Фантастика 2026-184 - Игорь Алмазов

— Как самочувствие?

— Уже даже меньше боюсь! — гордо ответил он. — Утром во вторник кружилась голова, но я думаю, это потому что я не завтракал.

— Скорее всего, именно поэтому. Не забывай про завтраки.

Шарфиков потоптался.

— Сань, я хочу дом купить, — заявил он.

Ёлки-иголки, неожиданно.

— У меня лишних нет, — сказал я.

— Да я понимаю, просто…– он замялся. — Я никогда дома не покупал.

— Я тоже, — заметил я.

— Но у тебя вид человека который вообще всё и про всё знает! Как мне купить дом, Сань?

Ну, серьёзно?

— Шаг первый, берёшь деньги. Шаг второй, находишь дом. Шаг третий, меняешь деньги на дом. Стас, я могу сказать тебе, что это серьёзное решение. И это нормально, если ты испытываешь волнение. Но я мало что могу подсказать. Просто изучи вопрос и сделай это.

— А это не глупо делать в Аткарске… Может, я уеду отсюда?

— А ты собрался уезжать? — спросил я.

— Нет…

— Вот и ответ, — улыбнулся я. — И тебе надо куда-то будущую жену привести, так что действуй.

— Спасибо, Сань!

Шарфиков приободрился и ушёл. А через час мне позвонил Чердак.

Точнее, сначала он не позвонил. Сначала телефон вздрогнул сообщением, и в сообщении было одно слово «Коляска».

Через минуту пришло второе.

«Савчук сказала выбрать. Я не понимаю».

А потом он позвонил.

— Саня, брат, мне надо коляску выбрать, — заявил он.

Они сговорились все сегодня?

Впрочем, как всегда.

— А Маша тебе разве не отдаст? — спросил я, намекая на сестру Чердака, которая сама недавно родила.

— Лизок новую хочет, — хмыкнул Чердак. — И сказала, чтобы я выбрал сам. Я вот нашёл интернет-магазин, но их тут столько… Помоги, а?

— Ну приходи ко мне, — вздохнул я.

Чердак явился секунд через десять. Такое ощущение, что он звонил мне, уже стоя под дверью кабинета. Он вошёл и сразу же ткнул мне под нос планшет с вариантами колясок.

Я посмотрел. Ассортимент был впечатляющий. Первая же коляска стоила двадцать восемь тысяч, называлась «премиум» и выглядела как автомобиль среди колясок.

— Двадцать восемь тысяч, — сказал Чердак. — Я не настолько богат.

— Тут написано «прогулочная система премиум-класса».

— Это коляска, — мрачно отозвался Чердак. — Это просто коляска. Зачем ей система?

Второй вариант — розовая коляска с рюшами.

— У меня пацан будет, никаких рюшей, — строго заявил Чердак.

— А ты откуда знаешь, что пацан? УЗИ было?

— Было, — он помолчал. — Не сказали ещё. Но я знаю.

Железный аргумент.

Третий вариант ему не понравился, потому что тяжёлый.

— Пятнадцать кило, — прочитал он вслух с искренним негодованием. — Пятнадцать! Куда столько?

— Чердак, для тебя же это пёрышко.

— Для меня да, — объяснил он. — А это Лизок будет спускать. Ей нельзя такое тяжёлое.

Это даже мило. Четвёртый вариант он тоже назвал женским.

— Чердак, это коляска. Они все, в известном смысле, женские.

— Эта особенно, — отрезал он.

К пятнадцатому варианту у него появились критерии. Не должно быть цветочков. Не должно быть слова «система». Колёса должны быть большие, «чтобы через бордюр переезжать». И обязательно должна складываться одной рукой, потому что «а вторая рука ребёнком занята, сообразить надо».

К двадцатому он начал читать отзывы.

— «Скрипит», — сообщил он с отвращением. — Двадцать одна тысяча, и скрипит.

— Так не бери.

— «Хорошая коляска, но ручка ниже, чем хотелось бы», — прочитал он следующий комментарий и посмотрел на меня. — Саня. У меня рост метр девяносто.

— Значит, ручка регулируется. Смотри в характеристиках высоту ручки.

— А тут её нет.

— Тогда это плохой магазин.

К тридцатому варианту я поймал себя на том, что разбираюсь в детских колясках лучше, чем в половине приказов Минздрава. Появились слова «шасси», «амортизация», «люлька», «блок». Выяснилось, что коляска бывает «два в одном» и «три в одном», и Чердак твёрдо решил, что три лучше, чем два, просто потому что три больше.

— Стой, — сказал я. — Три в одном значит, что там ещё автокресло в комплекте. Это имеет смысл, у тебя же есть машина.

К сороковому варианту он начал прикидывать вслух, пройдёт ли коляска в подъезд.

— У нас там под лестницей место есть, но там велосипед Сергеича, — объяснил он. — Сергеич сказал, что не уберёт его.

— А если попросить?

— Я попросил, — сказал Чердак. — Один раз. Он сказал, что не уберёт.

Я решил, что судьбу велосипеда Сергеича мы обсуждать не будем, потому что Чердак, если захочет, сам это решит.

Где-то к девяностому Чердак впервые за всё время замолчал надолго. Он смотрел не на планшет, а куда-то в стену.

— Чердак?

— А я нормально всё делаю? — спросил он.

Ёлки-иголки. Второй за день. Сегодня, видимо, день такой.

— Ты сто колясок смотришь два часа, потому что боишься выбрать не ту, — сказал я. — Знаешь, что это значит? Что ребёнку повезло.

Чердак засопел, отвернулся и сделал вид, что читает характеристики.

— Тут написано «поворотные колёса с блокировкой», — сообщил он сдавленно. — Это чего?

— Это чтобы по гравию ехало прямо, а не вбок.

— Полезно, — одобрил он.

Наконец, где-то на сто первом варианте, выбрали. Тёмно-синяя, без цветочков, колёса большие, ручка регулируется. Чехол снимается, вес одиннадцать двести, три в одном.

— Вот эта, — сказал Чердак. — Она.

— Точно?

— Точно, — сказал он и посмотрел на меня. — А если Лизку не устроит?

— Точно устроит, — заверил я. — После таких мучительных выборов.

Чердак сделал онлайн-заказ, сказал мне тысячу спасибо и убежал.

Я сделал небольшой перерыв, и вновь задумался о пране. Она продолжала работать всё хуже, и у меня было несколько гипотез, почему так.

Гипотеза первая. Ресурс не бесконечен в принципе, у него есть общий объём, и я его тратил, не считая. Тогда моя задача экономить.

Гипотеза вторая. Организм этого тела прану отторгает. Не выдерживает нагрузки, и падение отдачи есть защитная реакция. Тогда экономия не поможет, поможет только состояние тела.

Гипотеза третья. Это что-то ещё. Ещё одна плата за вторую жизнь. С этим я ничего не сделаю.

Классика дифференциальной диагностики: три версии, и подтвердить можно только исключением. Значит, будем исключать.