«Тот, кто не вышел из войны». Том I. «Петля ещё не замкнута». - Александр Василев

надо идти.

Я наблюдал.

Первые две минуты — ничего.

На третьей японцы дали короткую очередь по группе, перебегавшей дальше справа.

Вспышка появилась у основного входа.

Не из боковой щели.

На четвёртой в траншее слева мелькнула каска.

На пятой один из наших поднял винтовку слишком высоко.

Из насыпи выстрелил снайпер.

Пуля ударила в мешок с песком.

Третья позиция.

— Видишь? — спросил я стрелка.

— Верхний край. Тёмная щель.

— Не стреляй, пока не покажется второй раз.

Я распределил группу.

Два стрелка держат снайпера.

Пулемёт подавляет вход.

Вторая группа — левую траншею.

Инженеры подходят по воронкам.

Огнемёт остаётся позади, пока не дойдём до последнего укрытия.

— Почему? — спросил огнемётчик.

— Потому что тебя увидят первым.

— А потом?

— Потом ты увидишь их.

Мы начали.

Пулемёт открыл огонь.

Не по стенам.

По амбразурам.

Короткими очередями.

Стрелки ударили по левой траншее.

Японцы ответили сразу.

Не все.

Только те, чьи секторы не были подавлены.

Снайпер на насыпи показался.

Наш стрелок выстрелил.

Фигура исчезла.

Инженеры побежали к первой воронке.

Я шёл с ними.

Тело Боннимана двигалось мощнее тела Хокинса.

Не так легко.

Зато каждый шаг в песке был устойчивым.

Человек, привыкший толкать вес вперёд.

Контузия мешала.

После каждого выстрела голова отзывалась болью.

На половине пути мир снова качнулся.

Я продолжил.

До второй воронки дошли все.

В ней лежал американский морской пехотинец.

Живой.

Пуля прошла через бедро.

Он прижимал ладонь к ране.

— Вода…

Я дал ему один глоток.

— Кто оставил?

— Все ушли.

— Давно?

— Не знаю.

— Оружие?

Показал винтовку.

Магазин пуст.

Я отдал запасную обойму.

— Держишь правый сектор. Когда пойдём назад, заберём.

— А если не пойдёте?

— Тогда стреляй экономно.

Он кивнул.

Следующая очередь легла по воронке.

Песок посыпался на лицо.

Японцы поняли маршрут.

— Меняем направление.

Капрал посмотрел вправо.

Там открытого песка было больше.

— Нас увидят.

— Уже видят.

Мы выбрались по одному.

Пулемёт у входа перенёс огонь.

Наш расчёт подавил его.

Мы дошли до груды брёвен.

До укрепления оставалось пятнадцать ярдов.

Здесь лежали трое японцев.

Погибли раньше.

Оружие рядом.

— Не наступать.

— Обойти негде.

— Тогда проверяем.

Времени почти не было.

Пули били по брёвнам.

Я взял длинный ремень, накинул на винтовку первого японца и потянул.

Оружие сдвинулось.

Ничего.

Второй.

Ничего.

Третий лежал с рукой возле подсумка.

Я коснулся ботинка стволом.

Не двигался.

Толкнул сильнее.

Тело перевернулось.

Из-под него выпала граната.

Люди прижались к земле.

Чека оставалась на месте.

Не ловушка.

Просто граната погибшего солдата.

Капрал выдохнул.

— Чуть не умер от страха.

— Страх живого человека полезнее уверенности мёртвого.

Мы прошли.

До стены добрались семеро.

Остальные остались подавлять позиции.

Вход был низким.

Изнутри шёл дым.

Японцы стреляли из глубины.

Пули выбивали бетонную крошку.

Огнемётчик занял положение сбоку.

— Дальность?

— Достану.

— Короткая струя. Потом инженеры.

Он открыл клапан.

Пламя вошло в проход.

Не широким красивым облаком.

Плотной горящей струёй.

Изнутри раздались крики.

Пулемёт замолчал.

Инженеры подползли.

Первый заряд поставили у края входа.

Второй — глубже, насколько позволял угол.

— Отходим!

Мы откатились за брёвна.

Взрыв ударил в насыпь.

Вход расширился.

Из него вылетели песок, дым и куски дерева.

Японцы ответили гранатами.

Первая упала коротко.

Вторая перелетела брёвна.

Взорвалась возле пулемётчика поддержки.

Крик.

Наш огонь ослаб.

