Кольцо - Стивен Бакстер

- Заткнись, Марк, - мягко сказала Луиза. - А теперь, Прядильщица, слушай внимательно. У тебя есть три уолдо - три коробки. Мы полагаем - мы думаем, - что та, что прямо перед тобой, подключена к управлению гипердвигателем, а две по бокам от тебя подключены к внутрисистемному приводу.

- Внутрисистемный?

- Субсветовая тяга, которая позволит тебе путешествовать по Солнечной системе. Хорошо? Итак, Прядильщица, сегодня мы не будем касаться гипердвигателя - фактически, этот уолдо отключен. Мы просто хотим посмотреть, что мы можем сделать с внутрисистемным приводом. Все в порядке?

- Да. - Прядильщица посмотрела на две коробки; индикаторы сенсорной панели ровно светились обнадеживающими желтыми и зелеными цветами.

- На левом уолдо ты увидишь желтую панель. Она должна быть подсвечена. Видишь ее?

- Да.

Луиза колебалась. - Прядильщица, постарайся быть готовой. Мы не знаем, чего ожидать. Могут быть изменения...

- Я готова.

- Прикоснись к желтой подушечке - один раз и так быстро, как сможешь...

Прядильщица попыталась отбросить свой страх. Она подняла руку...

Прядильщица веревок. Не бойся.  Вздрогнув, она заерзала на своем диване.

Это был сухой, усталый голос - мужской голос, звучавший откуда-то изнутри ее шлема.

Конечно, она была одна в клетке.

Это всего лишь машина, сказал голос сейчас. Бояться нечего...

Она подумала: Лета. Что теперь? Я схожу с ума?

Но, как ни странно, этот голос - ощущение чьего-то невидимого присутствия здесь, в клетке, рядом с ней - каким-то образом успокаивал.

Прядильщица подняла правую руку над уолдо. Она прижала палец в перчатке к желтой панели. Едва заметное изменение освещения вокруг нее. Не было ни шума, ни ощущения движения.

Она посмотрела вниз, сквозь прутья своей клетки.

Лед исчез. Каллисто исчез.

Она поерзала в кресле, ремни врезались ей в грудь, и выглянула из своей клетки. Кольца Юпитера и распухшая форма Солнца покрывали небо, не потревоженные исчезновением простого спутника. Она не могла видеть "Северянина".

Она заметила ледяной шар, достаточно маленький, чтобы его можно было обхватить кулаком, справа от себя, под НИКом.

Могла ли это быть Каллисто? Если так, то она пролетела тысячи миль от спутника меньше, чем за удар сердца - и ничего не почувствовала.

Она оглянулась.

НИК расправил свои крылья из семян платана. Простертые из-под своих стоярдовых оболочек, простыни ночной тьмы - длиной в сотни миль - вились в пространстве позади нее, закрывая звезды.

От ее прикосновения древнее ремесло ксили ожило.

Она закричала и спрятала лицевую панель в перчатках. Лизерль вылетела из ядра, сквозь оболочку из горящего термоядом водорода, и осмотрела свои мазерные конвекционные петли. Она почувствовала искаженное эхо своего последнего набора сообщений, поскольку они пережили свои циклы по путям когерентности конвекционных петель.

Она скорректировала информационное содержание своих мазерных ссылок и инициировала новые сообщения. Она добавила последнюю собранную ею информацию и переформулировала - настолько сильным и простым языком, насколько смогла, - свои предупреждения о вероятной будущей эволюции Солнца.

Закончив, она почувствовала, как что-то внутри нее расслабилось. Еще раз она преодолела этот зуд общения; еще раз она успокоила свое абсурдное, древнее чувство вины...

Но только после того, как отправила свое сообщение, она должным образом изучила циклические остатки своих последних сигналов.

Она снова позволила мазерным вспышкам отразиться на себе. Сообщения изменились - и на этот раз это была не простая деградация. Как это было возможно? Возможно, какой-то неизвестный физический процесс на поверхности красного гиганта? Или - размышляла она, ее волнение росло по мере того, как она начинала видеть следы структуры в изменениях, - или был кто-то снаружи: кто-то все еще живой и, несомненно, человек - и пытался заговорить с ней?

Она лихорадочно поглощала тонкий поток информации, содержащийся в мазерных вспышках. В пятидесяти тысячах миль от Каллисто капсулы с "Северянина" висели неровной сферой. В центре сферы великолепные крылья корабля ксили оставались развернутыми, мрачно мерцая - почти живые.

Прядильщица сидела с Луизой внутри безопасных, окружающих стеклянных стен капсулы. Луиза, прикоснувшись к маленькой консоли управления перед собой, направила капсулу вокруг НИКа; соседние капсулы скользили в пространстве пузырями света и тепла. Крылья казались огромными скульптурами в космосе, черными на черном. Прядильщица слышала, как Марк что-то шепчет Луизе на ухо, а цифры и схемы перекатываются по информационному планшету на коленях Луизы.

Лицевая панель Прядильщицы болталась у нее за спиной, и она наслаждалась ощущением свежего воздуха на лице. Было чудесно просто не вдыхать собственные застоявшиеся испарения.

Она вытащила из своего скафандра отцовский наконечник стрелы, так что он болтался у нее на груди; она теребила его, непроизвольно проводя руками по гладким линиям.

Луиза взглянула на Прядильщицу. - Теперь с тобой все в порядке? - В ее голосе звучало извинение. - Марк добрался до тебя так быстро, как только смог. И...

Прядильщица веревок коротко кивнула. - Я не пострадала.

- Да. - Луиза снова взглянула на свой планшет; ее внимание явно было сосредоточено на поступающих данных об активированном НИКе. Она пробормотала: - Да, ты отлично справилась.

- Да, - проворчала Прядильщица. - Что ж, надеюсь, это того стоило.

Луиза подняла взгляд от своей грифельной доски. - Так и было. Поверь мне, Прядильщица; даже если тебе, возможно, трудно понять, как. Сам факт того, что эта небольшая прогулка не причинила тебе физического вреда, говорит нам о многом.

Теперь в воздухе зазвучал голос Марка. - Ты преодолела десятки тысяч миль за долю секунды, Прядильщица. Тебя должно было размазать по прутьям той клетки. Вместо этого что-то защитило тебя...

Луиза посмотрела на Прядильщицу. - У него есть способ расставлять все по своим местам, не так ли?

Они вместе рассмеялись. Прядильщица почувствовала, как оцепенение понемногу покидает