Леди пепла - Мелисса Рёрих

попала в плен, гадать, что с ней происходит? Видеть, как мой принц едва не обезумел от неспособности найти тебя? Почувствовать тебя? Боги, Скарлетт! О чем, дьявол тебя разбери, ты думала? Потому что это, черт возьми, не имело никакого отношения к нашей безопасности или безопасности Дворов.

– Сайрус, – предупреждающе прорычал Сорин, но Скарлетт подняла руку, призывая его к молчанию.

– Неужели ты действительно настолько не доверяешь никому из нас? Мне? Элизе? Брайару? Твоему чертову близнецовому пламени?– продолжал обличать Сайрус.– У тебя были все возможности поставить нас в известность. Черт, ты могла бы сказать что-то задолго до того дня. Например, когда нашла ту камеру под библиотекой, о которой нам рассказал Сорин. Ты могла бы сказать что-то в любую из недель, что прошли между той ночью и тем днем, когда ты, стоя на границе, фактически велела нам всем отвалить.– Вскочив на ноги, Сайрус уперся ладонями в стол и наклонился к ней.– Мы приняли тебя как свою. С того момента, как Сорин перенес тебя через границу, мы считали тебя членом семьи. Ты принадлежала всем нам в той же степени, что и ему. Не тогда, когда стала королевой. Не тогда, когда заявила права на трон. А в тот день, когда мы рисковали жизнями, чтобы привести тебя во Двор Огня вместе с нашим принцем. Мы признали тебя, а тебе было на это наплевать. Если бы ты сказала что-то, хоть что-нибудь, когда мы обсуждали вопросы, стоя на границе, всей этой ситуации можно было бы избежать.

Слезы потекли по лицу Скарлетт, и она прикрыла рот рукой, чтобы подавить подступивший к горлу всхлип. Она качала головой, потому что его слова были неправдой. В них не было ни грана истины. Он был ее семьей. Как и все они.

– Сайрус, – прохрипела она. – Сайрус, мне очень жаль.

Он ничего не ответил. Взглянув на Сорина, оттолкнулся от стола и вышел из комнаты, громко хлопнув дверью.

«Дай ему немного времени, милая».

Она кивнула, сглатывая слезы, и уставилась на стол.

– Давайте сделаем перерыв, – обратился Сорин к собравшимся. – Скарлетт ничего не ела с тех пор, как прибыла сюда, и, кроме того, хочет навестить детей. Всем нужно время, чтобы остыть. После обеда соберемся вновь.

Комната быстро опустела. За столом остались только Скарлетт с Сорином. Он встал и, развернув ее кресло, сел перед ней на корточки, чтобы смотреть в лицо. Протянув руку, он большим пальцем утер ее слезы.

– Эй, милая!

– Боги, мне так жаль, Сорин, – воскликнула она, вновь чувствуя предательскую влагу в глазах. – Я говорила тебе, что не создана для подобного. Для того, чтобы сидеть на троне. Мне следовало прислушаться к своим инстинктам.

– Нет, – возразил он, качая головой. – Я ни на секунду в это не верю. Не знаю, что Аларик тебе сказал или сделал, чтобы заставить так сомневаться в себе, но ты достаточно сильна, чтобы справиться с этим. Да, ты совершила ошибки. Сделала неверный выбор, и этого не изменить. Теперь ты должна решить, как жить дальше. Но сначала… – Он встал, взял ее за руку и помог встать. – Ты должна поесть.

– Какой же ты требовательный, – пробормотала Скарлетт, утирая лицо.

Сорин прижал ее к себе и, поцеловав в волосы, повел к дверям.

– Любимая, сегодня вечером ты узнаешь, насколько требовательным я могу быть.

Глава 24

Сорин

– Клянусь Сайлаcом, Сорин, если ты заставишь меня съесть еще хоть кусочек… – Не договорив, сидящая на диване Скарлетт плюхнулась на спину. Ее серебристые волосы резко контрастировали с серой обивкой.

Когда они покинули зал совета, Сорин повел ее обратно в личное крыло королевы, где имелась маленькая гостиная с камином, диваном, на котором она сейчас лежала, парой кремовых кресел с высокими спинками и столом на шесть персон в дальнем углу. Вдоль одной стены тянулись от пола до потолка несколько окон, пропускающих тепло и солнечный свет. Сорин распахнул одно из них. Черные Залы были окружены водой, соленый запах которой наверняка поможет Скарлетт расслабиться. Гостиная была уютной и даже интимной, предназначенной исключительно для королевы и короля Западных Дворов.

Утром, пока Скарлетт спала, Сорин отправил послания Брайару и своему Двору и попросил Рейнера позаботиться, чтобы им доставили сюда какой-нибудь еды. Он предвидел, что разговор будет напряженными, поэтому Скарлетт потребуется передышка.

Чтобы поесть.

Ей нужно питаться, черт подери.

Поэтому, когда они вошли в комнату, Сорин сразу же направился к столу, уставленному фруктами, хлебом, сыром и мясом, и наполнил для нее тарелку. Устроившись на диване рядом с ней, он проследил, чтобы она все съела.

– Ты сыта? – уточнил он, подкладывая ей еще мяса и хлеба.

– Да, Сорин, – вздохнула Скарлетт. – В плену меня кормили. Правда, не с самого начала. Но когда поняли, как быстро я могу ослабеть, Аларик позаботился о том, чтобы обеспечить меня регулярным питанием. Небольшими порциями, зато без сбоев.

– Не хочешь рассказать поподробнее о том, как ты спала рядом с Микейлом? – пробурчал он, с грохотом припечатав тарелку о стол. – Ты уверяла, что он не…

– Между нами не было близости, Сорин, – перебила она, поспешно принимая сидячее положение. Положив руки на спинку дивана и упершись в них подбородком, она посмотрела на мужа снизу вверх. – К этому меня не принуждали. Однако Аларик пытался доставить мне как можно больше неудобств, одновременно следя за тем, чтобы я не ослабела слишком сильно и не разрушила кровную метку. Поэтому мне выделили кровать для сна, но приходилось делить ее с Микейлом. Он глаз с меня не сводил, пока меня купали – заметь, в ледяной воде! – и самолично одевал меня, позволив себе некоторые вольности…

В глазах Сорина вспыхнуло пламя. Не успела она договорить, как он подскочил к ней и, рывком поставив на ноги, с силой впился в губы. Она издала удивленный вздох, и он тут же просунул ей в рот язык и обвил рукой талию, заставляя выгнуть спину.

– Сегодня вечером,– прорычал он ей в губы,– ты расскажешь мне обо всех его вольностях.

Подняв руку, Скарлетт смахнула прядь волос с его лба.

– Я твоя, Сорин, – тихо заверила она. – Только твоя.

Еще раз чмокнув ее, он отпустил ее и вернулся к столу. Несмотря на протесты, он снова наполнил тарелку едой и поставил на низкий столик перед диваном. Скарлетт откинулась на подушки, но он сел рядом и заставил ее переложить голову себе на колени. Она смотрела на него, играя с тенями, которые выпустила на свободу. Одну из них она отправила ласкать