Кольцо - Стивен Бакстер

Прядильщица слушала, как Луиза описывает все это. - Так куда же делся Плутон?

- Понятия не имею, - сказала Луиза. - Нигде на его старой орбитальной траектории не видно никаких следов. Возможно, мы никогда этого не узнаем.

- Прядильщица, многие второстепенные тела системы, похоже, серьезно пострадали. Отчасти это, без сомнения, связано с новым, экстремальным состоянием Солнца... но, возможно, что-то из этого тоже было преднамеренным.

Когда-то Солнечная система служила пристанищем миллиардам малых тел. Облако Опик-Оорта было - когда-то было - роем из ста миллиардов комет, кружащих в огромной, разреженной оболочке космоса на расстоянии от четырех световых месяцев до трех световых лет от Солнца. Теперь это облако рассеялось.

Луиза сказала: - Многие из комет, должно быть, были уничтожены ростом Солнца - превратились в пар из-за его огромного выброса тепловой энергии в одном последнем, экстравагантном броске... На самом деле они были бы видны из других систем; они бы вкратце вписали водяные линии в спектр Солнца: своего рода последний спектральный столб для Солнечной системы, если бы где-нибудь остался кто-нибудь, способный заметить это.

Дальше по направлению к Солнцу находились объекты Койпера, такие как Порт-Сол; ледяные мирки, вращающиеся недалеко от самых далеких планетных орбит. И по всей Системе было больше колец из мелких объектов, таких как астероиды, выведенных на полустабильные орбиты гравитационным взаимодействием крупных планет.

- Но все эти кольца-мирки исчезли, - сказала Луиза. - Теперь часть этого исчезновения, должно быть, связана с вынужденной эволюцией Солнца, не говоря уже о потере трех внутренних планет. Но в эпоху войн ксили многие из небольших объектов, должно быть, были заселены.

- Таким образом, объекты могли быть намеренно уничтожены - больше жертв войны.

- Верно.

Прядильщица поболтала яблочным соком во рту, жалея, что у нее нет возможности выплюнуть его - или, еще лучше, почистить зубы.

Прядильщица знала о Солнечной системе только из книг и записей Луизы, но у нее сложилось впечатление об огромной, шумной, процветающей системе миров. Там были огромные орбитальные города-поселения, густонаселенные миры, соединенные транзитными маршрутами-червоточинами, и корабли, похожие на огромные, экстравагантные бриллианты, пересекающие поверхность желто-золотого Солнца. Где-то внутри себя - несмотря на все страшные предупреждения Суперэта - она надеялась прилететь сюда и найти все именно так, как она читала.

Вместо этого было только это угасшее Солнце и его разрушенные миры... Казалось, даже маршруты червоточин были перекрыты. И вот она здесь, застрявшая в кабине пилота инопланетного корабля, мчащаяся через десятки миллиардов миль в поисках единственного, печального, изолированного маяка.

Она начала упражнять свое тело с помощью простого режима ритмической гимнастики, действий, которые она могла выполнять, не вставая с кушетки. - Итак, Луиза. Ты говоришь мне, что Солнце мертво. Система мертва. И ты... расстроена из-за этого. Но что еще ты ожидала найти?

- Я ничего не ожидала. Я надеялась на большее, - сказала Луиза. - Но полагаю, что медленного разрушения Солнца вкупе с нападениями ксили было достаточно, чтобы стереть систему с лица земли...

Прядильщица внезапно почувствовала глубокую подавленность, как будто на нее навалился груз всех этих потерянных лет, сотен миллиардов жизней, в результате которых не осталось ничего, кроме этих космических обломков.

- Луиза, я больше ничего не хочу слышать.

- Ладно, Прядильщица. Я...

Прядильщица оборвала ее.

Она закрыла лицевую панель и наполнила ее внутреннюю сторону успокаивающим, прохладным зеленым светом, светом, который просачивался сквозь листья от искусственного солнца, освещая ее детство. Она погрузилась в ощущение тепла своих мышц, выполняя упражнения. Погруженный в крики клаксона, отряд Морроу держал военный совет.

- Я провел разведку, - сказал Марк. - И, насколько могу судить, на всех палубах одно и то же. Нигде ни души. Та же пустота... Всех увели в храмы. И вывести их оттуда будет нелегко.

- Тогда давайте оставим их там, - практично сказала Охотница на лягушек. - Если это то, чего они хотят.

Морроу изучал ее круглое, без единой морщинки лицо. - К сожалению, это не вариант, - мягко сказал он. - Мы должны защитить их.

- От них самих?

- Если необходимо, то да. Во всяком случае, от планировщиков Суперэта.

Охотница подняла к нему лицо. - Почему?

Морроу начал терять терпение. - Потому что мы должны. Послушай, Охотница, я хотел отправиться на эту прогулку по палубам не больше, чем ты. Я не виноват, что в нас стреляют...

- Умори их голодом, - просто сказала Охотница.

Морроу повернулся к ней. - Что?

- Морите их голодом. - Она повернулась, чтобы окинуть храм оценивающим взглядом, как будто прикидывая его вместимость. - Там, должно быть, сотни людей - и в других храмах. У них не может быть столько еды и воды; там просто нет места. Я предлагаю подождать здесь, пока они не умрут с голоду. Просто.

Целеустремленность злобно ухмыльнулась. - Мы могли бы перекрыть выходы канализации. Я знаю, где находятся выходы; это было бы легко. Это было бы весело. И действовало бы намного быстрее.

Марк завис перед ней, его искусственное лицо выражало суровое неодобрение. - И вызвать чуму, болезни и смерть в массовом масштабе? Это действительно то, что вы предлагаете?

Целеустремленность выглядела сомневающейся; она провела массивной рукой по голове.

- Послушайте меня, - медленно произнес Марк. - Это моя область - в конце концов, я социоинженер. Был, как бы там ни было. Последнее, чего мы хотим, - это осада здесь. Вы понимаете? Я не уверен, есть ли у нас ресурсы, чтобы прорвать осаду. Если бы мы попытались, последствия - болезни и смерть - оказали бы огромное давление на инфраструктуру "Северянина".

- Кроме того... - он заколебался.

Морроу сказал: - Да?

- Кроме того, я не уверен, что прорыв