Кольцо - Стивен Бакстер

- Что ты имеешь в виду?

- Послушай: планировщики считают себя мессиями. Они, и только они, могут спасти "своих" людей. Если мы их осадим, планировщики просто не будут реагировать так, как поступил бы рациональный человек - изучая свои ресурсы, оценивая шансы на успешный прорыв и так далее. Хуже того, мы - осаждающие - стали бы частью их иллюзии, воплощением внешних угроз, которые обрушиваются на их народ.

Морроу нахмурился. - Не понимаю.

Марк, очевидно, забыв, что гравитация, создаваемая двигателем, отсутствует, начал расхаживать по палубе, его виртуальные ступни беззвучно не доставали до пола на долю дюйма. - Ты должен понимать вещи с точки зрения людей, находящихся там у власти: планировщиков. - Он обратил откровенный взгляд на Морроу. - Я изучал тебя, Морроу. Я знаю, ты все еще напуган - этим местом, близостью планировщиков. Не так ли? - несмотря на все, что ты пережил здесь, за этими стенами.

Морроу ничего не сказал.

- Эта культура обладает огромной властью, - сказал Марк. - Почти вся она сосредоточена в руках планировщиков, при этом масса людей безмолвно соглашается. Завтра планировщики возьмут логику выживания вида Суперэта - логику, которая, в конце концов, лежит в основе всей миссии "Северянина" - и экстраполируют ее на нечто большее - нечто почти религиозное.

- Мы имеем дело с мощной концепцией, ребята; той, которая, кажется, касается кнопок, встроенных глубоко в нашу человеческую психику. Люди на этих палубах следовали тому, что планировщики вели почти тысячелетие - включая тебя, Морроу.

- Когда мы с Луизой увидели, что эта тенденция развивается, довольно рано в начале полета, мы решили, что не сможем ее преодолеть - и пытаться было бы расточительно разрушительно.

- Итак, мы удалились в "Великобританию", оставив на месте достаточную инфраструктуру физического контроля, чтобы обеспечить бесперебойную работу корабля.

- Что ж, возможно, мы были неправы, поступая так; потому что теперь комплекс мессии у планировщиков ведет нас к кризису...

Морроу обнаружил, что ему крайне не нравится, когда его анализирует таким образом виртуальная конструкция. - Но что нам делать? - огрызнулся он. - Как нам использовать эти твои ошеломляющие прозрения?

- Ситуация непредсказуема, - прямо сказал Марк. - Но возможно, что планировщики скорее уничтожат своих людей - и самих себя - чем позволят нам победить.

Маленькая компания обменялась потрясенными взглядами.

Охотница сказала: - Но это безумие. Это даже противоречит их осознанным целям - защищать свой народ.

Улыбка Марка была слабой. - Никто не говорил, что это должно иметь смысл. К сожалению, в истории человечества есть множество прецедентов.

Целеустремленность сказала: - С такими недостатками, которые прочно засели в наших головах, удивительно, что мы вообще попали в космос. - Она позволила себе немного оторваться от палубы, свесив ноги под себя, и, прищурившись, изучала храм. - Что ж, если мы не сможем прорвать осаду, у нас будут проблемы. Во-первых, их больше, чем нас. И, во-вторых, их арбалеты имеют гораздо большую дальнобойность, чем эти духовые трубки, которыми орудуют Охотница и ее друзья...

- Возможно, - медленно произнесла Охотница на лягушек, - но я думала об этом. Я имею в виду, планировщики могли убить нас раньше, когда мы растянулись по палубе. Разве не так?

Марк нахмурился. - Они стреляли поверх нас. Возможно, они пытались предупредить нас.

- Возможно. - Охотница на лягушек неохотно кивнула. - Или, может быть, они пытались попасть в нас, но не смогли. Посмотри на это.

Она вытащила дротик из сумки на поясе и поднесла к губам духовую трубку. Она выплюнула дротик, не нацелившись ни в кого, в воздух по ровной траектории, параллельной палубе.

Морроу, ошеломленный, проследил за маленьким снарядом. Он быстро потерял большую часть своей начальной скорости из-за сопротивления воздуха, но его траектория оставалась плоской и ровной, по-прежнему параллельной палубе. В конце концов, предположил Морроу, он замедлится настолько, что упадет на палубу, и...

Нет, этого не произойдет, медленно осознал он. Привод был отключен: не было силы тяжести. Даже если сопротивление воздуха полностью остановит дротик, он все равно не упадет.

- Когда гравитация впервые исчезла, - сказала Охотница, - я ни черта не могла попасть. Каждый раз мне казалось, что я целюсь слишком высоко. Я быстро поняла почему: даже на довольно коротких расстояниях гравитация немного опускает дротик - или стрелу из арбалета. Я выросла, компенсируя это, неосознанно допуская это, когда целюсь во что-то.

- В отсутствие силы тяжести дротик просто летит по прямой, пока не попадет во что-нибудь. - Она взвесила духовую трубку. - Мне потребовались часы практики, прежде чем я почувствовала себя уверенно с этой штукой в невесомости; это было все равно что учиться заново с нуля.

Марк медленно кивал. - Так ты думаешь, арбалетчики планировщиков хотели поразить нас.

- Я уверена в этом. Но они стреляли слишком высоко. Они не научились приспосабливаться к нулевой гравитации; они, конечно, не учли этого, когда стреляли в нас.

Целеустремленность обхватила подбородок. - Возможно, ты права. Но я не понимаю, как это нам поможет. Даже если они целятся немного не так, их достаточно, чтобы засыпать нас болтами, если мы попытаемся подобраться слишком близко.

- Да, - сказал Марк, и в его искусственном голосе послышалось волнение, - но, возможно, мы сможем использовать проницательность Охотницы по-другому. Она права; планировщики - все в этом здании - не могут научиться справляться с отсутствием силы тяжести. На самом деле, они, кажется, отрицают, что такое отсутствие вообще существует. - Он огляделся по сторонам, уставившись на переплетение веревок, которые они проложили от подъездных пандусов, как будто видел их впервые. - И мы тоже. Посмотрите, как мы путешествовали - спускаясь по полу, придерживаясь знакомых двух измерений, которыми нас ограничивает гравитация.

Морроу нахмурился. - Что ты предлагаешь?

Марк поднял лицо к железному небу. - Что мы попробуем мыслить