Задача трех гробов. Расследования Ди, судьи-вампира - Леви Тидхар

– Надо подумать, – прошептала в ответ Фиона. – Может, я и сама стану вампиром.

Что-то внутри Джонатана надломилось, но он промолчал. Неестественные стоны стали громче. Судья подошел к сторожке. И толкнул дверь.

Очевидно, никаких ловушек там не было. И засада их там не поджидала. Ничего, кроме кошмарного звука, который был хуже любого врага. На пороге Джонатан замешкался, но последовал за господином внутрь.

На каменной плите лежал судья Каттер. Когда-то белый камень потемнел от крови. Каттера надежно привязали кожаными ремнями. Его здесь… оперировали. Церковь и законы людей запрещают изучение анатомии. Но хирургу, который вскрыл судью Каттера, это явно не помешало.

– Святый бо… – охнула Фиона.

Леди Саманта принюхалась.

– Пахнет восхитительно, – сказала она. – А что такое? Я проголодалась!

Джонатана вырвало.

Каттер был еще жив – во всяком случае, оставался нежитью. Когда они вошли, его глаза открылись. Он увидел их.

– Ди… – просипел он.

Судья вежливо кивнул:

– Каттер.

– Вы… опоздали.

Каттер попытался улыбнуться. Джонатан с ужасом заметил, что ему удалили клыки. Внутри Каттера что-то шевелилось. Недоставало части внутренних органов, он выглядел сломанной куклой. Ему недолго еще оставалось в этом мире.

– Где Елена? – спросил судья Ди.

– Ушла…

– У нее получилось? – Судья опустился на колени рядом с Каттером и тряхнул его. – У нее получилось?

Каттер закашлялся. Изо рта у него хлынула кровь. Джонатан задавался вопросом, его ли это кровь или принадлежит другим людям, которыми питался Каттер. Джонатана снова вырвало.

– Да перестань ты уже! – раздраженно буркнула леди Саманта.

Она отошла от Джонатана подальше, насколько это было возможно в маленькой сторожке.

– Убирайся к… дьяволу… – прошептал Каттер.

Он кашлянул кровью прямо в лицо судье Ди. Тот не пошевелился. Затем, с выражением, почти похожим на сострадание, резко стукнул рукой по шее Каттера. Голова вампира безжизненно запрокинулась.

Смерть пришла быстро. Джонатан не смотрел на Каттера. Когда он снова открыл глаза, на месте судьи не было почти ничего, кроме запекшейся крови на камне. Каттер был стар. От него осталось лишь пятно.

– Не завидую тому, кому придется это отмывать, – сказала Фиона.

* * *

Когда они добрались до порта, уже близился рассвет. У Джонатана возникло чувство, что они с самого начала должны были оказаться здесь, а судья Ди всегда знал, чем это закончится.

Несколько больших кораблей покачивались на волнах прилива, на борту одного было крупными черными буквами написано «Персефона». На веслах сидели женщины в черном, а команда готовилась поднять парус.

Маленькие лодки перевозили к ожидающему кораблю тяжелый багаж. Гребли тоже старухи в черном. На одной лодке везли гроб. Не было необходимости пристально его рассматривать – Джонатан и так понял, что гроб соответствует требованиям судьи.

Под светом тусклой луны на причале стояла маленькая фигурка с прямой спиной, ее длинные черные волосы резко контрастировали с белым платьем, явно из более теплых краев. При их приближении женщина обернулась и с искренним теплом улыбнулась.

– Ты пришел вершить надо мной суд? – спросила она. – Если так, то лучше поторопись, вода быстро поднимается.

– Было жестоко с твоей стороны убить Фурье, – сказал судья почти с укором.

Улыбка Елены исчезла.

– Я сочла это необходимостью. Надеялась отвлечь тебя. Но ты никогда не заблуждался, верно? – Судья склонил голову в знак согласия, и Елена рассмеялась. – Всегда такой умный, но никогда не понимал, что у тебя самого на сердце. Как жаль. Жаль больше, чем я могу выразить. Если б только ты… – Но тут она замолчала.

– Чего же вы ждете? – сказала леди Саманта. – Разве вы не собираетесь, ну… – Она неопределенно махнула рукой. – Судить ее? Я просто хочу увидеть, как прольется кровь, все равно чья.

– Больше никакой крови, – устало произнес судья. – Я тянул время. Сколько мог.

– Тебя послал Совет? – спросила Елена.

– Да. Слишком много исчезновений за долгие века. Совет заподозрил неладное.

Елена вздохнула:

– Приезд сюда казался такой удачной мыслью, и долгое время все шло прекрасно! Просто захолустье, брошенное римлянами, холодное и сумрачное. Многие вампиры бежали сюда ради безопасности. И я решила, что смогу без помех проводить исследования. Долгое время так и было. Кто знал, что нормандцы решат наладить тут жизнь?

– Империи приходят и уходят, – произнес судья.

– Я не хотела убивать всех этих старых вампиров. Ну конечно, я не испытывала угрызений совести по этому поводу. Мне просто нужно было знать! Вскрыть их и изучить, почему они такие. Что делает нас такими, какие мы есть. Каттер был просто последним в длинной череде. Мне кажется, он сам желал смерти. Он пришел ко мне, отравленный ненавистью, поэтому я дала ему задание. Твой приезд нарушил мои планы. Я надеялась отвлечь тебя, чтобы закончить работу.

Судья почти с нежностью наклонился к ней.

– И у тебя получилось? – спросил он. – Получилось?

– Остановить действие нашего проклятия? – Ее плечи поникли. Она внезапно стала выглядеть старой, как будто и впрямь ей на плечи давили долгие века. – Я думала, что уже близка, но… Мне нужно больше времени! Возможно, в будущем появятся новые лекарства, изобретут новые технологии для исследований. Я должна продолжить свое дело. И не могу позволить тебе встать у меня на пути, Ди. Мне жаль. – Она обнажила клыки, ее когти удлинились. – Я не хочу сражаться с тобой, – сказала она. – Но буду, если придется.

Судья долгое мгновение смотрел на нее. В его взгляде было что-то мягкое, какая-то потерянность. Наконец он опустил голову.

– Прилив уже высок, – сказал он.

И больше ничего.

«Персефона» покачивалась на реке. Луна опустилась низко над горизонтом. Скоро взойдет солнце, и мир живых пробудится. Елена подошла к судье Ди. Джонатан не слышал, что она ему сказала. Они стояли под лунным светом совсем близко друг к другу, их головы почти соприкасались.

Затем она исчезла, и туман поплыл по воде к кораблю. «Персефона» отошла от причала, а над парусом с карканьем взлетела воронья стая.

* * *

Если бы Джонатан когда-нибудь написал мемуары, он мог бы озаглавить этот эпизод «Задача трех гробов». Не то чтобы эти гробы сыграли значительную роль в деле, просто ему нравилось название.

Минуло две недели. Джонатан снова находился в порту. Специально изготовленный плавучий гроб судьи Ди ждал погрузки на ожидающий корабль. Джонатан с тоской смотрел на реку. Было холодно и темно. Стояла безлунная ночь. И у него совсем не осталось сыра.

Лодка скользила к берегу, чтобы забрать судью на борт. Над головой с карканьем носилась воронья стая. Но на то они и вороны.

Судья