Фантастика 2026-117 - Елена Свободная

– Его здесь никогда и не было, – простонал Дантрос, захлебываясь мутными слезами. – На нас напали неожиданно, и он не успел прийти на помощь… Индемберг пал, и теперь никто уже не вспомнит про его существование.

– Как это его не было? – удивилась Сури. Ведь именно Вингардио и никто другой должен был разрушить город.

Дантрос с неприязнью покосился на допрашивающего его самоуверенного щеголя в дорогом плаще. Его мозг был затуманен от боли, и он плохо понимал, что происходит. Но при этом бедняга мечтал, чтобы его мучения поскорее прекратились, поэтому напряженно слушал, собрав все оставшиеся силы. Ему следовало правильно отвечать на вопросы.

– Его здесь и не было, – слабым голосом повторил Дантрос. – Что вы хотите? Отпустите меня, – заскулил он, и слезы с новой силой хлынули из его глаз. Его круглое старческое лицо напомнило Сури неудавшийся блин, скомканный на сковороде.

– Ах не было? – яростно прошипела она, с такой ненавистью глядя на придавленного, что тот испугался. – Так как же звучит имя твоего предводителя?

– Я… не хотел сказать ничего дурного… Наш освободитель… Он ведь всем известен… Его имя – Ирионус… – пролепетал Дантрос, и по глазам Сури осознал, что ему уготована смерть. Ответ был неверен.

Сури яростно зашипела, желая немедленно свернуть шею этому глупому человеку. Она поняла, что все обстоит гораздо хуже, чем представлялось ей ранее. Ей думалось, что взбунтовался только этот город, но на самом деле проблема была куда глубже, она уже запустила свои корни под мощную систему, которую так долго создавал Вингардио. У естествознателей появился еще один лидер, что не могло не повлечь новые несчастья.

– У вас только один господин! Ваш властитель! – с уничтожающей яростью проговорил уродец прямо на ухо Дантросу. – И ты не угадал его имя!

Сури уже хотела было своими руками придавить его еще сильнее и покончить с ним навсегда. Но в какой-то момент вдруг передумала и одним мановением руки сняла стену с туловища человека. Оказалось, что субтильный подросток обладает недюжинной силой. Дантрос протяжно вздохнул, не имея возможности пошевелить придавленными конечностями. Ужасный стон его пронесся над умирающим городом.

Затем Сури, повинуясь внутреннему голосу, совершила следующее. Порывшись в черном одеянии, она извлекла из кармана круглый пузырек, наполненный желтой густой жидкостью, похожей на взбитый желток. Потом Сури наклонилась к несчастному и отчетливо прошептала ему на ухо:

– Слушай внимательно. Ты умираешь. И только это лекарство способно поднять тебя на ноги.

Дантрос и правда умирал. А сил на исцеление совсем не осталось. Он инстинктивно потянулся к спасительному пузырьку, но Сури предостерегающе покачала головой.

– Я еще не все рассказал. Лечение будет стоить тебе свободы.

– В каком смысле? – прохрипел Дантрос. Откровенно говоря, ему было все равно, ибо он со всей страстностью своей импульсивной натуры хотел жить.

– Выпив его, ты уже не сможешь выбирать, на чьей ты стороне. Ты всегда будешь на моей стороне, – просто объяснила Сури. – В принципе, не так уж и страшно, куда лучше темной могилы и червей, не правда ли?

Дантрос вновь почувствовал, как его лоб покрывается испариной. Одна только мысль о холодной и негостеприимной могиле где-то глубоко под землей причиняла ему невероятные муки. Разве он виноват, что так любит жизнь? И потом, вдруг уродец ошибается? Дантрос просто выпьет напиток, исцелится и уйдет от него. Он ведь естествознатель, а это огромная сила!

– Согласен, – твердо сказал Дантрос. Он не увидел, как радостно заблестели глаза у Сури. Она одним движением руки открыла флакон и решительно влила жидкость ему в рот. Вначале напиток показался страдальцу отвратительным: раздражающим и вызывающим рвоту.

Дантрос ужасно закашлялся, пытаясь выплюнуть из себя мерзость, однако жидкость будто застыла в его горле. Впрочем, спустя несколько мучительных минут Дантрос с удивлением понял, что ему становится гораздо легче. Не без труда он поднялся и тогда с недоумением воззрился на спасителя.

– Теперь мы на одной ветке, не так ли? – Произнеся эти таинственные слова, уродец развернулся и пошел прочь. Какое-то время Дантрос задумчиво смотрел ему вслед, а затем почувствовал, как дикая ярость всколыхнулась в его сердце. Неконтролируемая, необузданная, совсем нехарактерная для его мягкого характера. Этот юный щегол, по возрасту годившийся ему в сыновья, несколько минут назад допрашивал его со всей жестокостью, будто жалкого предателя или подлого врага. Желая выплеснуть бешенство, Дантрос не мешкая направил руки в сторону молодого человека, который несколько минут назад спас ему жизнь. Подлый поступок – нападение со спины, но что он мог сделать, если возненавидел уродца до дрожи? Старик всем сердцем пожелал его убить.

Однако в тот самый момент, когда Дантрос уже намеревался осуществить задуманное, он вдруг понял, что не может использовать естествознательские способности против уродца. Более того, какая-то неведомая сила влекла его за ним!

Обернувшись, неприятный юноша мерзко улыбнулся и кивнул, словно поощряя недавние действия Дантроса.

– Все правильно, – промурлыкал он. – Теперь, надеюсь, стало ясно, что отныне ты всегда на моей стороне.

– Кто же ты? – от слабости едва ворочая языком, прошептал Дантрос. Единственное, что он с ужасом осознал, – это то, что спаситель его был абсолютно прав. Дантрос действительно потерял способность распоряжаться своей жизнью. Теперь он до самой смерти будет во всем поддерживать уродца и следовать за ним по пятам как жалкая тень, как человек, лишенный главного – свободы воли. В Индемберге у него могли оставаться друзья, которым удалось выжить. Семья. Те, кому нужна была его помощь. Но он намеревался всех разом предать, забыть, стереть из памяти, ибо теперь навеки связан с этим странным незнакомцем, повелителем его сердца. Осознание истины было тяжким для Дантроса, и он не удержался, чтобы не пробормотать сквозь зубы:

– Ты – само зло!

Эта фраза чрезвычайно насмешила мучителя: булькающий смех клокотал в его горле, наверное, несколько минут, пока он не успокоился окончательно.

– Разве? По-моему, я всего лишь человек, – наконец смог вымолвить уродец. Затем по-мальчишески подмигнул Дантросу желтым глазом, будто заигрывая с ним: – Но в чем-то ты прав. Зло во мне.

Прошло ровно два смрадных года после того, как Сури побывала в славном, но уже давно забытом граде Индемберге. Война между естествознателями приобрела затяжной и весьма неприятный характер. Несправедливое разрушение Индемберга ужаснуло людей и обратило многих против Вингардио. Повстанцев постепенно становилось все больше, а преданных бывшему властителю – все меньше. Владения Вингардио резко сокращались, а он сам, беспомощный,