Дело о красавицах и чудовищах - Лариса Куницына

и шарахаются с пути, когда тёмными ночами я выхожу на крепостную стену без маски, чтоб подставить лицо ветру и вдохнуть полной грудью. Люди равнодушны к неудачникам и быстро забывают тех, кто больше не может быть им приятен и полезен. Такова цена дружбы в наши дни, — он пожал плечами. — Я даже не знаю, стоит ли мне благодарить тебя за то, что ты спас мою никчёмную жизнь, обрекая на одиночество и нескончаемые сожаления. Нет, конечно, я благодарен! Ты проявил благородство и искреннюю дружбу, и не мог поступить иначе. Но моя жизнь с тех пор разделилась на до и после. Я больше не люблю людей, у меня не осталось близких, и мои друзья, если они и есть, слишком далеко.

Марк заметил, что он бросил взгляд туда, где за столом сидели Ламбер, Клеман и Фонтейн.

— А твоя невеста? — спросил он. — Я помню, как ты восхвалял её красоту и преданное сердечко, и даже оправил её портрет в золото и самоцветы. Я забыл её имя. Анаис?

— Не напоминай мне о ней! — рыкнул Венсан, и его рука сжалась в кулак. — Я не хочу даже вспоминать, как её звали, а тот портрет я выбросил в замковый ров! Именно она нанесла мне самый тяжёлый удар! Увидев моё уродство, она просто выгнала меня, заверив, что оплакивает мою участь, но не может больше любить меня! Ей нужен был прекрасный рыцарь, а коль он превратился в урода, то и тратить на него время она не пожелала! — его красивый рот вдруг злобно искривился, став дополнением серебряной полумаске с демоническими чертами. — О, как же горько и обидно мне сознавать, что любовь, которая, казалось, была столь крепкой и искренней, внезапно угасла из-за моего несчастья! Я не понимаю, как она могла оставить меня в такой момент? Как она могла отказаться от меня из-за того, что моё лицо стало другим? Я словно оказался в тёмной бездне, где нет ни света, ни надежды.

Он схватил снова наполненный кубок и, осушив его одним глотком, со стуком поставил на место.

— Как жестоко она обошлась со мной! С какой лёгкостью она указала мне на дверь в тот тяжкий час, когда я нуждался в ней больше всего? Сердце моё наполнено обидой и горечью, ведь она клялась, что любит меня так сильно и, что бы ни случилось со мной: разорение, недуг или жестокие раны, она не бросит меня. И я, глупец, поверил! Раненный я метался в горячке, но ждал встречи, как путник ждёт рассвета в тёмной ночи. Я тосковал по её глазам, в которых когда-то читалась нежность. Я скучал по её речам, которые были для меня слаще мёда. А она прогнала меня и с тех пор не прислала даже весточки. Я стал недостоин её внимания! Видно, злой судьбе было мало нанесённого мне удара, она решила испытать меня этим предательством! Женщины! — он зло усмехнулся. — Разве можно им верить? Пока ты богат, здоров и благополучен, они обещают быть с тобой до конца своих дней, но стоит лишиться чего-то, и они тут же теряют к тебе интерес! Есть ли более вероломные создания, чем они?

— Не все женщины одинаковы, — возразил Марк. — Может, и тебе когда-то встретится…

— Оставь! — перебил его Венсан. — Если я, будучи красавцем, не смог возбудить в ней любовь, способную выдержать такое испытание, то разве смогу вызвать какие-то чувства, будучи уродом? Вот ты, говорят, удачно женат на редкой красавице. Но уверен ли ты, что она не бросила бы тебя, если б ты лишился глаза?

Марк задумался и решительно кивнул.

— Уверен.

— Не обманывай себя! Если конечно она не ангел во плоти! Хотя, возможно всё… — он устало покачал головой. — Может, это мне досталась такая бездушная кукла… Я устал от этих переживаний, от своего гнева, которому так долго не было выхода. Моя обида копилась, как снежный ком, и с каждым годом становилась всё больше и больше. Злость закипала в моей груди, словно раскалённый металл в тигле. В моей душе разгорелась жажда мести. Я не знаю более прощения и жалости. Я хочу, чтобы она почувствовала то же, что чувствую сейчас я. Я хочу, чтобы она поняла, как сильно ранила меня. Но я знаю, что это бессмысленно. Я понимаю, что ненависть не вернёт мне то, что я потерял. Наверно, у меня больше не осталось сил, чтоб бороться с этой болью и этой злостью. Просто моё сердце наполнено горечью и разочарованием.

Он взглянул на Марка своим единственным глазом и усмехнулся.

— Я много выпил, дружище, и несу всякую чушь. К тому же в такой день я расстроил тебя. Ты, как всегда, отзывчив на страдания своих друзей и думаешь, чем меня утешить. Но твоя мудрость подсказывает тебе, что не прочувствовав моих страданий, ты не найдёшь нужных слов для утешения. Не беспокойся за меня. Я уже нашёл выход. Скоро я получу то, что залечит мои если не телесные, то душевные раны. Я буду полностью удовлетворён. А пока давай выпьем за встречу. Я благодарен тебе за то, что ты выслушал меня и не спешишь с показным сочувствием и нравоучениями. Я выговорился, и мне стало легче. За тебя, Марк де Сегюр! И за твоего ангела во плоти!

Марк улыбнулся, вдруг разглядев в этих искажённых и усталых чертах прежнего очаровательного и смешливого Венсана.

— Надеюсь, что тебе удастся справиться с этим тяжким испытанием, и ты найдёшь в себе силы жить дальше и выйти на новый путь.

— Куда бы он ни вёл, — кивнул тот.

Печальные новости

Следующий день выдался на редкость светлым. Жемчужные небеса, подёрнутые серебристой дымкой облаков, струили нежный свет, который окутывал город, делая его более живописным и праздничным. Рано утром по королевской улице от дворца двинулась яркая процессия. Впереди, в окружении своей свиты на высоком коне ехал король Жоан. Его окружали молодые рыцари, одетые в богатые наряды своих геральдических цветов, и их благородный облик и красота вызывали восторги вышедших навстречу горожан.

На широких подоконниках домов вдоль их следования стояли ящики и вазоны с пышными цветами самых броских оттенков, со стен и из окон свешивались полотнища с гербами Сен-Марко и королевской династии. И бубенчики, вплетённые в гривы коней, сладким звоном заполняли окрестности.

За свитой следовали