Падение клана Шэ. Том 1 - Ло Ян

– В таком меня ещë не обвиняли. – Фэнбао почувствовал облегчение. В нём снова просыпался голод, и снова он не мог понять, чего именно так желает. – И о чëм так усердно думает глава Шэ?

– Пожалуй, о том, что рассказал мне Юй. – Шэ Цзюэ вновь сел рядом, не слишком близко, но и не слишком далеко. – Моя сестра вела себя с принцем неподобающе.

– Вовсе нет. – На самом деле Фэнбао спросил из вежливости, ему неинтересно было знать ответ. Мысленно он пообещал себе не быть вежливым больше никогда. – Она была…

– Моя сестра – избалованная и дикая девчонка, – вздохнул Шэ Цзюэ. – Еë детскую наивность человек со стороны может принять за распущенность. Передай принцу, что он ошибся.

– Э, нет! Не собираюсь я ему ничего передавать, сам и скажи! – Фэнбао едва не хлопнул дверью. Ну и зануда же этот глава Шэ! Отобрать бы у него теперь нефритовые побрякушки! – Но вот что я тебе скажу: мой хозяин такой же благодушный дурачок, что и твоя сестра. Он еë и пальцем не тронул, это тебе и брат подтвердит. Да чтобы ты знал, малыш Юань так крепко сбрендил, что готовится засылать сватов!

Шэ Цзюэ как раз потянулся налить себе вина и от удивления едва не уронил кувшин.

– Ты уверен? Или просто хочешь успокоить меня?

– Я уверен. – Фэнбао вздохнул. – Много можно сказать о малыше Юане: он и дурачок, и вояка из него так себе, и наивный он слишком… но во лжи его не упрекнуть. Он никогда не лжëт. Но будет о нëм. Скажи лучше, глава Шэ, почему ты сам не женишься?

Шэ Цзюэ впервые за вечер взглянул ему в глаза прямо и открыто, облизнул пересохшие губы.

– Разве ты ещë не понял, что я… по натуре одиночка?

– Да всё я с самого начала понял. Только это не мешает тем, кто твëрдо решил жениться.

– Пожалуй… Но и я не любитель обманывать ни в чëм не повинных женщин, жаждущих взаимной любви. К тому же у меня двое братьев и сестра, будет кому продолжать род. Я уверен, что смогу подыскать Юю хорошую партию.

– Этому слабаку! – не сдержался Фэнбао. – Ему вообще хоть кто-то нравится или он себе скорее механическую куклу соберëт?

– Он мой брат, не забывайся! – Щëки Шэ Цзюэ заалели. – Не стоит недооценивать Юя, он беззастенчиво флиртует с девицами. В своей манере. Многим даже его хрупкость по нраву, нынешние девушки в этом находят что-то аристократическое, а уж с гуцинем его и вовсе будет не остановить.

И снова разговор ушëл от него самого к его семейке, и Фэнбао отчаянно соображал, как его вернуть.

– Ты готов? – спросил он тихо, сам не до конца понимая, о чëм.

– К походу? Нет. Правду сказать, я никогда не был на Агатовой горе, и не хочу. Будь моя воля, я бы и Юэ с Вэйянем туда не отпустил никогда.

– Но тогда зачем всë это? Неужто, чтобы просто отомстить за Жуань-цзы?

Цзюэ покачал головой.

– Причин много. Честь, слава. Сокровища. Но главная… это боль. Рана до сих пор кровоточит, хоть внешне затянулась.

Фэнбао невольно положил руку на грудь, туда, где сочились золотой лавой раны от игл.

– Страдания перестаëшь замечать, если они длятся достаточно долго, – сказал он. – И местью ваших ран не вылечить.

– Ты думаешь, мы до сих пор так горюем о смерти отца и учеников? – Шэ Цзюэ покачал головой, всë ещë избегая смотреть на него. – Я скучаю по ним. Но сильнее всего ранит беспомощность. Я был мальчишкой, который никого не смог защитить, годами я тренировался, стал мастером, но если сейчас я отвернусь от Агатовой горы, то всю жизнь проживу тем же бесполезным мальчишкой. Мальчишка не может управлять кланом. Не может учить других. Понимаешь?

Фэнбао вспомнил, как Шэ Юй говорил то же самое. Вспомнил Цин-эра, опустившего голову, будто вся тяжесть мира свалилась ему на плечи.

Каково это – быть беспомощным?

Даже глядя, как цветы пиона сворачиваются в пламени, словно бумажные, как огонь пожирает тонкие ветви, он не чувствовал бессилия, лишь ненависть.

– Хорошо быть демоном. – Он криво улыбнулся. – Сильнее меня нет никого. Ох, преподам я этим скотам урок! Совсем за триста лет забыли своего господина!

Вдруг Цзюэ вместо того, чтобы дать ему отповедь, как сделал бы малыш Юань, подался вперëд и положил руку на плечо.

Фэнбао отпрянул.

Нет. Нет-нет-нет! Нужно держаться, и тогда никто сегодня ночью съеден не будет!

Шэ Цзюэ немедленно почувствовал это секундное замешательство, и его как ветром сдуло: он засуетился, добавляя угля в жаровню для вина, начал говорить что-то о прошлогоднем урожае гаоляна и необычном привкусе… но Фэнбао удержал его за рукав.

– Дело не в тебе, глава Шэ. Я демон, и триста лет ничего и никого… я боюсь, что однажды не сдержусь и съем тебя, – просто сказал он.

– Значит… мне нужно связать тебя, чтобы ты не вырвался, – тихо сказал Шэ Цзюэ. – Укрощать демонов… это долг священных кланов…

Фэнбао сглотнул. Никто не смел его связывать кроме Цин-эра! Ишь чего удумал!

Но почему-то вместо «нет» он сказал:

– Может, что и выйдет…

* * *

И вот, Фэнбао остался один.

Ему стало вдруг тошно. Потому что этот мужчина был рядом, смеялся над его глупыми шутками, и другом оказался неплохим… но мысли делали круг и возвращались к Цин-эру.

«Если он жив, выходит, я его предал», – тоскливо подумал Фэнбао.

А если нет…

Он закрыл глаза и на мгновение представил мир, где Ван Сиюй сказал правду.

В том мире не было вины.

В том мире он воскуривал благовония перед именной табличкой в нише и шëл тренировать глупых учеников клана Шэ, потом ел лучшие пампушки с мясом, приготовленные матушкой Шэ, и всë было просто. Всë было понятно.

В мире же, где Цин-эр был жив… наверное, там тоже существовало счастье, только он не мог представить его. Проехать всю степь бок о бок… а что потом? Триста лет прошло, каким он стал, его Цин-эр… что с ним случилось? Для людей это долгий срок, даже для бессмертных.

Отдельные картины вспыхивали в его памяти, но что, если эти воспоминания – обман…

Он отбросил покрывала и сел медитировать прямо на полу, ненавидя себя за то, что не мог просто уснуть и забыться.

Наутро он оделся кое-как и сбежал к малышу Юаню.

Он думал, что принц ещë десятый сон видит, но не тут-то было: из окна выпрыгнула девчонка Шэ собственной персоной.

Фэнбао только языком прищëлкнул.