше не думаю. В конце концов, ты знаешь, где находится Луч. Ты знаешь, куда они ударят первыми, если действительно вернутся.

— Я знаю, — призналась она через мгновение. — Но Нат… не делай этого снова. Просто не делай. Мы справимся. Мы снова сбежим, если понадобится. Просто пообещай мне, что больше не будешь так поступать.

— Обещаю, — сказал он.

Кирк кивнула и вышла из каюты, позволив двери захлопнуться за ней с тихим гидравлическим свистом.

***

Терминус встретил их гулом каналов Потока, локационным рокотом и сообщениями о левитирующих кораблях. Большинство из них, как отметила Блум, были кораблями Пограничников — прыгуны вились вокруг станции, как черные насекомые, сверкая лазурными антигравитонными разрядами.

Сама станция имела форму большого черного креста, мигающего в их сторону желтыми позиционными огнями. Для станции типа «В» она была довольно большой — высота креста превышала длину суперкрейсера Согласия на километр. Однако суперкрейсеров или даже небольших крейсеров здесь не было — система сообщала лишь об одном эсминце и нескольких небольших фрегатах. Ни один из крупных кораблей не принадлежал Пограничникам — суда пользовались гостеприимством Терминуса, стремясь собрать информацию из Внешних систем.

— По крайней мере, здесь нет элохимов, — пробормотала Кирк. — Что ж. Тетка, начинаем. Э-э-э… момент. Как там надо… — Она нависла над навигационной консолью и выбрала кнопку контактного микрофона. — Привет, — произнесла она в небо. — Здесь… эээ… «Темный кристалл», прыгун Пограничной Стражи… регистрационный номер 22CB65566. Пожалуйста, разрешите нам подойти. Мы хотим причалить, — заключила она, чрезвычайно довольная собой. — Все было не так уж плохо, — заключила она, отпустив кнопку. — Видишь, Тетка, я пилот, Напасть, космически-галактический!

— 22CB65566 — трещал динамик. — Ошибка идентификации голоса. Повторите запрос на стыковку еще раз.

— Ладно. — Блум снова нажала на кнопку микрофона. — Хорошо — сказала она. — Слушайте. Это «Темный кристалл», и я Кирк Блум. Капитан этого прыгуна, Пограничник Гам, мертв. Его убили элохимы. Мне снова повторить регистрационный номер?

— Направляйтесь в док номер тринадцать. Установите автоматику, — ответил динамик. — После стыковки пройдите через шлюз и ждите.

— Хорошо. — Девушка на мгновение замешкалась, а затем добавила: — Предупреждаю, что я буду не одна.

— Вы сообщаете, что есть еще пассажиры?

— Вроде того. Со мной один такой принц. И кот, — пояснила она и закончила связь.

***

— Не уверен, что это хорошая идея, — сказал Натриум Ибсен Гатларк минут десять спустя, когда «Темный кристалл» наконец-то причалил к стыковочному отсеку Терминуса и начал процесс соединения шлюзов с помощью короткого автоматического трапа. — Может, мне стоит остаться на корабле?

— Тетка останется на корабле, — объявила Блум. — Как навигационный компьютерный вирус.

— Я слышу это, дорогуша.

— Кроме того, мы не уверены, что они не влезут сюда, — продолжала Кирк, не обращая внимания на полный негодования голос Тетки. — Насколько им это сойдет с рук. В любом случае будет плохо, если они обнаружат тебя без предупреждения. В конце концов, мы хотим, чтобы они нам доверяли.

— Это может оказаться непросто, — заметил Нат, одетый в помятый черный плащ Пограничника с широким капюшоном, который