Хаски и его учитель Белый кот. Книга 3 - Жоубао Бучи Жоу

разлом в небесах, было ясно, что Ши Мэй вскоре перерастет «маленького феникса». Мо Жань уже поздоровался с другом на утренней тренировке, однако сейчас, видя, как они с Сюэ Мэном стоят рядом в лучах вечерней зари, он почему-то вдруг почувствовал себя неуютно. Разумеется, Мо Жань вовсе не считал, что Ши Мэй подурнел, просто…

Мо Жаню было сложно выразить это неуловимое чувство. Пожалуй, он просто привык к тому, что Ши Мэй всегда выглядел очень хрупким и Сюэ Мэн вечно загораживал его своим крепким телом. Кто бы мог подумать, что когда-нибудь будет наоборот.

В конце концов Мо Жань с улыбкой ответил Ши Мэю:

– Я пропустил вчерашнее торжество, поэтому хочу в качестве извинения пригласить учителя спуститься в город и там поужинать. В зал Мэн-по не пойду. Если хотите, можем пойти вчетвером.

Сюэ Мэн с Ши Мэем, не привыкшие есть с Чу Ваньнином за одним столом, молча переглянулись и ушли. Мо Жань, не зная, чем себя занять, присел на большой камень, сорвал стебелек щетинника и стал вертеть его в руках, ожидая, когда Чу Ваньнин спустится с южного пика.

Когда по небу уже разлился багрянец позднего заката, а из-за сизых вечерних облаков выплыл узкий серп луны, на бегущей через бамбуковую рощицу у подножия южного пика тропинке наконец показалась фигура в белых одеждах. Переодетый в новый халат Чу Ваньнин не спеша шагал со свертком в руке. Заметив Мо Жаня, он замер, на его лице на миг отразилась неловкость.

– Я как раз собирался тебя искать… Почему ты здесь?

– Я жду вас, учитель, чтобы пригласить поужинать вместе, – с сияющей улыбкой ответил Мо Жань и спрыгнул с камня, по-прежнему сжимая в руке стебелек щетинника. – В Учане открылось новое заведение. Слышал, они пригласили знаменитого повара из Верхнего царства, который готовит невероятные сладости. Я хотел пригласить вас туда попробовать что-нибудь новенькое.

Чу Ваньнин обвел его фигуру бесстрастным взглядом.

– Вырос, прославился и разбогател?

Мо Жань в ответ только улыбнулся.

Чу Ваньнин хмыкнул и бросил ему сверток.

– Что это? – спросил Мо Жань, поймав его.

– Твоя одежда, – отозвался Чу Ваньнин, который уже пошел вперед.

Мо Жань поспешил догнать его и, идя вровень, с улыбкой заметил:

– Этот халат сшит из очень качественной ткани, поэтому, хоть и легкий, все равно очень теплый. Если он вам понравился, я отнесу его к портному, чтобы тот его ушил, или…

– Я не буду носить то, что уже носили до меня.

Мо Жань на миг растерянно замер, а потом смущенно возразил:

– Я вовсе не это имел в виду, просто… Когда я утром увидел вас в этой одежде, подумал, что она вам понравилась… Прошу прощения, учитель, я не подумал. Давайте я схожу к этому портному и закажу у него для вас такой же.

– Разве тебе известны мои мерки? – спросил Чу Ваньнин.

«А как же», – подумал про себя Мо Жань. Разве он мог не знать, какого размера одежду носит Чу Ваньнин?

– Как же ты собрался заказать одежду без верных мерок? – резонно заметил Чу Ваньнин, встряхнув рукавами.

Мо Жань не нашелся что ответить. Миг спустя он опустил голову и покорно ответил:

– Разумеется, перед тем как идти к портному, я бы спросил у вас, учитель.

Чу Ваньнин взглянул на него с некоторым удивлением.

– Ты что, простудился?

– Нет.

– Почему тогда у тебя такой хриплый голос?

– Перенервничал.

Подумав о чем-то, Чу Ваньнин вдруг резко отвернулся, недовольно поджав губы. На его лице застыло самое мрачное выражение, но кончики ушей слегка покраснели. Этот бледный румянец держался до самого Учана и окончательно сошел лишь в момент, когда они наконец добрались до недавно открывшегося терема Чжунцю[44] и заняли отдельную комнату с окном.

Это был первый раз, когда Мо Жань со всей серьезностью приглашал Чу Ваньнина разделить с ним трапезу. Конечно, он приглашал учителя и раньше, но либо из вежливости, либо потому, что так было необходимо, – словом, с совсем иным настроем.

Половой терема Чжунцю принес чайник чая «Облака и туман гор Лушань» и мисочки с орехами и семечками, а также почтительно подал двум господам бессмертным с пика Сышэн по свитку из тонких бамбуковых дощечек, на которых были перечислены названия блюд. Принимая свиток из рук прислужника, Мо Жань совершенно естественно улыбнулся ему и сказал:

– Большое спасибо.

Чу Ваньнин мельком взглянул на ученика: раньше у Мо Жаня не было привычки кого-то благодарить.

– Прошу вас, учитель, заказывайте все, что пожелаете. Я бы, однако, порекомендовал вам местную «рыбу-белку»[45] из окуня-аухи. Я слыхал, у этого блюда очень приятный кисло-сладкий вкус, и выглядит красиво.

Чу Ваньнин кивнул.

– Тогда закажи окуня, а остальное выбери сам.

– Закажу все, что вы любите, – улыбнулся Мо Жань.

– А ты знаешь мои любимые блюда? – безразличным тоном поинтересовался Чу Ваньнин.

– Да, знаю.

Он и раньше знал, но не давал себе труда помнить. Больше такого не повторится.

Разглядывая свитки с названиями блюд, они вдруг услышали на лестнице чьи-то шаги. Нежно зазвенела занавесь из бусин.

– Прошу сюда, господин бессмертный, – раздался снаружи голос полового. – Те, кого вы ищете, заняли отдельную комнату… Нет-нет, напитки еще не подавали.

Нежная белая рука тихонько отодвинула сперва тонкую кисейную занавесь, затем – нити агатовых бус, и в комнату вошел красивый молодой человек с мягкими черными волосами, ясными глазами, на дне которых плескалась затаенная улыбка, с алыми губами и жемчужно-белой улыбкой. В руках он нес кувшин с вином. Обернувшись на гостя, Мо Жань оторопел.

– Ши Мэй? А ты здесь откуда?

– В зале Мэн-по я встретил уважаемого главу, и, когда он услышал о том, что вы ушли поужинать в городе, он сразу подумал: раз заведение открылось недавно, блюда здесь, может, и хороши, а вот вино наверняка не имеет выдержки. Тогда он поручил мне отнести вам «Лихуабай».

С этими словами Ши Мэй качнул в руке пузатый кувшин из красной глины, перевязанный плетью мелодинуса. Внутри шумно плеснуло вино. Казалось, даже сквозь глиняную стенку можно было услышать его чудный аромат.

– Хорошо, что я успел вовремя, – с улыбкой добавил Ши Мэй. – Если бы вы успели заказать вино, кувшин был бы уже не к месту.

– А что насчет тебя? – спросил Чу Ваньнин. – Ты успел поесть?

– Поем, когда вернусь. Вряд ли зал Мэн-по так рано закроют. Думаю, успею.

– Раз ты уже здесь, зачем так спешить обратно? – возразил воспитанный Чу Ваньнин. – Присаживайся за стол.

– Э-э-э… Боюсь, А-Жаню еще один гость дорого обойдется.

Мо Жань засмеялся.

– Ладно тебе! От лишнего стула