Критическая масса - Дэниэл Суарез

Чиндаркар подняла руку, останавливая его. — Плохие новости, Боб. Сантехника не работает. Ни туалетов, ни душа, ни раковин. Только тазики и бутилированная вода. — Она развела руками. — Добро пожаловать на станцию Кларк.

Он посмотрел на неё и на Тая. — Серьёзно?

В этот момент открылась дверь лифта, и появился Джин — он помогал Де Йонгу, а Холстад и У поддерживали друг друга. Джин бросил на Эклунда недовольный взгляд, когда кто-то из экипажа принял Де Йонга, который всё ещё с трудом привыкал к искусственной гравитации.

Эклунд обернулся. — Я только что услышал о проблемах с сантехникой, капитан. Сколько это уже продолжается?

— С самого нашего прибытия. Центр управления полётами занимается этим.

— Это неприемлемо. Проблему нужно решить. Это вопрос здоровья.

Тай сказал: — У нас есть ночные горшки. Молитесь только, чтобы вращательная гравитация не отказала.

— Центр управления, может, и занимается этим, но они там, а мы здесь. Позвольте мне разобраться.

— Як уже занимался.

Джин снова выглядел раздражённым. — Боб, мы подняли тебя сюда для того, чтобы ты руководил строительством масс-драйвера. — Он указал на сборочный участок Сато неподалёку, где на столах лежали недособранные сверхпроводящие катушки. — У нас жёсткий график, и мы не можем терять время, пока ты занимаешься сантехнической проблемой, которую уже решает центр управления.

— Судя по всему, решает плохо. Это уже месяцы длится? — Эклунд поднял руки, когда Джин собирался ответить. — Капитан, отсутствие нормальной сантехники — это же убийца производительности. Сколько времени вы тратите на то, чтобы опустошать и переставлять ночные горшки? Наполнять и перетаскивать бочки с водой?

Чиндаркар посмотрела на Джина. — Он прав, Хан.

Эклунд указал на трубы, идущие вдоль лифтовой колонны. — Послушайте, дайте мне день-два. Если я не найду проблему, возьму ведро и смирюсь. Но если найду — и на этой космической станции появится горячая и холодная вода — это здорово поднимет и производительность, и моральный дух. Договорились?

Помолчав, Джин кивнул. — У тебя три дня, Боб. После этого — только катушки для масс-драйвера. Исключительно.

—

В итоге Эклунду понадобилось два дня, чтобы найти причину неисправностей сантехники. На устранение неполадок ушло ещё три дня, что сделало его настоящим героем на борту. Весь экипаж отпраздновал это событие долгими горячими душами.

Решение оказалось не таким сложным, каким его представлял центр управления полётами, — Эклунд выяснил, ползая по трубопроводным коридорам станции Кларк, что центр управления пользовался более новой версией схемы водоснабжения, нежели той, которую роботы CVD Кернера фактически построили в глубоком космосе. Более новая версия была разработана специально для устранения проблем, которые они испытывали, — проблем, возникших из-за включения автоматических регуляторов уровня воды в первоначальный проект; эти устройства были рассчитаны на постоянную гравитацию и потому вели себя непредсказуемо в условиях изменяющейся вращательной гравитации по всей системе. Однако в суматохе после гибели Натана Джойса и последовавших корпоративных банкротств исправленные чертежи так и не были переданы команде Кернера. И никто не подумал спросить.

Замена Эклундом регуляторов на программируемые насосы из запасов запчастей решила все проблемы.

После первого горячего душа за несколько месяцев — и после того, как наконец заработал туалет — Чиндаркар устроилась в кают-компании южного жилого модуля на уровне H1 и наслаждалась благами цивилизации. Она также наверстывала новости с Земли через свой кристалл. Большинство из них было гнетущим: конфликты, экономический хаос, засухи, лесные пожары, оползни и бури. Было соблазнительно просто включить какой-нибудь сериал, но она обязана была следить за событиями на планете.

Кают-компании в обоих — северном и южном — жилых модулях состояли из нескольких надувных кресел и пластиковых столиков, напечатанных и собранных теми, кто был вне вахты. К тому времени, когда Чиндаркар устроилась отдыхать, было уже поздно, и единственным другим человеком в помещении оказалась Холстад — недавно прибывший агроном, сидевшая в дальнем конце кают-компании. Она тоже, судя по всему, только что приняла душ и задумчиво потягивала чай. Чиндаркар не хотела её беспокоить и поэтому вжалась в своё кресло, стараясь остаться незамеченной.

В коридоре, ведущем мимо кают-компании, послышались шаги.

С другого конца комнаты Холстад произнесла: — Господин Эклунд. — Шаги остановились. — Спасибо за водопровод.

— Боб. Зовите меня Боб. — Пауза. — Вы выглядите лучше. Вращательная гравитация явно вам на пользу.

— Да. Мои вестибулярные отолиты куда счастливее здесь, чем на лайнере.

— Ваши вестибулярные что?

— Маленькие камешки во внутреннем ухе — вестибулярные отолиты. Они взвешены в жидкости; когда мы двигаем головой, гравитация приводит их в движение. Именно так люди воспринимают движение.

— А, понятно. Раз уж ваши отолиты довольны — могу я задать вам вопрос?

— Конечно.

Его шаги вошли в кают-компанию, и Чиндаркар услышала, как он садится.

— Что агроном делает здесь? Кажется, немного преждевременно, если не возражаете. До выращивания урожая в космосе нам ещё очень далеко.

Та слегка засмеялась. — Я и сама удивлена не меньше вашего. Никогда не думала, что окажусь в космосе.

— Я тоже. Странно, куда нас заносит жизнь. Правда? Для меня это — мечта, ставшая явью.

— Моё прежнее «я» никогда бы не решилось на такое. Слишком опасно.

— Что изменилось?

— Мир. Я сама. — Мгновение тишины. — Отвечая на ваш вопрос: у меня есть образцы радиотрофного гриба — Cladosporium sphaerospermum, — и мне нужно выяснить, как выращивать его внутри двойного корпуса станции Кларк.

— Радиотрофный — то есть питается радиацией?

— Да. Это вид, который процветал вокруг Чернобыля и ослабляет ионизирующее излучение лучше, чем водород, — и при этом без массы водяного льда. Мне предстоит проверить его эффективность в качестве радиационной защиты. И культивировать его.

— Хм. Интересно. Вы уже знаете, где будете работать?

— Нет. Думаю, для моей лаборатории пока нет места. В долгосрочной перспективе я здесь для того, чтобы попытаться выращивать культурные растения из местных питательных веществ — в особенности из внеземного фосфора.

— Фосфор — как в удобрениях.

— Это больше, чем удобрения. Фосфор неотъемлем от жизни. Он используется для создания клеточных мембран и всей ДНК. Без фосфора жизнь в том виде, в каком мы её знаем, существовать не может.

— И он присутствует на Луне, насколько я понимаю.

— Да, и калий тоже. Они вместе с азотом — который, как я понимаю, у нас тоже есть — дадут нам возможность поддерживать живые существа здесь,