Фантастика 2026-157 - Арсений Громов

Но решение было принято, его не изменить. Дочь уехала и вернулась другой. Что теперь будет?

Впрочем, Олея не знает, что это я послал отряд, чтобы ее убить. Все еще может удаться, если я проявлю заботу, буду ей потакать. Если благословленная Богиней будет на моей стороне, то это моя победа. Я – император. Я пережил многих врагов. Переживу и этих.

Глаза слипались, усталость брала свое. Последняя мысль перед тем, как провалиться в темноту, была о дочери. О том, как блестели ее глаза, когда она смотрела на меня. Хищным блеском.

«Странно», – подумал я, засыпая. – «Родная кровь может казаться такой чужой».

Лойл Наргар

Был уже поздний вечер, когда брат сменился и зашел ко мне. Весь день я находился в прескверном настроении – настолько, что даже отправился к солдатам на тренировку, пытаясь успокоить бушующую внутри магию.

Ничего не помогало.

Тьма внутри клокотала, рвалась наружу, проклятие давало о себе знать.

Тоус зашел и упав в кресло напротив, вытянул длинные ноги. На его лице читалась усталость – не столько физическая, сколько моральная. День выдался долгим.

– Как же все бесит, – выдохнул он, запрокидывая голову.

– Принцесса доставляет беспокойство? – насмешливо уточнил я, откидываясь на спинку кресла.

– Нет. – Тоус насмешливо покосился на меня. – Ее высочество изволило принимать ванну и весь вечер читала свитки. Странно, раньше принцесса не проявляла столь настойчивое увлечение наукой. Может что-то по шаманизму. Однако я о другом, ее покои очень плохо охраняются. Никаких толковых артефактов или заклятий. Много слепых зон. – Брат поморщился. – Да что я тебе рассказываю. Пока сторожил комнату и отправлял людей с распоряжениями, устал больше, чем после ночной вылазки. Может, кто-то другой будет…

– Нет. – Я отрезал коротко, жестко, не допуская возражений.

Раньше нужно было, чтобы до переворота жизнь принцессы берег брат. Он лучший. Лучший шпион, лучший телохранитель. Но сейчас появились еще причины. Причины, о которых я пока был не готов говорить вслух.

Тоус вопросительно вскинул бровь, но промолчал. Знал меня достаточно хорошо, чтобы понимать: если я сказал «нет», значит, так надо.

– Есть что мне рассказать? – уточнил я, желая перевести тему.

– Дей сегодня в парке сделал предложение ее высочеству стать его спутницей жизни. – Тоус произнес это буднично, но я видел, как в его глазах мелькнуло злорадство.

Тьма внутри всколыхнулась резко, зло и я не удержал порыв. Сила поползла по комнате черными щупальцами.

– А что она? – Голос мой прозвучал ровно, но брат не обманулся. Он видел, что происходит вокруг, чувствовал напряжение, повисшее в воздухе.

О чувствах принцессы к своему другу детства ходило много слухов. Она всегда его защищала. Всегда заступалась. Всегда была рядом. Но не после того, как он убил ее – я был уверен, Олея прекрасно все помнила о том дне. Так же я знал еще одну возможную причину охлаждения их отношений, но мог и ошибаться.

– Она ему отказала. – Тоус усмехнулся. – И приказала к ней не подпускать, используя для этого любые методы. Запретила только убивать. – Он помолчал, давая мне время переварить информацию. – Что скажешь ты?

– Приказ выполняй, мне докладывай, – усмехнулся я, игнорируя намеки брата на откровенность.

Все-таки ее высочество умеет поражать. Неожиданное распоряжение. Почему отдано? Он настолько стал ей неприятен или же имеются еще причины? Эта женщина! Постоянно заставляет думать о себе.

Тоус помолчал, разглядывая меня. Потом не выдержал.

– Лойл, ты ничего не хочешь мне сказать?

Я встретил его взгляд. Все-таки не удержался. Впрочем, скрывать было бессмысленно. Да и зачем? Брат – единственный человек, которому я доверял полностью.

– Проклятие среагировало на принцессу.

Некоторое время брат ошарашенно молчал. Потом подался вперед.

– Почему сейчас?

– После возвращения с того света ее высочество изменилась. – Я говорил медленно, тщательно подбирая слова. – Обычно считалось, что мои предки привязывались к женщине, стоило им ее увидеть. Но я полагаю, все иначе. Еще когда она вернулась с гор… Все ее поступки, события вокруг этой женщины, слухи. Все приковывало мое внимание против воли.

Я помолчал, собираясь с мыслями.

– До этого принцесса была предсказуема и не делала ничего заслуживающего внимания. Она раздражала одним только своим присутствием. Сейчас все иначе.

– Ее высочество и раньше была симпатичной, – осторожно заметил Тоус. – А поменяв наряды, стала красавицей. И эти ее белые волосы…

– Даже не говори о ней в таком ключе, – предостерегающе начал я.

Внутри снова всколыхнулась тьма, требуя, заявляя права. Мне не нравились такие речи. Еще не хватало воспринимать брата как соперника. Даже в мыслях.

– Хорошо. – Тоус вскинул руки в защитном жесте, изображая капитуляцию. – Я не претендую. – Он помолчал, внимательно глядя на меня. – Но что ты планируешь делать?

Я откинулся на спинку кресла, уставился в потолок.

– Сначала научиться жить в новой действительности. – Голос мой звучал глухо. – Эта женщина настолько меня притягивает, что хочется отправиться и просто смотреть на нее. Часами. Днями. Не отрываясь. Этого я сейчас не могу себе позволить. – Я сжал кулаки. – И необходимо снова корректировать планы.

– Ты откажешься от убийства императора? – уточнил брат. В голосе его не было осуждения, только любопытство.

– Нет. – Я покачал головой. – Но сначала нужно ослабить императора настолько, чтобы я смог жениться на принцессе. А потом убить.

– Она будет с тобой? – Тоус усмехнулся, но в усмешке сквозило сомнение.

– У нее нет выбора. – Я произнес это твердо, как приговор. – Любви к ее высочеству я не испытываю. Может и не буду, это не обязательное условие. Но есть желание. Жажда. И что самое важное – я ее уже присвоил. – Я посмотрел брату прямо в глаза. – Лучше Дею отказаться от своих планов. Ухаживаний за своей женщиной я ему не спущу.

– Лойл, будь осторожен. – Тоус подался вперед, и впервые за вечер в его голосе прозвучала настоящая тревога. – Последний раз такая одержимость стоила твоему предку трона и жизни. Ты уверен, что принцесса простит тебе смерть отца? Она далеко не глупа и не поверит, что он случайно отошел в мир иной во сне. Как бы тебе не отойти вслед за ним. – Он помолчал. – Я не хочу потерять брата.

Я почувствовал тепло в груди. Тоус был единственным, кто переживал за меня по-настоящему. Не за власть, не за положение, не за выгоду. За меня.

– Я тронут твоей заботой, – усмехнулся, смягчая напряжение. – Но тебе нечего переживать. Ее высочество не будет мешать мне. А возможно, и поможет.

– С чего такая уверенность?

– Она знает, что именно отец приказал