Страна без чудес - Андрей Андреевич Уланов

— Что ещё?

— Пара ворот поменьше и с полдюжины небольших, вроде калиток. Хорошо замаскированы, но тропинки заметны, если знать, куда и как смотреть.

— Пикеты и секреты?

— Сэр?

— Наблюдательные посты, — пояснил Кард. — Пикет открытый, секрет скрытый, как правило, выставляется впереди пикетов. Учитесь использовать правильную терминологию.

— Постараюсь, сэр. Есть несколько подозрительных мест на восточном склоне и на последней трети пути к вершине. Сама верхушка, как видите, не очень заросшая, толком не укрыться.

— Западную сторону видно?

— Хуже, но… — я замолчала, вглядываясь в тени между деревьями, — скорее чисто, сэр. Не вижу свежих следов.

— Что ж, — полковник отпустил шляпу и тут же почти лишился её, в последнее мгновение успев схватить за край, — пойдемте внутрь, попробуйте изобразить увиденное.

В просторной нижней рубке «Драхо», помимо застывшего у штурвала рулевого и капитана корабля, собрались уже главные участники предстоявшего действия. Лешек-Бронислав, Марко и два командира повстанческих отрядов, Ежи и Войцех. Хотя Лешек и заверил, будто их отряды лучшие из лучших, я не могла избавиться от ощущения выбора по принципу «единство противоположностей». Ежи выглядел как увеличенный раза в два гном, нахватавшийся в процессе увеличения манер и привычек гоблина. Красный шелковый кушак, «набивной» жилет, на кафтане куча нашитых вразнобой медных пуговиц, шпоры «со звёздочкой» и длинная сабля, звенящая при каждом шаге. Он то и дело прикладывался к выпуклой фляжке, вызывая неодобрительные взгляды стоящего рядом Войцеха. Бывший — или еще действующий, я так и не поняла — священник в строгой темной одежде и без того взирал на всех окружающих с видом: «что я делаю среди сборища этих нечестивых грешников и нелюдей?».

— Грюс Бергер, — обратился Кард к склонившемуся над картой капитану, — сможете высадить нас на речной косе прямо по курсу? Без якорей, просто снизившись до земли.

Себастьян Бергер подошел к иллюминатору и прищурился, глядя вниз.

— Ветер… без якорей удержаться на месте будет сложно. Вам придётся покинуть корабль как можно быстрее.

— Слышали? — развернулся Бронислав к вожакам повстанцев. — Поднимайте людей, чтобы через двадцать минут все были готовы высаживаться.

Войцех кивнул, очертил святой круг и, развернувшись на каблуках, вышел. Ежи сделал очередной глоток из фляжки, звучно рыгнул, обдав Марко и Бронислава сивушно-медовой волной, прошел вперед и встал рядом с капитаном.

— Нам ведь в эту гору надо? От реки мили две выйдет.

— К западу от горы ближе не сесть. А с восточной могут заметить, мы и так изрядно рискуем.

— Рискуем, да, — Ежи вытер пальцы о б кушак, — знать бы, что внутри той горы…

— Вы уже спрашивали об этом полчаса назад, — напомнил Кард, — с тех пор ничего не изменилось. Встретим кого-нибудь из местных, расспросим.

— Спрашивал, — подтвердил повстанец и захохотал, придерживая живот. Смех звучал глухо, словно и в самом деле резонировал внутри бочки, — но вдруг чего поменялось.

Он прошел к двери, продолжая утробно подбулькивать.

— Будьте с ним осторожней, полковник, — предупредил Бронислав, глядя на захлопнувшуюся дверь, — не обманитесь позерством, напускное. Хитрый и опасный человек.

— Они оба опасные.

— Войцех подчиняется моим приказам, не пытаясь их оспорить.

Кард тоже глянул на дверь.

— Он фанатик, Бронислав. А фанатики могут неприятно удивить в самый неподходящий момент. Особенно если вдруг решат, что ваше поведение чем-то не соответствует их идеалу. Мисс Грин, — развернулся полковник в мою сторону, — как продвигается ваша работа над схемой?

— Почти закончила, сэр, — подумав, я обозначила еще два «сомнительных гнезда» и передала лист Карду. — Вот всё, что смогла разглядеть. Входы, часовые, набл… секреты с пикетами. Похоже, раньше их тут стояло больше, ряд укрытий выглядят заброшенными.

Марко подошел с другой стороны стола.

— Всего восемь секретов? Подозрительно мало.

— Это снаружи, — Кард взял лист за угол, чтобы удобнее развернуть к свету, — что внутри, мы не знаем.

— Необычайно точно подмечено! — недовольно бросил Бронислав. — У нас всего две сотни бойцов, а в этой горе может сидеть и куда больший гарнизон.

— Как-то поздновато ты начал беспокоиться, — выпрямившись, Марко скрестил руки на груди. — Считаешь, в Казимеже было бы лучше? С голыми руками… ладно, с динамитом и револьверами против паровых гигантов и воздушных канонерок. Там у вас точно не имелось и тени шанса.

— Не тебе судить о наших шансах! — огрызнулся Лешек, именно его маска выглянула из-под флегматичности Бронислава. Всего на мгновение, затем уже Бронислав спокойно добавил: — Я до сих пор не уверен, что сделал правильный выбор.

Кард поднял взгляд от схемы.

— Не доверяете Двоекурову?

— Как и вам, араниец.

— Тогда почему вы здесь?

Бронислав ответил не сразу. За переборкой где-то в недрах корабля дружно скрипнули, меняя угол, кейворитные решетки, металл под ногами чуть заметно качнулся, стук поршней в машинном изменил ритм.

— Мы получали сведенья от своих источников, — медленно, словно нехотя, произнес Бронислав, — кто-то помог Дрегорадиму наладить производство кейворита для воздушных кораблей. Не твой Коррез, не Арания, уж точно не Вальдек и Мейнинген. Кто-то «из-за края игровой доски». А теперь мы проигрываем нашу войну из-за княжеских кораблей.

— Вы её и раньше не очень-то выигрывали.

— Но и не проигрывали, — возразил Бронислав, — Рано или поздно княжеству надоело бы терять людей и деньги в стране, где их ненавидят все, от мальцов до стариков.

— Это и была ваша стратегия⁈ — наигранно удивился полуэльф. — Творец всеблагий… Ты серьёзно⁈ Дрегорадим теряет по большей части орков, и что-то мне подсказывает, князь в этой борьбе искреннее желает победы обеим сторонам. А если даже вы случайно зашибете десяток стрельцов или подьячих, так их у князя тоже много. У вас определенно проблемы с целеполаганием, друг мой. Даже сейчас… если вам так досаждают их летающие корабли, почему мы здесь, а не на пути к заводу?

— Заводом найдётся кому заняться! — уверенно заявил Бронислав. С фальшивой уверенностью, которую на самом деле не испытывал. — Но важно, чтобы никто не помог восстановить производство заново.

— Блажен, кто верует…

Кард постучал карандашом по краю стола, привлекая внимание спорщиков, затем обратился ко мне:

— Насколько точно схема соответствует реальности?

— Я не