Солдаты Сумерек - Владимир Валериевич Стрельников

— В шле-е-ем!!! — заорал Феоктистов. Успел перевести острие ниже-правее и ударил в лошадиную голову. Но зверь лишь качнул рогом, словно фехтовальщик, отбив атаку. Всадник тоже разгадал изменение манёвра. Широким ударом снёс секирой идущее в лицо копьё Зуброва. От богатырского удара древко разлетелось, а сэр Гром едва удержался в седле. Помогли жёсткие тренировки. Причем, при сшибке от великана и коня отлетели какие-то вязкие тёмные капли.

Рыцари проскочили друг друга и начали разворачиваться. Сэр Волк мельком бросил взгляд на руку с копьём. Она была заляпана свежей грязью. В ту же секунду скорее почувствовал атакующего со спины чёрного всадника. Его зверюга ударила рогом в бок коня Николая, а сам великан обрушил секиру. Зубров рефлекторно подставил оставшийся в руке обломок. Это его и спасло. Широкие, расположенные буквой «Т», лунообразные лезвия срезали щепу и сшибли рыцаря вперёд, рухнув на жеребца. Того разрубило практически надвое.

Дестриэ тоже, по-своему, дружили. Почуяв, что зубровского Урагана убили, феоктистовский Вихрь пришел в ярость. С оскаленными зубами он развернулся на месте, слегка приподняв передние ноги, и с визгом бросился на чёрную громаду. Сэр Волк лишь успел прижать копьё к щиту в новом направлении. Оно попало в бок чужого коня, ближе к задней ноге. Но сквозь вязкую броню вошло неглубоко и обломилось. А Вихрь уже впился зубами в плюсну левой задней ноги. Да ещё и грохнулся на неё своим немаленьким весом. Рыцарь благоразумно высвободил ноги из стремян. Кость громадной зверюги хрупнула, но дестриэ уже отскочил.

Чёрный воин не дремал. Он сильно откинулся назад и широченным махом послал секиру в горизонтальный полёт. Как раз посередине корпуса рыцаря. Мгновение промедления, и сэра Волка развалило бы надвое. Он резко свалился вправо от седла, удерживаясь руками, и тут же выпрямился. Но и этих мгновений великану хватило, чтобы направить топор обратно. Благо лезвий у него было два. Этот удар пришёлся в коня. Но Вихрь как берсерк, не чувствующий боли, вновь бросился на самую тонкую кость задней ноги убийцы Урагана. Смог сломать и вторую конечность, но получил новый удар. Смертельный.

Сэру Волку пришлось совершить практически акробатический кульбит — подпрыгнуть с седла вверх и, поджав ноги, пропустить под собой летящее лезвие. Падая, он сам рубанул мечом по сжимавшим секиру пальцам. Оружие пошатнулось, и богатырь был вынужден перехватить его в левую руку.

Коля уже рубился с покалеченным зверем, пытаясь снести его смертоносный рог. Поломанные ноги сильно мешали чёрному коню, но он настырно наскакивал на дерзкого человечишку. Словно тоже не чувствовал боли. Кальвадосские рыцари, в свою очередь, разъярились потерей четвероногих друзей и начали с двух сторон атаковать богатырского всадника.

— Пальцы!!! — орал Феоктистов. — Руби ему пальцы!!!

Но противник начал приноравливаться к новому положению. Его лошадь вязла в сырой дороге обломанными задними ногами, но по-прежнему позволяла драться верхом. А левой рукой богатырь владел ничуть не хуже правой. Рано или поздно один из его ударов должен был настичь уворачивающихся друзей. Кольчуги с металлическими пластинами постепенно изматывали их выносливость, а вот чёрного рыцаря словно совсем не тяготила его странная вязкая броня.

Неожиданно дерущихся окружили крупные волки. Вожак почти сразу прыгнул на покалеченного зверя. Он не смог прокусить его доспех, зато воин развернулся к новой опасности. Пользуясь этим, уже два волка и оба рыцаря бросились на коня. Хищники попытались укусить его целые ноги, а друзья, не сговариваясь, шарахнули по основанию рога. И синхронные удары, наконец-то, срубили страшное оружие.

Оба вновь смогли увернуться от секиры богатыря. Володька узнал вожака:

— Во-о-ольф!!! Отвлекайте его!

Дальше пошло веселее. Речь, не речь, но смысл обращения звери поняли. Воин уже не успевал упреждать и парировать все атаки. Волки и рыцари, словно единая стая, начали наседать сразу со всех сторон. От ног чёрного коня быстрые зубы отхватывали куски брони и мяса, а мечи крушили кости. Через непродолжительное время воин грохнулся с изувеченного коня. Враги тут же воспользовались этим – рыцарские клинки ударили по ещё оставшимся пальцам, а волки впились в руки и ноги. Вскоре и огромная голова в рогатом шлеме слетела с плеч. Красные огни в глазницах медленно потухли. Зелёноватая дымка начала выходить из сражённого богатыря, а чёрная броня медленно стекла вниз каплями обычной жидкой грязи. Волки, словно обученные псы, расселись вокруг места битвы, мордами наружу. Их холки продолжали вздрагивать, как при близкой опасности.

Впрочем, присмотревшись к поверженному, Кальвадосские рыцари сами ощутили шевеление в загривках. Больше всего он напоминал давно высохший труп. Большие узловатые мышцы сморщены и словно перекручены неведомой силой. Доспехов нет вообще. Тело покрывала лишь грубая ткань и зацепившиеся за неё ветки. Именно эти гнилые палки, ранее скрывавшиеся в броне из грязи, в бою были страшными шипами и рогами. Голова воина так же выглядела как большой, старый, обтянутый кожей череп, с пустыми провалами глазниц. Что там могло светиться красным вообще непонятно. Металлическими у врага, действительно, были только шлем и секира. Николай своим клинком скинул с черепа классический северный шишак, с наглазниками и бармицей. От него отвалилась кривая ветка, являвшаяся сердцевиной угрожающих рогов. А вот секира оказалась крайне примечательным оружием. Шестифутовое древко покрывали грубые письмена-руны. Очевидно, для повышения прочности снаружи его оплетала диагональная сетка из кованых железных полос. Сверху они были приварены к кольцу, от которого отходили лунообразные лезвия двух секир и острое навершие. А внизу оплётка четырьмя гранёными лучами скручивалась в оправу большого прозрачного камня.

— Алмаз, что ли? — удивился Зубров.

— Скорее, корунд. Или кварц. Он же «горный хрусталь»! — блеснул эрудицией Феоктистов. Он ещё помнил кое-что из их с Емельяновым занятий минералогией. Володька поднял отрубленный рог чёрного коня. К его удивлению, это была не часть боевого металлического налобника, а настоящая, кручёная кость. А на голове зверюги имелось изломанное мечами утолщение, из которого, похоже, раньше он рос самым естественным образом. Покрытый мелкими чешуйками хвост с кисточкой на конце, немного напоминавший ослиный, окончательно убедил в том, что они прикончили мифического единорога. Впрочем, таким он был только в их мире. А здесь, похоже, на них иногда разъезжали мёртвые богатыри. Тем более что и останки зверюги больше всего напоминали измочаленные фрагменты мумии. Ни крови, ни вывалившихся внутренностей.

Друзья прошли вперёд, по следам воина, и вновь испытали запоздалый страх. Цепочка