Шеф-повар придорожной таверны III - Кирилл Игоревич Коваль

— Пела песни и каталась по полу, чтобы ноги не затекали, — раскрыл «тайну» Рейнар.

А я негромко произнёс:

— А я ведь правда не понятно, зачем им Маша.

Все повернулись ко мне. Я пожал плечами.

— Нас-то похитители сами объяснили, зачем забрали. Хотели подзаработать. Продать двух крепких парней туда, где есть рабство. А безобидная, маленькая и внешне хрупкая Маша, которая и была основной целью, зачем могла понадобиться?

Аста посмотрела на меня так, будто услышала несусветную глупость.

— Весел… Как был балбес, так и не меняешься… — Она покачала головой. — Навскидку могу назвать десятки причин: от похищения ради её кухни или рисования, в которых у неё величайший талант, до женитьбы на ней, чтобы получить титул старшего рода. Да и вообще… О вкусах не спорят. Для кого-то именно такие девочки и являются идеалом красоты.

И тут же, хмуро оглядев всех, особенно заострив внимание на мне, заливающемся краской, добавила язвительным тоном:

— Если кто Маше скажет, что я её талантливой назвала, — язык оборву.

В этот момент послышался быстрый топот. Маша буквально влетела в беседку, держа в руках несколько скрученных листов, которые выложила перед Астой, выделив один.

— Вот. Этот наиболее похож получился, по мнению Весела. Он описывал, а я рисовала. Остальное — это наброски, по которым правили, но там разные ракурсы, может, тоже помогут.

Аста развернула лист. Несколько секунд внимательно рассматривала рисунок с видом «ну что я говорила — талант». Потом слегка нахмурилась.

— Лицо будто знакомое. Где-то я его определённо видела… Хм… Ну-ка, посмотри. То ли я думаю?

Она протянула лист Иверу.

Ивер взял рисунок с нескрываемым интересом, но больше из вежливости — узнать он не думал. Но уже через мгновение выражение его лица изменилось. Он резко перестал улыбаться. Долго молчал, играя скулами. Такое выражение лица я видел только в одном случае — когда его спрашивали про потерянную руку.

Дядя медленно положил рисунок обратно на стол, где его сразу сцапал Тарс и принялся крутить во все стороны.

— Видел, — негромко выдавил из себя Ивер.

— И кто он? — первым спросил Трайн, так и не узнав человека с изображения, даже несмотря на все манипуляции.

Ивер медленно покачал головой.

— Не знаю. Ни имени, ни рода. Но лицо помню очень хорошо. Он был почти на всех совещаниях… — Ивер поднял взгляд на Асту и с усилием выдавил: — Среди заговорщиков.

Мы одновременно напряглись.

— Он не отдавал приказов, — продолжил Ивер еле слышно, опустив голову. — Не руководил. Не выступал. Просто… Всегда был рядом. Будто случайный человек. Но ни одно совещание не обходилось без него.

Аста медленно кивнула.

— Ну, я так и подумала, что только там и могла видеть.

Она снова посмотрела на рисунок. Потом на дядю.

— Ивер! С твоего господина давным-давно были сняты обвинения. Соответственно, и ты ни в чём не виноват.

— Мне плевать на те обвинения… Моя вина в другом, и это указом не отменить.

Аста хотела что-то сказать, но сдержалась. Редкое событие, но, похоже, она проявила такт. Поэтому она сказала совсем иное:

— Похоже, началась очередная игра за трон, но смысл пока совсем ускользает… Даже от меня…

— Он произнёс одну фразу нашему похитителю, — вспомнил Рейнар. — «Помни, что на кону!»

— Хм… — Аста задумалась. — Похищение было не главной задачей. Оно было лишь частью чего-то гораздо большего. Тарс, а какое количество человек можно было вооружить с того обоза?

Мужчина задумался.

— Только наконечников на копья было за двести штук. Доспехов точно было двести пятьдесят. И арбалетов сотни полторы…

— Угу…

— А зачем везти из-за границы, — недоумевал я, — если можно и у нас всё сделать, к чему такие риски?

— Потому что у нас рано или поздно заметят, что кто-то резко решил усилиться. — Пояснил Тарс вместо сидевшей в задумчивости Асты.

— Ну, если речь идёт о количестве в двести наконечников, то закажи по десять в каждой кузне, и можно весь заказ набрать в трёх городах, типа нашего. Никого такое количество не удивит.

— А погорячилась я с балбесом… — внезапно ожила Аста. — Варит котелок у трактирщика… Обоз-то этот не единственный… Вполне возможно, далеко не первый… И не последний.

Мы все притихли, представляя масштабы и последствия. Тишину нарушил быстро приближающийся топот. По дорожке почти бегом спешил молодой храмовый служка с увесистой кожаной сумкой через плечо. Его остановил страж из тех, что приехал с Астой, раненный. Он и сейчас не имел брони, и из-под одежды были видны перемотанные руки и неестественная бледность на лице выдавала его состояние, но он упрямо сам попросил быть подле Асты, как предписывают его клятвы. Воин и служка перекинулись несколькими фразами, и храмовник наконец пропустил его.

Подбежав к Асте, служка коротко поклонился и молча протянул ей несколько запечатанных пакетов. Рядом положил свою сумку.

— Госпожа, простите, что беспокою, но вы велели всю корреспонденцию принести вам сразу, как её доставят.

Аста молча кивнула и забрала пакеты. Некоторое время перебирала бумаги. Мы ели фрукты, стараясь ей не мешать. Я заценил вяленые финики. Пробовал до этого один раз в жизни пару штучек, а тут целое блюдо, и никто на него не претендует…

Аста работала с документами быстро. На большинство ей хватало одного взгляда. Одни листы откладывала в сторону, другие быстро просматривала и сразу возвращала в стопку. Иногда едва заметно хмыкала, иногда, наоборот, лицо становилось всё мрачнее. Наконец она выбрала несколько донесений, которые решила нам озвучить.

— Послушайте. — Она развернула первый лист. — Донесение храмового десятника Скольда Сина. Город Гарстан. Вчерашнее число. «В ночь на ля-ля-ля предпринята вторая попытка поджога городского архива. Задержано пять вооружённых человек. Они учли наличие охраны и в этот раз сразу бросились в атаку, пока один пытался прорваться с маслом и факелом внутрь. Двое убиты при сопротивлении. Трое захвачены живыми. Архив не пострадал благодаря усиленному ранее караулу.»

Аста отложила лист.

— Если бы охрану не выставили заранее, сейчас не осталось бы ни одной долговой книги. Так что даже у девчонки бывают светлые мысли…

Это она так Машу похвалила?

— Следующий документ. «При попытке этапирования убиты нотариусы Лорис Вейн и Харт Беск. Нападавшие уничтожены. Предположительно, целью являлось уничтожение лиц, заверявших сделки по продаже должников.» — Она подняла