Падение клана Шэ. Том 1 - Ло Ян

Уж не сватовство ли тут затевалось под видом войны с демонами? Но почему тогда Чжоу Вэйянь недово…

Все детали головоломки у него в голове встали на место.

Одно время он думал, что Чжоу Вэйянь больно уж близок с Цзюэ (тот на прямой вопрос только улыбнулся таинственно), но теперь увидел, что всем в этой семейке малыш Юань и его любовь поперëк горла.

Он вспомнил Шэ Лань. Вспомнил, как привечали Цин-эра в клане Шэ, пока тот был ещë принцем. Все церемонии отпали сами собой: его приняли как сына, и в том, как заговорили о браке с Лань-лань, не было ничего надуманного – после стольких приключений этот союз казался чем-то само собой разумеющимся.

Правда, Цин-эр тогда пресëк все разговоры и сказал, что не будет никакой свадьбы, пока он не станет императором.

Все тогда промолчали, ошарашенные такой наглостью, ведь Сын Неба был жив и здоров!

Только Фэнбао рассмеялся и выпил чарку за Цин-эра. Потому что никто больше не осмелился.

Чего теперь ждëт клан Шэ? Неужто тоже хотят императора?

Нет, вряд ли.

Он вспомнил резкие, рваные линии, не желавшие складываться в «душевный покой».

Эти люди сломлены, хоть сами того не признают. Они хотят простой, понятной жизни, а не великих свершений.

Впервые он подумал, что Шэ Юэ, может, и права в своих страхах. Как побеждать с таким настроем?

* * *

Приближался назначенный день, и казалось, что никто уже не приедет. Школа Нефритовых Облаков прислала вежливое письмо с отказом. От Школы Тайного Леса прибыло двое целителей, готовых помогать раненым, но лишь в тылу. Лю Цзыдань из Каменного Кулака пришёл с двадцатью крепкими, мрачными молодцами. От остальных и вовсе не было никаких вестей.

Цзюэ мрачнел, почти ничего не ел, и Фэнбао удавалось увидеться с ним только по вечерам, но он не скучал: учил Шэ Юэ обращаться с мечом как следует, а не как показывал старший братец.

Он подозревал, что рубить врага ей совсем не понравится, но меч против демонов был понадëжнее, чем грациозные приëмы Серебряного Ручья.

Однажды мальчишка Юй тоже появился на тренировке, бледный и сонный. С тех пор как он вернулся, день с ночью для него перепутались, ведь Ван Сиюй способен был учить его только по ночам. Мальчишка Юй и сам теперь выглядел как призрак.

– Тоже хочешь попробовать? – крикнул ему Фэнбао, лениво пытаясь достать вëрткую девчонку концом бамбукового прута вместо копья.

– Просто прячусь от старшего брата. Я больше не могу для него играть, он во всëм находит недостатки. – Мальчишка Юй отмахнулся. – Надоело. Даже учитель Ван не так придирчив! Господин Хуань, успокойте его уже.

– Кого из двух? Ван Сиюя? Легко, раздобудь только ритуальный флаг! – Он попробовал хлестнуть Шэ Юэ под колени, но она прыгнула.

– Нет же, брата Цзюэ. Потому что ты его друг, так все говорят! – отозвалась она и, собрав ци, сделала широкий замах…

Слишком широкий. Энергия рассеялась, не успев ударить, и Фэнбао даже бамбуковым шестом легко отразил атаку.

– Что за дурь… Ладно, помогу, чем смогу!

Он сделал несколько быстрых выпадов, будто копьëм колол, но ни один не достиг цели.

Хорошо. Хоть за кого-то он может быть спокоен в этом бою.

– Юй? А ты что тут делаешь?!

А вот за Цзюэ – не мог. Тот выглядел похуже Второго братца, и злющий.

Мальчишка Юй немедленно вскочил.

– Хочу хоть несколько мгновений провести без гуциня и твоего надзора, брат! – с вызовом ответил он, задрав подбородок.

– После боя можешь хоть совсем к нему не прикасаться! Но сейчас ты должен тренироваться каждую минуту! Или ты хочешь, чтобы вся наша семья погибла?!

Шэ Юй побледнел как смерть. Он хотел что-то ответить, но губы у него задрожали.

Фэнбао опустил шест. Не следует влезать в склоку двух братьев, но почему-то подошëл к Цзюэ, взял его за плечо.

– Пойдëмте-ка поговорим, глава Шэ, – прошипел он. Цзюэ неожиданно подчинился.

– Хорош учитель, который запугивает учеников! – напустился на него Фэнбао, отведя в беседку, заросшую вьюнком.

Цзюэ поднял глаза. Растерянный, несчастный, с синяками от бессонных ночей. Он сам был похож на мальчишку, который вот-вот заплачет.

Но справился с собой.

– Знаю, я был неправ. И должен принести Юю свои извинения.

– Да хоть изругай его, хоть побей, мне всë равно. Но что ты с собой делаешь, а? – Фэнбао встряхнул его. – Всë, я забираю тебя отсюда.

– Куда? – нахмурился Шэ Цзюэ. – У меня слишком много дел, я не могу…

– Можешь. Верну тебя до утра, ну!

Цзюэ тяжело вздохнул и кивнул, не глядя на него.

– Мне согреть вина?

– Лучше приготовь метлу покрепче и ветоши побольше, – таинственно сказал Фэнбао и скрылся.

Эта идея несколько раз приходила ему в голову, но теперь созрела окончательно. И когда Цзюэ явился в назначенный час, всë уже было готово.

Фэнбао, наплевав на все «мой цингун не хуже» быстро и без труда перенëс его на Яшмовую гору, к обгорелым развалинам.

* * *

Цзюэ осторожно переступил через то, что осталось от ворот, и огляделся. Когда-то это был дом его семьи, но чувствовал он себя здесь явно как гость.

– Я так ни разу и не был здесь… Но почему именно сейчас? Что ты задумал?

Фэнбао молча повëл его вперëд. Он, от нечего делать, в эти дни сам разобрал завалы, вышвырнул самые крупные брëвна и куски стен, поэтому Цзюэ без труда дошëл до самого алтаря предков.

Древние каменные таблички не пострадали, лишь закоптились, но вот поздние деревянные обратились в пепел.

– Мои предки… – задумчиво произнëс Цзюэ, касаясь алтаря. – Да, я понимаю. Я должен принести клятву перед ними…

– Ничего ты не понимаешь. – Фэнбао вручил ему метлу. – Глава Шэ, поклонись своим старшим и принимайся за работу. Может, там, внизу, ты важная персона, но здесь, перед ними, просто ученик.

– У меня нет времени, я должен… – Цзюэ попытался вернуть метлу, но Фэнбао не принял и вновь подтолкнул его к алтарю.

– Ты должен их уважать. Малыш Юань очистил для тебя это место. Теперь ты очисти его для меня. Видишь ли, тут похоронена моя названая сестра. Хоть от неë ничего, кроме золы, не осталось, как я могу бросить еë в беспорядке?

Цзюэ вздохнул.

– Хорошо, – смирился он и, достав из рукава платок, повязал на волосы. – Один час я смогу посвятить этому, но не больше. Ни минутой больше!

Разумеется, они провозились до заката.

Зал стал выглядеть немного чище, таблички на алтаре встали чинными рядками. Мелкие лесные цветы и ягоды выглядели странным подношением, но всë же трогательным, и вино,