Дом, пропахший валерьянкой - Евгений Гузеев

– Что ж вас так удивляет? Редкое имя, никогда не слышали?

– Напротив, я знаю… Есть даже знакомые… – смутился он и покраснел.

– А мне мое имя перестало нравиться. Лучше бы русалка… Слушайте, князь, а ведь как это было бы неплохо все же – жить с рыбьим хвостом. По вечерам подплывать к берегу, петь печальные песни, завлекать ими красивых юношей в омут. Какого вы мнения? Во всяком случае это лучше, чем жить с куриным жалким хвостиком. Конечно, конечно, не всем дано, не каждой деве удается, бросившись с лодки в омут, перевоплотиться в иное существо. Но я бы точно обратилась в русалочку. Такие как я не тонут. Они превращаются в морских фей и мстят потом мужчинам за все… За то, что… Нет, нарисуйте меня решительно русалкой. Я требую.

– Извольте… Как хотите… Почему бы нет… Только боюсь, не простудитесь ли вы. Я и сам могу расчихаться вскоре. Зря я предложил вам…

– Нет, нет, я не заболею, уверяю вас. Русалки не болеют. Иначе они непременно посылали бы за доктором. А доктора, в особенности молодые, пропадали бы после таких визитов словно кошельки, оставленные без присмотра. Жены бы их напрасно дожидались. Хотя в моем случае, сознаюсь, было исключение. Это правда, я немного была не в себе – о это и у русалок случается. Но крайне редко. В основном они только и боятся жары да света. А я вас, представьте, пощадила. И с чего это? Может быть потому, что вы и художник, и доктор одновременно. Захотелось мне на холст к вам попасть. Так что у нас мало времени. Я начинаю высыхать. Рисуйте. То есть лечите. Такое солнце, оно скоро высушит нас с вами или спалит, и тогда вы не успеете, ибо мы оба превратимся в пепел и разлетимся по ветру.

– А ваши родные? Они наверно беспокоятся о вас? – спросил князь, чуть испугавшись ее эйфоричных и запутанных речей. – Может лучше вам вернуться домой, поменять платье и согреться горячим чаем? А уж потом…

– Никто пока не ждет. Сегодня я без присмотру… Папенька с маменькой в город уехали на целый день. На прислуг меня оставили, а я им соврала, что в нашем саду буду гулять и лежать в гамаке с книжкой. А я из саду-то и сбежала через тайную калитку. Ничего, вернусь домой – успею себя в порядок привести. Смотрите, князь, мою лодку причалило к берегу. Прошу вас, спасите судно, пока его снова не унесло в открытое море. Там на дне осталась моя книга, а в ней письмо с запиской. Принесите, будьте добры, я вас покорнейше прошу. Записку мою нужно съесть живьем, чтобы никто о ней не узнал. А вот книга… Она мне дорога. Там на полях и пустых страницах множество чьих-то рисунков. Какой-то мальчик их нарисовал. Книжку я эту нашла когда-то давно-давно в нашем чулане. Я была ребенком, но уже умела любить не только маменьку с папенькой. Я влюбилась в эти картинки. Я и мальчика этого все пыталась представить и даже, наверно, полюбила, не встретив ни разу и не зная ничего о нем. Но то была детская любовь. Это была моя тайна. Впрочем, зачем я вам об этом. А нынче… – чуть с грустью сказала девушка и замолчала ненадолго. – То, что произошло… Это какая-то болезнь, корь или ангина, а не любовь. Это мой учитель… Батюшка выписал фортепьяно из города и нанял мне приезжего учителя музыки. Он у нас прожил с полгода. А я будто бы больною сделалась, видя его каждый день и находясь рядом с ним. Вчера он внезапно уехал, оставил нас. В городе у него оказалась невеста… Собственно и вся история. Нет, нет, больше я не брошусь ни в какие омуты. Я как будто проснулась… Очистилась в воде от всего этого… То есть… Ах, да, мое перепачканное платье, – звонко засмеялась она. – В общем, вздор это был, а не чувство.

– Извольте, я сбегаю. Я мигом. Затащу лодку на берег и вернусь, принесу ваши вещи. А вы… Вы лучше подальше от воды-то…

– Да не бойтесь вы… Вы же видите, как мне весело стало. Ой, смотрите, у вас на плече Ильичева коровка, – воскликнула она и, сняв козявку с плеча князя, запела: – Ильичева коровка, что завтра будет, дождь или солнце? Смотрите, князь, полетела…

Адольф Ильич оставил девушку и нерешительно отправился выполнять ее просьбу. Лодка причалила к берегу и была совсем рядом, в двух шагах. Все это время он лихорадочно соображал, что ему необходимо делать. Вести девушку домой или тотчас писать с нее русалку или мокрую курицу? Как быть с планами продолжить путь? Где-то надо найти подводу. Затащив лодку на песчаный берег, он взял лежащую на дне книгу и захватил заодно шляпку, успевшую высохнуть. Взглянув мельком на обложку книги, князь вздрогнул, словно от электрического удара. Книжка была до боли знакома. Он читал ее когда-то в детстве. Как это могло затеряться в его памяти? Любимая книга его детства, забытая и потерянная. Ганс Христиан Андерсон «Русалочка». Так вот в чем дело? – подумал Адольф Ильич, вспомнив странные разговоры несостоявшейся утопленницы. Среди страниц действительно выглядывал конверт, видимо предсмертное письмо впечатлительной барышни. Несколько страниц книги князь успел пролистать. Они были разрисованы чьей-то детской рукой сюжетами повести. На полях красовались зеленые русалки, принцы, корабли, дворцы, прибрежные скалы и пальмы. Боль охватила князя всего изнутри. Он понял суть произошедшего: девушка Софи, спасенная им, проживала в колхозной усадьбе, принадлежащей когда-то его отцу, где сам он – князь – провел первые счастливые годы своего детства. Она случайно нашла эту затерявшуюся в каком-то темном углу книжку, и вот теперь «Русалочка» – книга с собственными детскими рисунками князя оказались у него самого в руках. Адольф Ильич не смог удержаться и перелистал остальные страницы. Сердце его сильно застучало. Рисунки князю понравились. Молодец ты, брат, – похвалил он сам себя и тотчас с грустью вспомнил о своем ученике Васе, ради которого он отправился в это путешествие. Возвращаясь обратно, князь обратил внимание на то, что девушка Софи уже успела подняться на холм, и с интересом рассматривала начатую Адольфом Ильичем работу.

– О, вы спасли мою шляпку тоже? Ура! – воскликнула Софи, когда князь возвратился, и сразу же покрыла ею голову. – Слушайте, а вы, оказывается, гений… Это я не про шляпку, а про ваш рисунок. Только с чего это вам вздумалось проделать такой путь, забраться сюда на эту горку и выбрать для ваших художественных