Смертные души - Хань Сун

Выслушав речь, женщина ощутила некоторую тяжесть на душе. Подумала она: ведь очевидно же спасла тебя, но потом все-таки и убила тебя, дав тебе переродиться, да еще слившись с тобой плотью. Вроде бы знатная развязка. Ты упомянул брак – вещь, от которой вы давно вроде бы были отлучены. Она сглатывала слезы. Если все так и есть, то это будет запоздалый брак или даже подобие брака. Как бы то ни было, такой союз необходим для сотворения мира, это кратковременное явление в рамках общей эволюции Космоса. И все равно она не понимала эту новую функцию брака. За ним скрывались, кажется, и новые отношения между врачами и больными, через которые, возможно, были наконец-то достигнуты единство и примирение, предотвращалась или откладывалась на более позднее время вспышка войны, сулившая конец света… Но можно ли браком спасти больницу? Одолеть следующее бедствие? Она не могла это принять, обрести в этом собственное умиротворение. От приступа недомогания она снова провалилась в сон, отдаваясь вечно далекому Большому морю.

Эпилог

По ту сторону моря

По пробуждении на следующий день она увидела, что больница продолжала возвышаться на том же месте, что и прежде, и вздохнула с облегчением. Строгие здания заполняла великая пустота. Ни врача, ни медсестры, ни больного.

– Кто-нибудь есть? Выходите поскорее! – крикнула она. Никакой реакции. Женщина пошла осматривать больницу. Кругом царило опустошение, даже от мутантов-полулюдей не осталось ни следа. Женщина добрела до крематория, увидела, что пламя уже потухло. В результате потребление энергии упало до нуля, всюду установилась мертвая тишина. Замерла жизнь, остановилось движение. Чистейшая обитель, заключенная между морозным Небом и заснеженной Землей.

– Есть тут кто? – завопила женщина. Даже эхо ей не ответило. Она бесцельно побродила, пока не отнялись ноги, а тело не похолодело. Она подняла глаза к Небу и заметила, как одно за другим с него исчезали светила. Подумалось женщине: «А я-то почему еще жива? Кто я такая?»

С помощью комплекса мозгов пациентов, начальников больницы и павлинов она набросала техническое задание, переслала его в производственный цех, собрала терминал дистанционного лечения, стала пробовать через него выйти на связь с внешним миром. По прошествии двух дней она выудила свободно витавший в эфире многосекционный блок информации. Только он оказался нестабильным и нечитабельным. Еще через три дня она перехватила сигнал, из которого получилось выудить пакет данных. Она не могла разобраться, что это было: информация о запоздавшем подкреплении или сведения о подготовке к зачистке места бедствия от трупов и прочего. Женщина попробовала дешифровать сообщение, но вышло черт знает что. Минул еще один день, и вот ресивер вывел четырехмерное изображение: неподвластный времени и постоянно меняющий длину сторон многогранник. Вращаясь, он издавал невнятные звуки, видимо, сгенерированные машиной. Фигура поинтересовалась:

– Хочешь отправиться по ту сторону моря?

– Если можно освободиться…

– Не хочешь быть начальницей больницы?

– Не…

– Так просто отказываешься от такого наследия? Оно же стоило стольким людям крови и жизни.

– Я…

– Предупреждаю тебя, что если мы столкнемся с асимметричностью информации, то никакой свободы не будет.

– О чем ты?

– Больше всего информации – у начальника больницы. Нет информации – нет свободы.

– Вот с этим загвоздка… Начальник больницы умер.

– Мда, это был человек больших амбиций при малых способностях, он сам себя загнал в тупик. Очень рискованное это дело – больницей управлять. Ведь речь идет о человеческих жизнях.

– И что мне теперь делать?

– Мы можем с тобой обменяться. Передай мне всю имеющуюся у тебя информацию, а я тебе пожалую свободу. Однако сможешь ли ты перебраться на ту сторону моря – это уже вопрос твоей собственной удачи.

– Кто ты? – Она подозревала, что это может быть очередная западня, что фигура взывает к заключенной в ней нечистой силе.

– Лучше не спрашивай. Есть очень много вещей, которых ты вовек не поймешь. Масштабы Космоса за пределами твоего воображения. Да и за Космосом открывается еще один Космос.

– Я правда кое-что разузнала, но это главные тайны больницы. С какой стати я должна тебе их сообщать?

– Делай что хочешь. – Фигура говорила безразлично, даже властно.

– Ладно, передам я тебе данные, а ты дашь мне свободу. Я решилась оставить больницу, никакое ее наследие мне не нужно. Я сюда больше не вернусь, – почти огорченно сказала она.

– А, так ты еще и женщина… Точно хочешь уйти? Сама будешь нести ответственность за свое решение.

– Да, я не ребенок. – Она подумала про расползшихся по больнице детенышах, наглядным примером которых служил Ян Вэй. В сумме с Вебером и Отроком-не-рыбой получался недурной блок единомышленников с чудесными способностями, набор персонажей для манги.

Она переслала комбинации заключенных в ее теле воспоминаний изображению, как получила их – так и отдала. Она побыстрее распростилась с только что сочетавшимся с ней браком супругом, оборвав этот краткосрочный союз. Будто сняла с себя обузу. Но с исчезновением бремени наступило отчаяние. Вдруг она просчиталась?

– Как мне покинуть больницу? – спросила она.

– Это запросто. Иди от крематория. Поверни налево, там будет вспомогательный тоннель. Спускайся в него, увидишь рельсовые пути – по ним больница прежде получала снабжение. Это самая большая военная тайна. По Второй линии доберешься до Десятой, на перекрестке Десятой и Тринадцатой линий будет стоять гондола. Садись в нее – так ты и выберешься. Не забудь взять с собой чего-нибудь попить. Сначала надо сберечь жизнь. Это предусловие свободы.

В больнице отключилось водоснабжение. Зато всего остального было вдоволь. Она собрала человеческой крови, спинномозговой жидкости, мышц, мозговой ткани, все погрузила в медицинские пакеты, собрала вместе, к тому же отыскала несколько кислородных баллонов, еще провела некоторые противомикробные мероприятия. Пошла женщина по идущему под крематорием проходу. И в самом деле там обнаружилась заброшенная железная дорога. Какое-то время это место служило логовом павлинов. Валялось здесь множество высохших скелетов птенчиков. Это все были детища лабораторий. Пол был покрыт нагромождениями опарышей. При дальнейшем спуске вниз нашлись и останки людей. Повернув голову, женщина отметила, что над больницей затухло пламя. И подумала: а ведь тот больной по имени Ян Вэй, мужчина, который втемяшился ей в голову, с самого первого момента попадания в больницу подумывал о побеге, и в результате она совершает бегство за него. Забавно. И для кого она это делает? Для себя? Для него? Наверное, это не имеет значения.

На перекрестке Десятой и Тринадцатой линий женщина действительно нашла гондолу как из-под аэростата. Создавалось впечатление, будто кабинка ее одну ждала. Женщина прошла