Новая фантастика 2026. Антология №10 - Дмитрий Швецов

«Давай, где же ты прячешься? В знакомой до боли сетке улиц укрыться легко. Но у тебя ведь особые обстоятельства. Закусочные и сумрачные бары, бутики или здания министерств – лишний раз лезть на рожон. Нет, тебе нужно что-то другое. Закрытая на ремонт школа? Идеально, но они все в строю. Станция метро? Там полно людей и ведутся работы. Библиотеки либо работают, либо проданы под рестораны, офисные пространства или спортзалы – и все работает. Если верить камерам. Где же ты. Где?»

Уведомление выплыло снизу, справа, но разогнанный мозг Дже-Куула воспринял его как сообщение на весь экран. Алгоритм заметил что-то странное.

Мгновенно перейдя по ссылке, агент увидел зеленые строительные леса, опутавшие купол цирка. Он ушел на реконструкцию всего неделю назад, и уже возникли сложности: обнаружили какую-то опасную плесень. Специальный состав против нее, как водится, нужно было подождать. На вырезанном из общего потока видео несколько подозрительных фигур в капюшонах ныряли под сетку сбоку от главного входа. Последняя из них вдруг замерла, развернулась и посмотрела прямо в камеру. Лица видно не было, но софист почувствовал чужой взгляд. Насмешливый. Приглашающий.

«Как они…».

– Дже, Совл-Тал собирает людей!

– Сейчас, – ответил софист. Залезать в логи алгоритма Агентства не имело смысла: в длинных полотнах символов только безумец мог бы обнаружить смысл. Дже-Куула интересовало другое. Список агентов, получивших уведомления.

Только он.

– Дже!

– Изучай, – бросил он, переслав видео всему отделу.

Кем бы ни был Наставник, он смог исказить работу алгоритма, так что видео, снятое еще утром, появилось только сейчас. И только у одного агента. Общий сбор, выезд, проверка алгоритма – все требовало времени, которого у софистов, похоже, совсем не осталось. Это было безрассудно, но Дже-Куул решил встретиться с Наставником лично. На своих условиях.

* * *

Машину с голографией Агентства свободно пропустили через кордон. Значит, Марин до сих пор не сообщила, что Дже-Куул отправился в самоволку. Вверх взлетела рука экзиса. Куда он смотрел? Агент впился взглядом в зеркальное забрало шлема своего коллеги, надеясь внутренним чутьем понять, что его ждет. Проверка документов? Задержание? Сердце пустилось в пляс, но экзис уже махнул рукой, мол проезжай. Самоволка без отчета и согласования с начальством могла стоить Дже-Куулу работы. Плевать. Пальцы скользнули по рукояти бритвы, в крови бурлил скептос. Он поймает Наставника, выяснит, как тот проник в системы Агентства, отомстит за Сенсуса-Ро.

Резко затормозив у цирка, Дже-Куул бросил машину и ринулся внутрь.

Леса, облепившие здание, походили на громадную паутину. Софист быстро отыскал место, сквозь которое прошли злоумышленники на видео, но в ту же прореху не полез. Проделал другую. Подальше. Вдруг ловушка? Но леса сами по себе лабиринт. Едкая пыль вцепилась в легкие и осела инеем на форменной куртке, пока Дже-Куул рыскал в поисках хода внутрь. Приоткрытая дверь, то и дело попадающая в поле зрения, софиста не устроила. Он, может, и залез в одиночестве в логово хищника, но безвольно в его пасть ложиться не собирался. Наконец-то сверху мелькнуло чернотой окно. Забравшись по шатающимся опорам, агент не придумал ничего лучше, чем высадить окно на втором этаже. Грохнул об пол горшок с цветком. Хрустнули комьями земли тяжелые подошвы, приземлившись на затертый паркет. Казенный стол слева, заваленный горами хлама. Шкаф рядом с ним, торшер – от всего пахло грустной безысходностью. Хотелось включить свет, но Дже-Куул сдержался. Он и так выдал себя грохотом, не хватало давать противникам еще одну подсказку. Лучше тихо, на кончиках пальцев, подойти к двери и прислушаться.

Стрекот и щелчки.

Пол коридора шуршал живым ковров. Тысячи жуков медленно двигались, опьяненные недавней кормежкой. Щелкнул фонарик. Луч осветил зеленые, с багряными росчеркам и перламутровым отливом спины идэсов. Дже-Куул осклабился.

Первый же шаг сопроводили хруст и чавканье. Ковер заволновался, раздался в стороны в том месте, куда встал агент. Пара плевков, и жукам не оставалось ничего иного, как отползать, искать укрытие. Шаги и слюна агента порождали небольшие волны, которые заканчивались сдавленными щелчками у стен. Стремясь убежать, идэсы давили сами себя. В такт гибели жуков внутри софиста поднималось удовлетворение. Паразиты заслужили такую смерть.

Круг света натолкнулся на таблицу. «Вход 4». Недолго думая, Дже-Куул рванул дверь на себя.

Первое, что он увидел – круглую сцену внизу, освещенную софитами. В центре – одинокая фигура. Бесформенный плащ не давал оценить противника. Лицо скрывала плотная черная маска без прорезей. Услышав щелчок замка и скрип двери, фигура подняла голову и встретила входящего вялым взмахом руки.

– Сдавайся, клоун! Скоро здесь будет все Агентство.

Смех поднялся к куполу цирка, отразился от стен.

Гнев застил агенту глаза. Расправив плечи, он вытащил бритву и ринулся вниз по проходу, едва обращая внимания на ряды красных пыльных кресел.

Первый нападавший был неуклюжим и слишком громко пыхтел, так что отточенные рефлексы софиста легко отразили его неловкую атаку. Выброшенная наугад рука с блестящим лезвием столкнулась с небольшим сопротивлением, хруст достиг ушей Дже-Куула с запозданием. Идэс противника, каким бы он ни был, прекратил существование. И теперь широкие шаги агента сопровождали надсадные рыдания избавившегося от иллюзий.

Но стенания стали командой для остальных сподвижников Наставника.

Двое – разглядеть их как следует в полумраке софист не успел – были не в пример ловчее предыдущего претендента, действовали сообща и сами норовили вспороть припухлости под курткой агента. Быстро стало ясно, что драка скорее забавляет бойцов Наставника, а софит дышал убийственной серьезностью. Лезвие вспарывало воздух экономными движениями кисти, тело легко избегало чужих ударов.

– Дилетанты, – процедил Дже-Куул. Обычные ножи не могли пробить куртку, тем более вскользь, оставалось лишь дождаться момента. Один из двойки оступился. Выругался. Тут же софист выкинул руку вперед. Бритва резала легко и приятно. Шлейф крови из вспоротой руки прочертил жирную линию по полу и ряду кресел. Напарник раненного бойца замешкался, а агент перехватил его руку, сломал в предплечье. Оглушительный визг наполнил зал. Но Дже-Куул не отвлекался: отогнул плотный воротник противника и отсек сразу двух идэсов на шее противника одним ударом. То же повторил с раненным, баюкавшим повисшую руку. Всхлипы, стоны боли, тяжелые шаги. Агент продолжил спуск.

– Выходи! – гаркнул он, когда понял, что сцена опустела. Фигура уже могла сбежать, бросив и план, и сподвижников.

Осматривая зал, выискивая следы Наставника, софист одновременно анализировал горькие стенания обезвреженных преступников. По идэсам так не рыдают. Он отсек убэдесы. Значит, истерика продлится еще минут десять,