Из левой траншеи пошли японцы.

Не толпой.

Четверо.

Первый стрелял.

Двое двигались.

Четвёртый нёс гранаты.

— Левый сектор!

Мы открыли огонь.

Первый японец упал.

Второй скрылся.

Третий бросил гранату.

Она ударилась о бревно и откатилась назад.

Взорвалась возле его людей.

Японцы не остановились.

Следующая группа появилась из траншеи.

Они били не по ближайшим.

Целились в инженеров.

В людей с зарядами.

Значит, понимали нашу задачу.

Уважение к противнику начиналось с признания простой вещи:

он тоже умел думать.

— Инженеров назад! Огнемёт — по траншее!

Огнемётчик развернулся.

Струя прошла вдоль края.

Японцы исчезли в дыму.

Не все погибли.

Один выскочил справа.

Одежда горела на рукаве.

Он продолжал стрелять.

Пуля ударила инженера в грудь.

Тот сел, всё ещё удерживая сумку.

Я выстрелил в японца.

Попал.

Он упал.

Поднялся на колено.

Попытался стрелять снова.

Второй выстрел.

Человек лёг.

Достойный противник оставался противником.

Уважение не требовало дать ему выстрелить первым.

Инженер был мёртв.

Сумка с зарядами цела.

Капрал потянулся забрать.

— Стой. Сначала осмотри вокруг.

— Это наш человек.

— Возле него рвались японские гранаты.

Проверили.

Чисто.

Забрали заряд.

У входа снова появился пулемёт.

Японцы перенесли оружие глубже.

Позиция оказалась больше, чем выглядела.

Гранаты закончились.

Огнемёт почти пуст.

У людей оставалось по одному-двум магазинам.

Можно было войти.

И потерять всех внутри.

Я посмотрел на расширенный вход.

Мы сделали проход.

Но не открыли позицию.

— Отходим.

Капрал не поверил.

— Сэр?

— Боеприпасы закончились.

— Мы почти внутри.

— Поэтому и отходим.

— Они снова займут вход.

— Они его не оставляли.

— Погибшие…

— Не станут живыми, если мы ляжем рядом.

Он сжал сумку.

— Мы отдаём позицию?

— Мы отдаём песок. Людей оставляем себе.

Отходили по одному.

Подавляющая группа прикрывала.

Японцы стреляли.

Не преследовали открыто.

Экономили силы.

Понимали, что мы вернёмся.

Раненого из воронки забрали.

Одного нашего пришлось оставить возле стены.

Убит.

Лежал слишком близко к входу.

Капрал хотел вернуться.

Я не позволил.

— Он наш.

— Знаю.

— Вы обещали забрать людей.

— Живых забрали.

— А его?

— Вернёмся с зарядами.

Капрал смотрел на тело.

— Ему уже всё равно.

— Не ему.

Я не объяснил.

Человек иногда возвращается за погибшим не ради погибшего.

Ради того, чтобы самому не стать тем, кто оставляет своих навсегда.

В траншее майор спросил:

— Результат?

— Вход повреждён. Внутри много людей. Есть боковая траншея и почти наверняка задний выход. Нужны боеприпасы, больше инженеров и одновременный огонь по всем выходам.

— Потери?

Я назвал.

— Можем повторить сегодня?

Посмотрел на людей.

Капрал перевязывал руку.

Огнемётчик сидел возле пустого баллона.

Стрелок считал последние патроны.

— Можем.

— Тогда…

— И потеряем остальных.

Майор замолчал.

— Завтра, — сказал я. — С танком, миномётом и полной инженерной группой.

— Приказ требует сегодня.

— Приказ требует открыть проход. Не обязательно сделать это с первой попытки.

Он посмотрел на укрепление.

— Японцы усилятся ночью.

— Мы тоже.

— Уверены?

— Нет.

Честный ответ снова оказался единственным полезным.

Майор кивнул.

— Завтра.

К вечеру стрельба ослабла.

Не закончилась.

На Бетио она просто становилась реже там, где заканчивались люди или боеприпасы.

Береговая группа продолжала работать.

Раненых несли к пирсу.

Оттуда — к машинам и лодкам.

Вода и патроны шли вперёд.

Пустые ящики возвращались назад.

Иногда вместе с телами.

Обещание пришлось выполнять.

Мы начали переносить погибших с прохода между амфибиями.

Каждого осматривали.

Ни под одним телом не нашли ловушки.

Некоторые морские