Спонтанная магия - Айрис Биглхоул

весь клан, чтобы удостовериться, что у неё не будет ни шанса одержать победу. Какое-то время её магия сдерживала нас, но в конце концов нам удалось прорваться. И в качестве финального штриха я использовала связывающие чары, чтобы она не смогла вернуться в виде духа и проболтаться обо мне или Обществе.

Розмари глубоко вздохнула.

– Ну, спасибо за честность, – процедила она. – Но ничто из того, что ты сказала, не убедило меня, что ты оставишь нас в живых. Так почему я должна отдавать шкатулку?

– Какая же ты упрямая. – Женевьева устало вздохнула и надула губки. – Твоя бабушка тоже могла бы выжить, не будь она такой упрямой.

– Я ей не верю, мам, и ты тоже не должна, – сказала Афина. – Не слушай её.

– Я не могу ждать весь день, – строго сказала Женевьева. – Передай шкатулку, Розмари. Сейчас же, или от девчонки даже мокрого места не останется!

Глаза Розмари блеснули золотом. Только Женевьева была слишком сосредоточена на шкатулке, чтобы заметить это.

Розмари почувствовала, как по её жилам струится уверенность, излучаемая собственной силой во всей её пылающей золотом неукротимости, и в этот момент она точно знала, что делать. Она подошла к столу и взяла шкатулку в руки. Женевьева действительно была права: на этот раз Розмари не потеряла сознание и не оказалась в другом измерении.

«Мама! Нет! Не делай этого! Поставь её!»

Несмотря на продолжающиеся телепатические призывы Афины вернуть шкатулку на место, Розмари этого не сделала. Впрочем, как и не передала её древней вампирше, запертой в юном теле.

Пульсирующая внутри энергия побудила её сделать совсем другое – открыть шкатулку.

Розмари всё-таки перенесло в другое измерение, но уже на её условиях.

Её по-прежнему окружала тьма, хотя кристалл света, который Розмари держала в руках, сиял намного ярче. Пространство вокруг неё больше не казалось пустым. Исходивший от кристалла свет выхватил из мрака очертания стен пещеры.

Розмари будто инстинктивно знала, куда идти, и уверенным шагом направилась вперёд.

Старшая уже ждала её.

– С возвращением, – поприветствовала она, и её белые волосы засветились ещё ярче, а в глазах отразилась гордость. Она жестом пригласила Розмари подойти ближе к тёмно-зелёным лозам, плотно обвивающим огромный сияющий кристалл.

На этот раз Розмари не колебалась. Не мешкая, она прошла мимо Старшей и встала перед средоточием магии рода Торн. Она протянула одну руку в сторону, чтобы переплести со Старшей пальцы, и подняла другую, чтобы прикоснуться к кристаллу.

Волна света прошла сквозь неё.

«Ты готова», – пророкотала сила, ослепительно засияв в сознании Розмари. Она закрыла глаза и пропела те самые, как Розмари теперь знала, слова, которым бабушка учила её ради этого мига.

Спеши скорей, моё дитя,

В край, где листвою шелестя,

Дремучий дивный лес стоит,

Куда судьба тебя манит.

Деревьев танец, листьев хор,

Стихийной магии узор,

Лишь яркий свет внутри найдя,

Ты сможешь вновь вернуть себя.

Голос Старшей гармонично сливался с голосом Розмари. Песня текла по их жилам, проникала глубоко в сердце, в самую душу и служила своего рода вставленным в замок ключом, который поворачивался с каждой строкой.

Вокруг хором зазвучали тысячи голосов, принадлежавших предкам Розмари. Они не оставили её без поддержки. Лишь недавно вернувшая себе целостность Розмари Торн вздохнула, когда древняя родовая магия хлынула в неё неудержимым потоком, наполняя изнутри силой и напитывая энергией все части её сознания и души.

Вот оно. Вот она – её судьба.

Розмари пропустила через себя воспоминания о магии стихий, о бабушке – той стороне личности бабушки, что была связана с магией, – о своих прогулках по лесу, о том, как она была связана с природой и древней родовой магией.

Раздался громкий треск.

Кристалл на глазах разбился вдребезги, опутывавшие его лозы засохли, и окружавшие их стены пещеры словно рассыпались на кусочки.

Розмари открыла глаза и поняла две вещи: она по-прежнему держалась на ногах и всё ещё находилась в библиотеке.

– Что произошло?! – вскрикнула Женевьева, явно сбитая с толку. – Свет был такой яркий, что я была уверена, что расплавлюсь. Что это было? – Она шагнула вперёд и выхватила шкатулку из рук Розмари, но обнаружила, что та пуста. Печать была снята: магия мерцала в воздухе, пульсировала в стенах дома и в венах Торнов. – Нет! – Вампирша выругалась, её глаза вспыхнули красным, а плечи начали дымиться.

– Магия рода Торн вырвалась на свободу, – сказала Розмари, её глаза засияли золотом. – И она более могущественная, чем магия Общества Кровавого камня.

– Это не так! – прошипела Женевьева. – Ты поплатишься за это, Розмари Торн!

Из маленького тела Женевьевы вырвался поток пламени, из танцующих языков которого появился ещё один дракон, размером пусть и скромнее того, что призвала группа адептов, но более свирепый. Дракон взрезал крыльями воздух, потоки ветра смахнули с полок часть книг, до другой добрался огонь. Сделав над Женевьевой круг, дракон с рёвом бросился на Розмари.

Но та была готова. Она позволила силе подняться в себе волной – та была даже более мощной, чем раньше, благодаря древней магии рода Торн. Розмари не дрогнула, когда пылающее чудовище устремилось к ней. Она просто уверенно подняла руки и высвободила свою силу. Поток воды, прохладной и освежающей, вырвался наружу, потушив пламя в комнате, но ничего не намочив.

Женевьева зарычала и послала ещё одну волну энергии в сторону Розмари. На этот раз та была чёрной, как ночь. Розмари встретила её ярким лучом золотого света, и магия Женевьевы рикошетом вернулась к хозяйке.

Маленькое, древнее существо, такое юное на вид, но полное злобы, рассыпалось в прах. Шкатулка выпала из её рук и упала на пол. Серебристые частички пыли – то, что осталось от вампирши – замерцали в воздухе, а затем быстро устремились к шкатулке на полу, как будто та засосала их внутрь. Крышка со щелчком захлопнулась сама по себе.

Розмари метнулась к Афине и развязала её, а затем заключила в крепкие объятия. Та даже не попыталась отстраниться, сама прильнула к матери.

После минутного молчания их взгляды обратились к шкатулке.

– Как думаешь, она мертва?

– Наверное, да, учитывая, что она рассыпалась в пыль, – сказала Розмари.

– Скатертью дорога, – буркнула Афина.

– Я понимаю, что на самом деле она не была ребёнком и ей было шесть тысяч лет и всё такое, – протянула Розмари. – Но она так юно выглядела, что мне это кажется неправильным…

– Она это заслужила. Ты молодец, мам.

– Спасибо, – поблагодарила Розмари. Было странно