Страна без чудес - Андрей Андреевич Уланов

— По схеме, — полковник, растопырив ладонь, накрыл большим и указательным пальцем две отметки, — два секрета на правом фланге не имеют визуальной связи с остальными?

— Выглядит именно так, сэр. Раньше их контролировал третий пос… секрет, выше по склону, но сейчас там пусто.

— Слабое звено? — Марко наклонился над картой, — выбиваем их, получаем доступ к этому вот входу. Выглядит как план.

— Выглядит, — проворчал Бронислав, — как сыр в мышеловке.

— Напомни, — оглянулся на него полуэльф, — Ежи вроде бахвалился, у него кто-то стреляет из лука не хуже эльфа.

— Из самострела. Дескать, ворон сшибает на лету.

— Не суть важно, — Марко выпрямился и посмотрел на меня. — Один секрет ваш с де Бриенн, второй беру на себя. Полковник?

Кард тоже смотрел на меня. Я почувствовала, как уши наливаются предательской краснотой, прижимаются к голове, и поспешно кивнула.

* * *

Поздней осенью в лесу холодно и скучно.

А ещё по лесу хорошо разносятся запахи.

Вкус крепкого табака я почувствовала за две сотни шагов. Маниса или Мугла, их часто добавляют в трубочные смеси. Тут курили сигару, знакомый пряно-сладковатый запах оказался настолько силён, что я могла бы идти на него даже в полной темноте. Он тянулся между деревьями тонкой уверенной нитью — табачный лист, выросший под горячим южным солнцем, собранный и высушенный там же, впитав заодно тонкий привкус дыма, соленый воздух морского побережья или мелкий раскаленный песок пустыни, приносимый издалека ветром.

Ещё через сотню шагов к нему добавился анисовый аромат.

Люди не только коротали скуку при помощи сигар, но и согревались чем-то крепким и, судя по резкости, очень недружелюбным к печени. Не представляю, как кто-то может находить вкус подобного напитка приятным.

Хотя люди делают много странных вещей. Например, убивают друг друга. На земле, в небесах, на море, даже в лесу. Обычном лесу, когда с деревьев спала большая часть листвы и упавшие листья уже успели слежаться и смерзнуться в хрустящую под подошвой массу. Треск звучит оглушительным, словно камнепад в горах, но на самом деле дальше пяти шагов его и не слышно. Ну ладно, десяти — звуки в лесу тоже хорошо разносятся.

Удобное раздвоенное дерево я облюбовала заранее. До секрета осталось чуть меньше сотни шагов, достаточно много для людей, даже не оглушивших себя алкоголем. Развилка высоковата, но, если вскарабкаться, открывается отличный вид на сидящих в укрытии. Умно придуманном, полускрытом в земле, за кустарником — из него видно далеко, а с той стороны — лишь переплетение веток.

Но умный придумыватель не ждал, что кто-то зайдет с тыла, почти от горы.

Кора была холодная, шершавая, с влажным мхом в трещинах. Пальцы, несмотря на перчатки, сразу почувствовали сырость. Я подтянулась, устроилась на развилке и замерла.

В секрете прятались двое. Не особо прятались, один из сидевших на массивном чурбаке курил уже вторую сигару, даже не пытаясь развеять дым или пустить его понизу. Второй, низенький, с массивной серьгой в ухе, отвернувшись, разглядывал что-то у себя на руке. Оба расслаблены, оба скучают.

— Коротышку беру на себя, — шепнула снизу Клэр. — целься по длинному.

Я оглянулась направо. Марко пришлось хуже — хоть повстанец и уверял, что умеет тихо перемещаться по лесу, «тихо» для человека и даже полуэльфа оказалось очень разным. Прошлось довольно долго ждать, пока эти двое тоже выйдут к намеченной цели. Марко повернулся, нашел взглядом нас, поднял руку, быстро сжал и разжал пальцы в условном знаке — все как условились, обратный отсчет пошел. От сорока.

Только сейчас я потащила из правой кобуры револьвер. Подарок Двоекурова ощущался заметно легче прежнего чудовища, но из-за толстого ствола баланс все равно казался сильно смешенным вперед.

Кроме того, я из них еще не стреляла.

Двадцать… двенадцать. Золотая точка мушки легла под затылок высокого. Десять. Три, два, один!

Звук выстрела все равно показался громким. Просто другим — сухой щелчок, похожий на треск ветки. Нет яркой вспышки, заметно меньше дыма. Хорошая новость. Плохая — пуля прошла левее и выше, я увидела веер щепок из ствола дерева за укрытием.

Снова хорошая новость — сидевшие в секрете отвлеклись на звук попадания. Высокий выронил сигару, коротышка подхватил карабин, оба вскочили. Я мысленно отправила Двоекурову древнее эльфийское проклятье, не совсем приличное и связанное с шестью поколениями потомков и вечной сыростью в сапогах, потом снова взвела курок, и прицелилась в поясницу справа. Выстрел. Попадание. Курок взвелся туже. Выстрел. На третьем выстреле курок взвёлся с ощутимым усилием, а на четвёртый моего пальца уже не хватило. Но получивший три пули в спину человек, выкашляв лужицу крови, упал на колени, согнулся и ткнулся лицом в промёрзшую листву. Его напарник почти успел развернуться к источнику странных щелчков, но Клэр все же оказалась быстрее. Удар дубинкой даже на расстоянии прозвучал громче выстрела, и я понадеялась, что полуэльфка все же правильно рассчитала силу и череп коротышки окажется достаточно крепким.

— Что это было?

— Чудо инженерной мысли, — я продемонстрировала револьвер с недовзведённым курком, — в следующий раз я бегу, а ты стреляешь.

Марко подошёл, когда Клэр закончила связывать свой трофей. На его рукаве темнела полоса крови — не его. Следом шёл повстанец с самострелом, бледный и явно опасающийся Марко больше, чем всего прочего мира, вместе взятого.

— Взяли живого? Отлично, а то мой, — полуэльф недобро покосился на повстанца, отчего тот спиной вперед отпрыгнул, запнулся о корень и едва не упал, — самострельщик на деле оказался не настолько меткий, как на словах, пришлось утихомирить обоих.

— Мой вроде жив, — Клэр закончила связывать коротышку и попыталась поднять его за ворот кафтана, — тяжелый, зараза, отожрался.

— Давайте я с ним поговорю, — присев на корочки, Марко наклонил голову, став похожим на сову, разглядывающую мышь. — Доложите пока Лешеку с полковником, что пусть свободен.

— Кровь нас не пугает.

— Не сомневаюсь, вэнда, — Марко даже не стал оглядываться на меня, — Просто наш трофей по виду из южан, а во многих тамошних культурах показать слабость перед лицом женщины считается крайне предосудительным. Я-то его всё равно заставлю говорить, просто будет дольше и больнее. А оно нам надо?

Глава 28

В которой Фейри Грин лезет вверх

Ветер наверху оказался неожиданно сильным.

Ниже, в лесу, он почти не