Упал намоченный 2 - taramans

— Серег… Ты парень уже взрослый, мужик уже, ага… Сам же понимаешь… Не нужно говорить всего, чему стал свидетелем, да?

И дождавшись кивка Васильева, Артур объяснил:

— А девушки эти… Х-м-м… Да нет, что ты… Красивые они, конечно… Да-а-а… Но — нет, мы сегодня в гостинице местного РСУ переночуем, а завтра с утра пораньше нам нужно быть в Тобольске. Мы ж здесь — так, проездом.

И явной фальшью повеяло от нарочитой деловитости Артура.

«Да-да… Отдерут сегодня и Таньку, и Зойку. И Зойка как-то уже и про мужа забыла, не вспоминает его, изменщица. Вот же ж… Да и чего мне? Ты бате баб пожалел, что ли? Нормальный мужик, пусть развеется. Нет, не пожалел. Точно — не пожалел! Хотя… Ладно, хрен с ними: „Кошка бросила котят, пусть ебутся как хотят!“».

В третьем «салоне» кабака была накрыта парочка сдвинутых столов, за которыми уже сидела компания представительных мужчин. Кроме отца, Винниченко и Шмакова, Сергей никого не знал. Ковалев шепнул что-то на ухо Васильеву-старшему, тот поднялся и, представив Сергея остальным, попросил извинения:

— С сыном хочу пообщаться. Вот — уехал из Тюмени сюда, к вам. Видите, как бывает: родители хотят, чтобы дети пошли по их стопам, а они, засранцы, все норовят своей дорогой идти.

Общество загомонило, что, дескать, да, все так и есть — молодежь от рук отбилась и строят свою жизнь, не обращая внимания на советы старших. Правда, Винниченко отметил, что служба в милиции — дело важное и нужное, а потому в органах нужны серьезные, хорошие парни, вот как Васильев-младший. И подмигнул Сереге…

«Даже не знаю, стоит ли радоваться этому? Хотелось как-то самому работать, без пригляда руководства, пусть и покровительственного!».

Они сели с батей во втором салоне, но так, чтобы и видеть компанию — вдруг от Васильева-старшего что-то понадобиться: вопрос там какой или еще что-то.

— Вон тот… Низенький, плюгавый такой, — негромко объяснял сыну Васильев, — Это местный второй секретарь райкома, Дерябин. Он курирует строительство и ЖКХ. Редкостная сволочь, хочу тебе сказать. Сам — тупарь-тупарем, но гонору пустого — на десятерых. Впрочем, как я понял, он скоро куда-то первым на другой район уходит. Рядом с ним — начальник ОКСа райисполкома, Якушев Сергей. Хороший мужик и специалист приличный. Дальше, директор местного РСУ, Федотов Сашка. Мы с ним когда-то в нашем СМУ вместе начинали, мой хороший знакомец. Ближе к торцу — главный инженер вашего коммунхоза, Молчанов Дмитрий. Я его плохо знаю…

Какая-то мысль мелькнула у Васильева.

— Х-м-м… Батя! А этот Молчанов — не бывший ли муж Татьяны? Ну, моей коллеги, с которой я вас знакомил.

Васильев-старший осекся, вгляделся в названного, задумался, а потом постарался стереть вдруг появившуюся улыбку с лица:

— А я как-то и не подумал… Вот был бы конфуз, ляпни я чего-нибудь… Это хорошо, что ты мне сказал. Буду знать.

— Не, я точно не знаю — просто сопоставил. Вроде бы слышал, что бывший ее, инженером в ЖКХ трудится.

— Не-не-не… Все правильно: лучше перебдеть, чем недобдеть! — потом старший Васильев перевел взгляд на сына, — Это… Серега… Ну, ты же понимаешь, да… Матери о таком знать не стоит, правильно?

Сергей демонстративно возмущенно фыркнул:

— Вот ты, батя, как будто обидеть меня сейчас норовишь. А то я не понимаю, ага… Мужскую солидарность не сейчас придумали.

— Молоток, Серьга! — ткнул его в плечо отец.

К ним подошла Светка, чуть заметно подмигнула Сергею и принялась ставить на стол разные блюда. Васильеву-старшему — радушно улыбалась во все тридцать два.

— Да что же такое-то, Серега? — подчеркнуто оживленно удивился отец, — В Кировске — что, некрасивых девушек вообще не бывает? Одна другой краше…

Когда Сергей отходил в туалет помыть руки, Светка придержала его за руку:

— Это что — правда, твой отец?

— Ну да, на совещание приезжал, — буркнул Сергей.

— Ц-ц-ц… — поцокала как белка языком официантка, прищурившись, разглядывая мужчину.

— Да что вы все… В самом-то деле? — рассердился Серега, — А ну-ка, Светик, иди сюда…

И оттащив девушку вглубь служебного коридора, прихватив ее за попу, спросил:

— Сегодня — пойдем ко мне?

— Ты с ума сошел, Васильев? — отпихнула его подружка, — Увидят же! И сегодня… Никак не получится, Сережа…

«Да и хрен с вами, со всеми!» — окончательно рассердился Сергей.

С отцом он договорился, что тот отправит небольшую часть формы из дома в Кировск, благо что — как оказалось — машины ПМК сюда из Тюмени курсируют регулярно. Строительство больничного городка хоть и с меньшими темпами, но все же идет, как, ни шатко ни валко, идет и строительство трех кирпичных многоквартирных жилых домов для медперсонала.

Васильев-старший, убедившись, что сын пристроен нормально: не бомжует под мостами, питается более-менее регулярно — успокоился. Уже при расставании батя, как ни упирался Серега, сунул-таки в карман форменной рубашки триста рублей.

«М-да… При моих-то „миллионческих“ запасах… Ладно, пусть будет!».

Заходя в отдел, Сергей мельком увидел, как в служебную машину Васильева-старшего, стоявшую между рестораном и райкомом, за сквериком, Ковалев усаживает двух женщин.

«По „гражданке“, значит… Ага. Типа — чтобы в глаза не бросалось. Ну-ну… А то, что одна пониже, а другая — статная… Не, никто не видел, никто не узнал. Вот же, сучки! Ладно, придет весна — покажет, кто где нагадил!».

И все-таки Кировск — деревня! Уже на следующий день, в кабинете участковых, Степа Городня, как будто равнодушно, спросил:

— Мужики! Никто не знает, чья «Волга» двадцать первая серо-зеленая у райкома стояла?

Присутствующие пожали плечами: «Мало ли какие „Волги“ у райкома стоят?».

Степан же, почесав затылок, пробубнил:

— Да видела одна моя знакомая, как вчера вечером Таньку и Зойку в какую-то «Волгу» усаживали. Начальство какое-то приезжало…

Сашка Сысоев, посмеиваясь, в курилке негромко объяснил Васильеву: