Фантастика 2026-117 - Елена Свободная

сломили его дух, как вообразил себе господин Ролли. Не забрали его решимость бороться до конца, волю, желание жить и помогать друзьям. Они не лишили его любви к близким и не погрузили в беспросветное отчаяние.

Тэнка заснула, но Артур не мог, как ни пытался. В какой-то момент к нему подошел Лэк, неуверенно перетаптываясь с ноги на ногу. Ему тоже не спалось. Казалось, что-то сильно мучает его.

– Артур? – слабым голосом проговорил он. Тот поднял голову и встретился с виноватыми карими глазами Лэка. – Меня зовут Кирим.

– Что?

– Это мое имя. Настоящее и-имя, – ответил Лэк, сильно смущаясь и даже немного заикаясь. – На армутском наречии оно означает… храбрец.

Артур слабо улыбнулся приятелю.

– Но я недостоин его, понимаешь? На самом деле я т-трус. – С этими словами Лэк жалко всхлипнул и отвернулся от друга, не в силах более смотреть на него. – Я… Знаешь, это ведь я сказал хозяину, что вы на складе. Я испугался, как трусливый короед, и все ему выложил…

Артур с трудом встал и, приблизившись к другу, положил ему здоровую руку на плечо.

– На подобные признания тоже нужна смелость, Кирим. Ты не трус.

Лэк безутешно заплакал, не сумев совладать с чувствами. Если бы Артур разозлился на него, оскорбил, ударил, ему было бы в десять раз менее горько, чем сейчас.

– Я… мечтаю о том, чтобы быть как ты… Я никогда не встречал раньше таких людей, понимаешь… Но, чувствую, я не смогу. Вместо того чтобы уйти с тобой, я предпочел остаться. Я не только испортил жизнь себе, но также загубил и ваши. Мне нет прощения. У меня ведь была семья… Ее я тоже предал, решив остаться у хозяина. Разве такие люди, как я, имеют хоть какую-то ценность?

– Твое желание стать лучше и есть самая большая ценность. Если думаешь, что мне никогда не бывает страшно, ты ошибаешься. Даже сейчас… – Артур замялся и через силу продолжил: – Я боюсь. Это свойственно всем людям. Но мы можем бороться! Я верю, что ты изменишься. Ты ведь захотел сейчас быть Киримом, а не Лэком, не так ли? Значит, будешь им.

Лэк понурил голову и пробормотал сквозь беззвучные рыдания:

– Я уже не изменюсь. Хозяин тоже определил меня на Потешные бои, откуда, как ты понимаешь, я вряд ли вернусь. Это и есть мое наказание. Оставшись здесь, я думал, что сумею избежать страшной участи, я заботился во многом о себе. Если бы я хоть чуть-чуть задумывался о судьбе других, я бы никогда не остался.

– Послушай, – произнес Артур, понизив голос. – На играх я постараюсь сделать все возможное, чтобы Тэнка победила. Я не хочу, чтобы ее отдали собакам. В том, что она здесь, есть моя вина, и вина немалая. Я должен ей помочь. У нее есть брат, который сможет ее отсюда вытащить. Конечно, надежда маленькая, но все же. Я не вправе просить тебя… Это твоя жизнь, но…

Лэк сразу все понял. Он решительно кивнул.

– Да, ты прав. Девочкам здесь не место. Я тоже не хочу, чтобы ее отдали на съедение собакам. Я буду помогать тебе всем, чем смогу.

Артур улыбнулся, и в глазах его засветилась глубокая признательность. Теперь возможность спасти Тэнку не казалась столь призрачной. Ему стало гораздо легче, словно его душа освободилась от тяжелых оков, и он, свернувшись калачиком возле дерева, заснул, не обращая внимания на голодное лязганье зубов, раздававшееся совсем недалеко от их неблагонадежного пристанища.

Утро для приговоренных начиналось гораздо раньше, чем для других рабов. Солнце еще не успело вылезти на небосклон, а воздух прогреться, как за ними пришли. Проснувшись и оглядываясь вокруг себя, Артур уже более не узнавал обстановку, которая за ночь кардинальным образом изменилась. На следующий день караваны отправлялись в путь, поэтому практически все тканевые перегородки были убраны, комнаты разобраны, мебель была сгружена в огромные ящики, и только каменные платаны оставались на своих местах, неподвижные и мрачные на голой пустынной местности, как грозные палачи, ожидающие жертв.

Теперь, когда взор не упирался в перегородки, можно было обозреть целиком это поистине огромное песчаное поле, где не далее как вчера располагался дворец с многочисленными комнатами, коридорами, спальнями, верандами. Теперь же шикарный шатер исчез, лишний раз показывая призрачность этой лицемерной роскоши. В некоторых местах все же оставались небольшие палатки, где находились, видимо, обитатели дома, а за ними можно было увидеть амфитеатр. Он был окружен разноцветными тканевыми ширмами – малиновыми, желтыми, пурпурно-красными, голубыми, и, если бы Артур не догадывался о назначении подобного сооружения, он бы принял его за бродячий цирк.

Рядом с амфитеатром располагались небольшие лавчонки, которые уже наполнялись угощениями. Незнакомые люди сновали по территории бывшего дворца, выполняя мелкие работы и готовясь к необыкновенному торжеству, которое все постояльцы шатров ждали с нетерпением – даже те рабы, которые по счастливой случайности избежали участи стать непосредственными участниками игр. Сейчас некоторые слуги еще спали; это был их выходной день, когда никто, кроме наемных рабочих, не выполнял никаких трудовых повинностей.

Когда Артура, Тэнку и Лэка подвели ближе к амфитеатру, они смогли увидеть снедь, которая продавалась в передвижных лавочках, окрашенных в разные яркие цвета. Нуга в шоколаде, карамелизованный рис, политый сливками, имбирные пастилки, варенье из крапивы, собранной вблизи Кагилу, медовые настойки, засахаренные лепестки розы и фиалки, отвратительного вида леденцы с насекомыми внутри, мороженое из сырого теста, засахаренные скорпионы на палочке – все это был неполный список того, что продавали торговцы. Потешные бои не сводились к одним лишь испытаниям, это был праздничный день, когда богачи перед выездом могли расслабиться и потратить лишние деньги.

Некоторые торговцы только заезжали на территорию господина Ролли и в спешке готовили товары: кисточкой счищали пыль с кувшинов, наливали розовую и инжировую воду, собирали палатки, кто-то даже занимался тем, что окрашивал прилавки в запоминающиеся цвета, чтобы выделяться на фоне конкурентов. Необычайные ароматы достигали носов несчастных пленников, у которых уже давно не было во рту и крошки заплесневелого хлеба. Один из армутов, сопровождавших ребят под конвоем, на мгновение остановился и обратился к ним:

– Господин Ролли разрешил вам попробовать здесь все, что захотите, перед тем как начнутся игры. Сейчас у вас есть немного времени. – С этими словами мужчина оставил их одних в толчее уличных торговцев. Никто не боялся, что ребята убегут: в настоящий момент это представлялось невозможным, ибо все входы и выходы были перекрыты стражниками, которые впускали приглашенных только по специальным разрешениям – свиткам с изображением орла. Это был особый отличительный